Чтение онлайн

— Пока, спасибо за всё, — бросила я Вадиму и вышла, схватив пакет с новыми вещами.

Юркнула в фастфудную, там всегда полно людей, никто не обращает внимания на вошедших. Пришлось выждать очередь в туалет, пятно под одеждой, к счастью, не растекалось сильно, но неприятно холодило кожу, так что когда я оказалась в кабинке, с наслаждением стянула с себя испорченные вещи и засунула в пакет.

От «крови девственницы» не отмоешься без влажных салфеток. У меня они были, времени только до встречи с отчимом Али оставалось чуть-чуть. А вот вещи придётся выкинуть, тут бытовая химия бессильна.

За всеми этими приготовлениями подумать о том, что так меня встревожило, было некогда. А вот сейчас оно появилось.

Сверившись по часам, я поняла, что располагаю получасом. Надо бы прийти на встречу первой, да ладно, выяснить текущее положение дел тоже не помешает. И потом, пусть жертва понервничает, погадает, почему опаздываю. Это придаст нашей встречи особую остроту, которой не хватает в обычной жизни.

Опустив крышку унитаза, предварительно протерев её до блеска очередной влажной салфеткой, я села на постеленный шейный платок и принялась думать. Бросила курить давно, вот в такие минуты тянуло до жути. Хотя бы две затяжки сделать, да не то место!

«Ладно, сейчас настроюсь», — решила я, взъерошив распущенные волосы. Надо выглядеть растерянной, небрежной накрашенной, а то и вовсе без макияжа. Мужчины за сорок обожают внешность молодых женщин в «естественном» виде. Будто не понимают, что на самом деле опухшие глаза и потёкшая тушь никого бы не привлекли, а то, что им показывают, лишь тщательно замаскированная иллюзия.

Все лицемерят и лицедействуют. И сейчас мне сделалось от этого тошно.

Я взглянула на экран смартфона: звонков не было. Сообщений тоже. Странности продолжались, складывались в причудливый узор, превращаясь в закономерности. Все вели себя странно.

Вадим стал откровенничать, пытаться нарушить правила, прекрасно зная, что если босс об этом узнает, выгонит с приличным штрафом. Надя, обычно с готовностью решающая проблемы с бывшими жертвами, тут выдала: твои проблемы, дорогуша. И Немов появился в тот самый момент, когда я уже не могла съехать на другую квартиру.

Тут меня осенило. Я даже подпрыгнула. А квартиру отчиму Али рекомендовал кто? Странно, что Шелестин, всегда тщательно выбиравший клиентов и не испытывающий в них недостатка, согласился взять дело, где одна жертва косвенно связана с предыдущей.

Даже если учесть, что это совпадение, хотя я не верила в это, босс мог назначить на это дело любую другую девушку. И никакой Немов, никакая Лилия Аркадьевна никогда бы до меня не добрались.

Шелестин знал, что я вернулась из Москвы, обычно он не посылал меня в один город два раза подряд, а тут на тебе, Лара, возьми последнее задание.

Дверь кабинки подёргали, но я сердито крикнула: «Занято!» Встала, чтобы размять затёкшие ноги и додумать, наконец, мысль, напрашивающуюся безо всяких умствований.

Шелестин сказал, что отпустит меня, если я выполню последнее задание. И все вдруг стали препятствовать этому. Потому что получили указание от него лично.

В случае с Немовым, конечно, маловероятно, что он знал моего теневого босса, но та же Надя могла позвонить через знакомых Лилии Аркадьевне и сказать, кто будет у неё снимать квартиру.

Так, Лара, значит, у меня есть только один выход: быстро выполнить задание и смотаться отсюда. Шелестин слово держал, на это оставалось и уповать.

Телефон в моих руках внезапно ожил.

9.1

— Ты где? — спросил знакомый мужской голос, в котором я не сразу узнала отчима Али. На миг показалось, что это тот, другой мужчина. Из прошлого.

— Я сейчас, — выдавила я. — Уже подъехала, сейчас выйду, извините.

Сбивчивый тон, заикающийся голос — всё как нельзя кстати.

— Жду.

Правильно, нечего сидеть и думать, пришла пора действовать. Неважно, что там замыслил Шелестин, если я смогу добиться своего, то и он от слова не отступит. В этом можно было не сомневаться: босс держался собственных принципов. Если бы небо упало на землю, он и тогда бы считал, что это не повод не соблюдать договорённости.

Я выскользнула из кабинки, долго мыла руки с мылом, смотря на своё отражение в зеркало. Так, выгляжу я достаточно растерянной, нервной, чтобы не пришлось притворяться. Уже отлично.

Заранее вырубила телефон, чтобы никто не мог меня найти и доставать звонками. Аля знает, что я делаю и с кем, остальные контакты с внешним миром только помешают.

Виктор должен поверить в мою историю. В этой части я не сомневалась. Но этого мало: отчим клиентки должен захотеть мне помочь. Да так захотеть, чтобы не пришлось умолять. Женщина должна вскидывать на нечаянного рыцаря глаза, полные слёз благодарности.

Я долго занималась с наставником по актёрскому мастерству и натренировала недоверчивый взгляд, в котором бы всякий рыцарь смог прочитать невозможность дамы поверить своему счастью. Именно такой взгляд вдохновлял мужчин на подвиги во все времена.

Он заставлял скакать на коне, терпеть лишения в надежде заслужить награду. От Виктора такого и не требовалось. Пусть только разгорится желанием помочь, а я буду отнекиваться и отмалчиваться.

Разбудить в мужчине охотника — главная задача. И он забудет, что ещё вчера даже не смотрел в твою сторону.

Виктор и не смотрел. Он встретил меня у входа в парк. Я заметила издали, как он стоит у машины и хмуро пялится в смартфон. Ускорила шаг, и когда между нами оставалось пара десятков шагов, отчим клиентки поднял на меня глаза.

— Что случилось? У меня мало времени, так что, будь добра, покороче.

И взглянул немного устало, хотя я сразу заметила, что он оценил и мои стройные ноги, и водолазку, обтягивающую фигуру. Пальто я застёгивать не стала, так выглядело эффектнее, хотя промозглая погода к такому не располагала.

— Я… не знаю, как начать. Простите, что позвонила вам, — сказала я и закусила нижнюю губу, как бы в смущении. Раскраснеться по заказу сложно, однако сейчас, когда я вспомнила о Немове и о том, с каким растерянным видом он пытался оказать мне помощь, как порывался посмотреть раненый бок, краска начала заливать щёки.

Кто знает, что это было: стыд за спектакль или желание поверить, что я ему небезразлична?

Мне захотелось позвонить Немову, и немедленно всё объяснить. А если он и так всё знает, то сказать: «Я хочу уйти из дела. Помоги, если хочешь».