Я – взрослый! Взрослый…
Шрифт:
«Гад! Какой гад! – Кирилл трясло от возбуждения. – Мало того, что предложил мне продавать «травку», так еще и на слабо поймать хотел и угрожать начал. Не боюсь я его! Не боюсь… Не боюсь? Вру, боюсь. Конечно, боюсь… Но не его, а тех других… Как их? Да, бычков…. Хотя, какие они бычки, это быки… О них много чего шепотом рассказывают… Кто я для них? Они и глазом не моргнут… Бандиты!»
Он почувствовал, что ему стало страшно.
«Надо молчать! Молчать! А может быть рассказать? Кому? Родителям? Деду? Может быть брату? Ему можно. А что он или родители смогут сделать? У тех, наверняка, пистолеты, а у брата? Пойти и рассказать в милиции? Сегодняшней инспекторше? А если не поверят? И вдруг, у бандитов там есть свои люди? В фильмах же об этом все время показывают… Нет, нельзя… Нельзя! Надо молчать! Молчать! Молчать!»
– Ты чего такой? – вывел его из задумчивости голос Ромки.
– Какой? – Кирилл попытался улыбнуться.
– Бледный и злой…
– С чего ты взял, что злой?
– Да вон как ты кулаки сжимаешь, аж костяшки побелели.
– Разве? – Кирилл посмотрел на свои руки: все было так, как сказал Ромка. – Действительно…
– Это ты из-за Коляна? – спросил Ромка.
– С чего ты взял? – сделал удивленный вид Кирилл.
– А я, когда спускался по лестнице, из окон подъезда видел как вы разговаривали…
– Да, поговорили кое о чем…
– Вот ты и злишься?
– Не важно. Ты куда?
– В магазин за продуктами…
– А потом?
– Потом помогать матери.
– Понятно.
– А ты?
– Пока не знаю. Не решил. Наверное, пойду искать работу…
– Ну, удачи тебе! – Ромка пожал Кириллу руку и скрылся за углом дома.
Кирилл постоял на месте и пошел за ним.
«Надо пойти на почту, – решил он, – может быть, возьмут меня на лето почтальоном? А что, это мысль… Работа простая: знай, раскладывай по почтовым ящикам газеты и письма. И никаких тебе начальников-воспитателей. Сам себе начальник и воспитатель. И времени свободного много, что хочешь, то и делай. Здорово!»
В почтовом отделении никого не было. Кирилл подошел к окошку, за которым сидела и читала журнал молодая женщина.
– Тебе чего? – она подняла голову и взглянула на Кирилла.
– Вам почтальоны нужны? – почему-то стеснительно спросил он.
– Почтальоны? – женщина внимательно посмотрела на него. – Или почтальон?
– Почтальон…
– Ты, что ли? – улыбнулась она.
– Я…
– Тамара Тихоновна! – женщина отвернулась от Кирилла и крикнула. – Тамара Тихоновна!
– Что такое? – дверь в стене распахнулась и из нее вышла пожилая женщина. – Что случилось?
– Вот он, – молодая женщина кивнула в сторону Кирилла, – спрашивает, нужен ли нам почтальон.
– Почтальон? – Тамара Тихоновна посмотрела на Кирилла. – Ты, что ли?
– Я…
– Ну, так заходи.
– А куда? – не понял Кирилл.
– Выйдешь на улицу, завернешь за угол и позвонишь в дверь. Я открою. Понял?
– Понял, иду, – обрадовался Кирилл и выскочил на улицу.
Через минуту он уже входил в дверь.
– Проходи, садись, – встретила его Тамара Тихоновна. – Как звать-то тебя?
– Спасибо, Кирилл, – он сел на стул у стола
– Ишь ты, Кирилл, – улыбнулась Тамара Тихоновна и села напротив него за стол. – Значит, ты хочешь работать почтальоном?
– Хочу.
– А лет тебе сколько? – Тамара Тихоновна– Паспорт есть?
– Есть. Пятнадцать.
– Давай паспорт.
– А я не взял, – растерялся Кирилл и вскочил со стула, – я сейчас сбегаю. Принесу.
– Да, садись ты, – махнула рукой Тамара Тихоновна, – успеешь еще… Живешь рядом?
– Да, через два дома…
– А чего надумал податься в почтальоны?
– Каникулы…
– Ну и что? Отдыхал бы…
– Нет, – покачал головой Кирилл, – нет…
– Деньги нужны? – участливо поинтересовалась Тамара Тихоновна.
– Да, – наклонил голову Кирилл, – нужны…
– Понятно… – Тамара Тихоновна вздохнула и, помолчав, спросила. – А родители не против?
– Думаю, уговорю…
– Так они еще не знают? – спросила Тамара Тихоновна.
– Пока нет, – тихо произнес Кирилл, – но я им намекал…
– И что же?
– Сказали, что вернутся к разговору, когда у меня будет что-то конкретное.
– Значит, так, – Тамара Тихоновна внимательно посмотрела на Кирилла. – Слушай и запоминай. Я могу взять тебя разносчиком корреспонденции с первого июня…
– Спасибо! – обрадовался Кирилл. – Большое спасибо!
– Не перебивай, – поморщилась Тамара Тихоновна. – Дослушай сперва.
– Извините, слушаю, – смутился Кирилл.
– Но при условии, что родители дадут согласие. Понял?
– Да.
– Если родители согласятся, придешь тридцать первого мая и оформишься на работу. Все понятно?
– Да, спасибо.
– После спасибо скажешь, – улыбнулась Тамара Тихоновна. – Иди и не забудь принести паспорт.
– Не забуду! – обрадовался Кирилл и вскочил со стула. – Приду тридцать первого!
– Приходи, – снова улыбнулась Тамара Тихоновна. – До свидания!
– До свидания! – Кирилл выскочил на улицу.
«Удалось! Удалось! – идя домой, ликовал он. – Нашел работу! Нашел! Теперь надо уговорить родителей. Но это просто. Объясню им, что я взрослый и в праве самостоятельно распоряжаться своим временем на каникулах…»
Вечером, после ужина, когда все собрались у телевизора в большой комнате, он понял, что пришло время объявить о своем решении.
– Я решил пойти работать, – громко сказал Кирилл, – с первого июня.
– Работать? – изумилась мать. – Как работать? У тебя же каникулы? Или ты решил бросить школу?
– Нет, школу я не бросаю. А работать буду на каникулах.
– И где это? Кем? – поинтересовался отец. – Кто это тебя берет на работу?
– У нас на почте, разносчиком корреспонденции…
– Почтальоном, что ли? – уточнил дед.
– Ага, вроде, правда Тамара Тихоновна сказала разносчиком корреспонденции…
– И думать забудь! – возмутилась мать. – Лето и каникулы для отдыха, а не для работы. Да и мал ты еще работать!
– Но, ма… – начал было Кирилл.
– Нет! Я сказала, нет и все!
– А почему нет? – отец внимательно посмотрел на жену. – Парень большой пусть пойдет поработает…
– Нет! Он еще ребенок! – продолжала настаивать мать. – Успеет еще, наработается…