Чтение онлайн

Александер взял со стойки несколько ее визитных карточек и раздавал их гостям, которые спрашивали, кто приготовил такое вкусное мороженое.

Он часто попадался Салли на глаза: беседовал с гостями, отвечал на их вопросы, следил за тем, чтобы всего было вдоволь.

— Насчет огуречного я ошибался, — признался он, возвращая на стойку несколько пустых бокалов.

— Я же говорила, что у меня фисташковое платье.

— Я не о платье, о мороженом. Огуречное идет нарасхват, особенно у женщин.

— Правда? Значит, вы способны признать поражение?

— Зависит от многого. Мы уже договорились, как вы заплатите, если проиграете?

— Если я проиграю, заплачу аренду в полном объеме, — напомнила она. Разговаривать оказалось легче, когда их разделяла широкая стойка. — А вы что имели в виду?

Он расплылся в улыбке. Зря Салли надеялась, что стойка поможет. Она оказалась недостаточно широкой.

— Может, вам дать мороженого? — предложила она.

— Дамы у теннисного корта просят фруктовый лед со вкусом чая.

— По-моему, их больше интересуете вы, чем фруктовый лед. — Особенно молодую особу, дальнюю родственницу королевы! Она отчаянно кокетничает с Александером всякий раз, как тот подходит близко.

— Тогда пошлите к ним кого-нибудь другого.

— Обмануть ожидания клиентов? Ни за что! — Она вынула из морозильника поднос с крошечными чашечками и блюдцами и принялась ловко раскладывать в каждое шарики фруктового льда. Каждый шарик венчала тончайшая лимонная стружка, сбоку лежала тонкая вафля.

— Вижу, вы не первый раз этим занимаетесь.

— Да… приходилось пару раз… или тысячу, — ответила она.

— Выглядит очень соблазнительно.

— Не заставляйте леди Луизу ждать. — Она жестом отогнала его и начала раскладывать «Клубничный торт» и «Лимонный чизкейк». — Она огорчится, если чай остынет.

— Слушаю, мэм!

Когда она позволила себе снова поднять глаза, он беседовал на лужайке с блондинкой — ведущей прогноза погоды; череда ее великосветских романов обеспечила ей постоянное место на обложках глянцевых журналов. Она наклонилась вперед, демонстрируя свой смелый вырез, и что-то шептала, интимно положив руку ему на плечо. Александер что-то прошептал ей в ответ, блондинка расхохоталась и взяла чашечку с подноса. Именно в этот миг их запечатлел фотограф из журнала «Селебрити».

Похоже, ее фруктовый лед со вкусом чая на следующей неделе окажется на обложке «Селебрити»! Фоном послужит известная телеведущая, которая флиртует с загадочным красавцем.

Салли понимала, что должна радоваться такой рекламе, но, увидев, как Александер, еще улыбаясь, идет к теннисному корту, помрачнела.

— Салли, все прошло замечательно, — сказал Ник, который зашел к ней после того, как почти все гости разъехались. — Спасибо за чудесную организацию.

— Похоже, прием прошел неплохо. И с погодой нам повезло.

— Не стану отрицать. Александер! — Ник обернулся, когда Александер протянул ей пару бокалов и ложку. — Я заметил тебя, но решил, что у меня галлюцинации.

— Я прилетел два дня назад.

— Я имею в виду, что ты подрабатываешь у Салли.

— Подрабатывает официантом, — пояснила Салли.

Ник явно смутился:

— Что ж, Салли, еще раз спасибо. Я очень скоро вам позвоню. Через два месяца моей племяннице исполняется восемнадцать; она отпускает тонкие намеки насчет того, что хочет вечеринку с участием «Роузи».

— Нет проблем. Назовите число, и я впишу вас в свое расписание.

— Я позвоню вам на следующей неделе. Александер, ты надолго к нам?

— На неделю-другую.

— Зайди, если будет время; нам есть о чем поговорить.

— Мне что-нибудь еще сделать? — спросил Александер, когда Ник ушел.

Салли покачала головой. Студенты быстро все убрали и вымыли. Скоро Шон приедет за инвентарем.

— Вы были неподражаемы. Я вам очень благодарна. В самом деле. — Она убрала принесенные им чашки и ложки в ящик за стойкой.

— Так я и думал… Ну, и какой же счет? Кто победил?

— Победил?

— Что разошлось раньше — сорбет с шампанским или огуречное мороженое?

— Не волнуйтесь, ваш благотворительный фонд получит арендную плату в полном объеме. Сорбет обошел огуречное. Съели все до последней порции.

— Значит, все прекрасно рассчитано. А куда денется стойка?

— Шон и Бэзил заберут ее в грузовике.

— Шон? — Ну вот, опять. Тот же властный, слегка собственнический тон.

— Шон Макелрой. Мой зять, — быстро пояснила она, стараясь не выдавать радости.

— Значит, он женат на Эль? Отец Эстер, Марджи и Фенни?

— Простите, я хотел бы поговорить с мисс Эймери.

Александер резко вскинул голову.

— Грейм? — Салли ощутила легкое раздражение. Ну почему он решил приехать именно сегодня? — Что ты здесь делаешь?

— Вчера вечером… — Он взмахнул белыми холеными пальцами, давая понять, что его слова предназначены только для ее ушей. А помощник может понять намек и уйти.

«Помощник» не обратил на его жест никакого внимания.

— Что вчера вечером? — спросила Салли.

— Ты была взвинченная… совсем не похожая на себя.

Неужели он ничего не понимает? Вчера она, можно сказать, напрашивалась к нему в постель, а он предпочел ничего не слышать! До сих пор Грейм играл в их отношениях главную роль. До сих пор она не возражала. Но появился Александер…

— Ты не вернулась к ужину, и я забеспокоился.

— Я гуляла вдоль реки. С собаками мне не было страшно. — Не настолько он забеспокоился, чтобы идти ее искать.

— Меня волновала не твоя безопасность, а твое состояние… Откровенно говоря, я боюсь, что ты наделаешь глупостей.

— Почему? — спросил Александер.

— Давай выпьем чаю, — предложил Грейм, как будто Александера здесь не было.

— Чай уже кончился, — ответил Александер. — А жаль. Сэндвичи с огуречным мороженым произвели фурор. С чего вы взяли, что Салли наделает глупостей?

— Салли, пошли! — приказал Грейм почти таким же тоном, каким она звала собак: «К ноге!»

— По-моему, Салли Эймери — одна из самых уравновешенных женщин, каких я знаю, — продолжал Александер как ни в чем не бывало. — Я видел, как она умеет выкрутиться из самой, казалось бы, безнадежной ситуации. Ей помогают доброта, трудолюбие и чувство юмора.