Чтение онлайн

– Расскажите о своих неудачах.

– Неудачах, – тихо и задумчиво повторила она. – В начале стажировки у меня был конфликт с коллегами… Нас объединяли в группы по три человека для выполнения проекта. Во время распределения обязанностей я постеснялась активно участвовать в этом процессе, что сказалось на неравноценном разделении. И, как итог, я не успевала справиться с тем объемом работы, что на себя взвалила. Когда же обратилась за помощью к членам своей команды, то столкнулась с негативом и нежеланием мне помогать – это и привело к конфликту. Конечно, в последующем они были вынуждены взять часть работы над проектом на себя, чтобы успешно пройти защиту. Я же для себя вынесла определённые выводы из этой ситуации.

– И что же это за выводы? – интонация его обволакивающего голоса немного изменилась, словно он улыбнулся. И хрипотца, в которую наверняка влюблялись многие женщины, прорезалась ярче.

– Работа – не место для проявления излишней скромности.

– На какую зарплату вы рассчитываете?

– Зависит от функционала и уровня ответственности. Учитывая средние показатели на рынке в аналогичных должностях, рассчитываю на оклад не меньше чем в пять тысяч.

– Да, скромность вы и правда откинули. Как вы смотрите на сверхурочную работу?

Бледно-голубой свет погас, и кресло слегка заскрипело.

– За дополнительное вознаграждение – положительно.

Колёсики крутанулись, и мужчина, наконец, развернулся к ней лицом.

– Буду с вами откровенен, должность моего личного помощника подразумевает ненормированный рабочий день и частые командировки. Ко всему прочему, мне нужен человек, который будет на связи все двадцать четыре часа в сутки. И в какое бы время мне ни потребовалась помощь: в три часа ночи или в разгаре торжественного ужина, – вы будете обязаны всё бросить и в кратчайшие сроки оказаться передо мной. Естественно, за столь высокие требования я и платить буду соответствующе.

Он сидел на расстоянии пары метров, но его слова доносились как будто издалека и так глухо, словно пробивались сквозь толщу воды или не пойми откуда взявшуюся вату у неё в ушах. От осознания, что Курт Нейпер – исполнительный директор, чьим именем последние дни устрашали всех сотрудников компании, по совместительству тот самый молодой человек у лифтов, что своей модельной внешностью вызывал обильное слюнотечение у подавляющего большинства женщин в фойе, Аннель попросту растерялась.

– Охренеть… – пробормотала она, не отдавая себе отчёта. – Что за фигня?

– С подобной реакцией мне ещё не доводилось сталкиваться, – признался он, опешив не меньше её. И поднялся из кресла.

– Простите, мысли вслу… – зажмурившись, Аннель оборвала себя на полуслове, чтобы не ляпнуть очередную глупость. – Простите.

Директор медленно обошёл стол и остановился напротив, опершись задом на край столешницы. На нём не было ни пиджака, ни галстука. Одна лишь незаправленная в штаны антрацитовая рубашка с задранными до локтей рукавами. Его причёска тоже изрядно истрепалась. Из хвоста выбилась пара коротких прядей, что красиво легли на острых скулах. В общем и целом он выглядел не так презентабельно, как вчера. Словно всю ночь провёл на работе. И появившаяся в результате переработки лёгкая истома придавала ему ещё большую сексуальность.

Невольно вспомнив подругу, что от подобной картины уже давно призывно опустила бы декольте до пупка, Аннель шумно выдохнула, тем самым попытавшись скрыть выскочивший смешок.

– Сначала ругается, теперь хихикает – очаровательно, – с ироничной улыбкой подытожил директор.

– Извиняюсь, я немного отвлеклась.

– Я заметил.

– Насколько длительными будут командировки?

– В среднем от недели до месяца. В особых случаях до полугода. Я собираюсь расширять франшизу, и конкретно сейчас в разработке два крупных проекта. – Он стянул очки, прикрыл глаза и помассировал переносицу двумя пальцами. Предплечье его правой руки опоясывала монохромная татуировка. – Длительные командировки для вас представляют проблему? Вы с кем-то живёте, кого не можете оставить без присмотра?

