Чтение онлайн

При этом Болванчик транслировал, что происходит снаружи.

— Секунда прошла! — раздался крик Гоголя. — Разнести это здание в щепки! А вам… господа, счастья-здоровья!

— Все в подвал! — открыв дверь, скомандовал я.

Заодно я наложил небольшой купол, чтобы нас случайно не придавило. И вовремя.

В дом полетели снаряды, заклинания и черт знает что еще. Стены содрогнулись, но на удивление устояли.

— Чего? — выпучила глаза Лора. — Из чего сделана эта избушка?!

Почти все прыгнули вниз, остались только мы с Есениным.

— Антох, вниз, быстро!

— Я сам решу! — выпалил он и пошел к двери.

— Что?! — не понял я.

— Сам решу-у-у-у!

— Да это понятно! Просто нас тут сейчас раздавит!

И как бы не был крепок дом, крыша начала рушиться. Но стены продолжали держаться.

И это было просто невероятно! Прямое попадание с танка!

— Я же говорю, — он начал спускаться по ступенькам. — Сам. Решу.

— Да пожалуйста, только быстрее!

Я прыгнул последним и убрал купол. Как раз крыша обвалилась, присыпав вход и отрезав нас от единственного выхода.

Онегин создал небольшой источник света, и мы прошли к толстой металлической двери.

— Ну… Надеюсь, там не очередной погреб с соленьями… — выдохнул Толстой, вставляя ключ в замочную скважину. — Ух, тяжело идет…

Даже если для него это было тяжело, то другие бы не смогли открыть.

Наконец, дверь с тяжелым скрипом пошла в сторону. Болванчик первым протиснулся в проем и Лора начала выводить карту.

— Нет, я, конечно, предполагала… — выдохнула она с удивлением, — но чтобы настолько…

А тут было чему удивиться. Это был многоуровневый лабиринт с множеством ходов, дверей и тупиков.

Интерактивная карта рисовалась при свидетелях, и они так же, как и я, были, мягко сказать, удивлены.

— Эх… Володя-Володя, — покачал головой Онегин. — Так вот что значило «пойду поработаю на огороде…»

— Думаешь, он сам все это сделал? — удивился Толстой.

Карта показывала, что некоторые ходы уходили за несколько километров от дома.

— А ты сомневаешься? — хмыкнул Онегин.

— Ну Володька, ну красава! — довольно произнес Федор и первым шагнул в темный проход.

Ерх за моей спиной приятно завибрировал. Кажется, узнал знакомые пещеры.

Как только первый человек шагнул в этот бесконечный лабиринт, сработала какая-то магия, и маленькие кристаллики вдоль стен загорелись, освещая дорогу.

— Вот это, конечно, сильно, — произнес Толстой.

Это еще что! Они не видели, что видел я. В этих катакомбах были и залы с высокими потолками. Склады с оружием и продовольствием. Правда, большая часть всего этого превратилась в труху или в ржавые железки, непригодные для сражения, но масштабы впечатляли.

Но объяснять и показывать все это остальным не было времени и желания. Возможно потом, когда у меня будет больше времени, я вернусь сюда и все изучу.

К тому же, грохот над головой закончился и солдаты принялись расчищать обломки здания.

Мы прошли дальше. Дверь за нами автоматически захлопнулась, окончательно погрузив нас в тишину коридоров.

— Тут же нет никаких ловушек? — спросил Данила.

Из-за того, что он был простым человеком, ему было некомфортно в таком пространстве.

Лора быстро сделала сканирование.

— Нет. Ловушек нет, — успокоил я его.

— Эх… Наверное, они нашли мою ласточку…

Болванчик показал и это.

— Опять не угадал, — похлопал я его по спине. — Ты отлично справился, спрятав машину.

Что ж, у нас была карта и куча времени. Лора с Болванчиком продолжали рисовать карту. Выхода пока не находилось.

— И что, мы будем просто стоять? — возмутился Федор.

— Нецелесообразно, — произнес Онегин. — Рано или поздно они найдут дверь в подвал и эту дверь. Думаю, Гоголю не составит труда ее взломать.

— На крайний случай они могут ее… — Федор показал руками взрыв. — ПУХ! Ну вы понимаете…

Собственно, с ним были согласны все. И мы пошли вперед.

— Через километр у нас будет большой зал. Думаю, к этому времени и вся карта, так что можем спокойно придумать план дальнейших действий, — ответил я.

— А чего тут придумывать… — пробубнил Антон. — Выбираемся отсюда и проникаем к тебе в особняк…

— Ну однозначно гениальный план, — хихикнула Лора.

— Ну да, и не поспоришь, — кивнул я.

Антон был прав. Других вариантов пока и не было.

Через двадцать минут блужданий мы вышли в первый большой зал. Размером он был как вся моя гостиная в Широково. Большая, просторная. Весь потолок был усеян светящимися кристаллами.

— О! — воскликнул Федор у стены. — А вот и сладенькое!

Подойдя ближе, мы увидели небольшой шкаф с вареньем.

— Так, Федя… — максимально миролюбиво произнес Толстой, положа руку на плечо Федору. — Не нужно тебе это варенье, брат, поверь мне…

— Лева, ты что, не слышал? Чем дольше оно стоит, тем вкуснее!

И схватив первую попавшуюся банку, он открыл ее, быстро зачерпнул и сунул эту странную жижу в рот.

— Ой, дурак…– хлопнула себя по лицу Лора.

— Идиот! — воскликнул Онегин, подскочил и ударом выбил банку у Федора из рук. — Это говорят про вино!

— Ой да ладно… — махнул он рукой. — Но че-то не такое сладкое… И сухое…

— Засахарилось, — Толстой разглядывал вторую банку. — Удивительно… — и уже Федору: — И хватит совать в рот всякую просрочку!

Я бы и дальше с удовольствием слушал их перепалку. Она хоть немного разбавляла атмосферу всеобщего нагнетания и преследования.

Лора аккуратно взяла меня за руку.

— Миша, давай отойдем…

Ох, как мне не понравился этот тон.

Мы отошли в противоположный угол.

— Смотри.

Там стояла небольшая тумбочка, а на ней обычная лампочка. Вот только проблема была в том, что она из моего мира. Со струной накаливания. Таких тут не делали из-за отсутствия электричества, как такового.