– Нет, ничего такого.

Чем больше Аннель узнавала о нелёгкой судьбе личного помощника Курта Нейпера, тем меньше в ней оставалось запала бороться за должность. Можно сказать, ей предлагали сменить спокойную офисную работу на добровольное рабство. Ибо по-другому подобный график в двадцать четыре часа семь дней в неделю не назовёшь. Ещё и с полугодовыми командировками без возможности хотя бы денёк отдохнуть вдали от шефа.

С другой стороны, подобный опыт в трудовой открывал перед ней практически все возможные пути для развития, захоти она открыть своё собственное дело или работать на аналогичной должности у менее требовательного руководителя. Да и заработная плата в пять тысяч, то есть вдвое больше её нынешней, вносила определённую долю сомнения.

– В дополнительных обязанностях у меня будут, я так понимаю, личные поручения. Я бы хотела узнать, насколько личные и какие конкретно сферы жизни они будут затрагивать.

– В дополнительных? Нет, скорее, в основных. Помощник обязан сопровождать меня в течение всего рабочего дня. Другими словами, вашим рабочим местом буду я. И ваше внимание должно распространяться на все сферы моей жизни от трёхразового питания и похода на ежегодный осмотр к врачу, до составления рабочего графика и решения организационных вопросов, не требующих моего вмешательства. Что же касается «насколько личных»… – директор наклонился вперёд, не сводя прямого взгляда с её лица, на котором, несмотря на все старания игнорировать его шарм, Аннель ощущала растекающийся по щекам жар. Она попыталась отвлечься, сконцентрировавшись на небрежно надетых очках почти на центр носа. Но испытала лишь зудящее желание их поправить. Очнулась же от странного наваждения, когда услышала слова, брошенные напоследок, как ей показалось, более низким голосом: – При острой необходимости вплоть до покупки трусов.

– Вы хотите сказать, что вашим бытом буду заниматься тоже я? – уточнила Аннель с невозмутимым видом.

– Да, будете вхожи в мой дом как в свой собственный. На нём будет начинаться и заканчиваться ваш рабочий день.

– Боюсь, в таком случае у меня могут сложиться не самые здоровые отношения с вашей супругой.

Внезапно шагнув к ней, директор сократил расстояние между ними до неприличного. Он положил ладони на подлокотники стула и навис над ней, вынудив вжаться уверенно расправленными лопатками в кожаную спинку с жёстким корпусом.

– Я одинок, – кончики его пальцев дотронулись до пряди её чёлки и скользнули вниз по щеке к подбородку, за который приподняли лицо. – Поэтому вам не следует из-за этого волноваться. Никто не помешает нашему сотрудничеству.

– Вы со мной флиртуете?

– Я у вас вызываю непрофессиональный интерес?

– Думаю, вы и сами прекрасно осознаёте всю степень своей привлекательности. Однако для меня внешность не имеет такой большой ценности. Поэтому – нет. Вы не в моем вкусе.

Ещё несколько долгих секунд он не сводил с неё немигающего взгляда болотного оттенка глаз. Затем мимолётно улыбнулся и выпрямился, наконец-то перестав вторгаться в её личное пространство самым наглым образом.

– Очень хорошо. Похоже, я не прогадал с вашей кандидатурой.

– А-а, так это проверка такая была, – скептически протянула Аннель.

– Скорее импровизация. Мне понравилось, как вы ответили на вопросы из последних бланков опросника. Как быстро и ловко раскусили, на что они направлены. – Директор вернулся в свое кресло и, потянувшись к нижнему выдвижному ящику, продолжил объяснять: – Скажем так, я изначально составил психологический портрет кандидата на должность своего персонального ассистента. Мне нужен был человек с перечнем определённых характеристик. И конкретно вы по этому пункту идеально вписались в установленные рамки.