Чтение онлайн

Таким, как я, отличницам и мышкам, было тяжело. Но Господь милостив. Мы прибились друг к другу. Я и ещё две мышки. Первая – Оля Кузнецова. Темноволосая, с короткой стрижкой под мальчика, курносая и с большими голубыми глазами. Крапинки веснушек на носу, спортивный стиль, задорный смех…

Ольга давала всем фору в спортивных мероприятиях, так же, как и я всем давала фору в учёбе по сложным предметам. Второй мышкой стала светловолосая новенькая, прячущая глаза за черными квадратами очков. Света Кулакова. Она пришла в класс – скромница, красавица… Обладательница тонкого музыкального слуха. Света виртуозно играла на фортепиано. И учителя за неё стояли стеной – гордость школы.

Нас было трое, мы обладали своими талантами. И нас люто ненавидели все эти взбалмошные модельные красотки, властвующие в нашей школе. Нас травили, однажды хотели хорошенько избить. Сразу всех троих. Поймать и исколотить, дабы знали свое место.

Но тогда за нас вступилась Асса. Она нас спасла. Моя дорогая Асса. Невысокая, красивая, изящная, деловая. Она тоже была мышкой. Никакой модельности во внешности, никакой помешанности на брендах. Никакого гламура.

Бесстрашная красавица Асса. Её одну они могли бы переломить, словно спичку, несмотря на её внутренний огонь. Но Ассоль Игоревна носила фамилию Орлова.

А в наших кругах никогда и не под каким предлогом нельзя было трогать только представителей двух семей: Орловых и Скавронских. Они же, бывшие друзья и нынешние враги, были выше, сильнее и богаче всех остальных.

А ещё у Ассы был старший брат. Петя Орлов. И в него я была влюблена. Была влюблена тогда. Влюблена в него и сейчас. Моё сердце томилось по нему с младших классов, и замирало при одной мысли о нём по сей день. Петю я не видела уже очень давно… Целый год. Даже чуть больше. И я так скучала…

Орловы дружили с четверкой братьев Скавронских в наши школьные времена. И их союз был страшен.

Никакого гламура и пафоса они не терпели, и Асса, как и следовало ожидать, так же ненавидела всё это «гламурное куриное дерьмо», которым она называла большую часть заносчивых учениц нашей школы.

Поэтому Асса вступилась за нас. И не пожалела об этом, став нашей подругой, нашей защитницей.

Ассоль была сильной и бесстрашной мышкой. Она стала четвертой в нашей компании. И наш маленький мышиный оплот много лет казался нерушимым.

До тех пор, пока Самойлов спустя пять лет после окончания школы не разрушил в моей жизни всё до основания. И мою дружбу с моими мышками в том числе.

Глава 4

Он не просто уничтожил моего отца, разорив его и доведя до смерти. Не просто заставил мою мать скрываться. Он перерезал все те нити, что оплетали нас с Петей теплой паутинкой. Мы с Орловым никогда не были в отношениях, но… Я была влюблена в него с самого детства, а он – он всегда защищал меня, помогал мне. Улыбался, как никто.

За неделю до того, как папины долги легли на мои плечи, и Самойлов втянул меня в бездну, из которой я пыталась сейчас выбраться, Петя хотел встретиться со мной.

Поговорить.

Что-то сказать.

Я тогда решила, что это знак, и я обязательно признаюсь ему в чувствах.

Но я не успела.

Самойлов, к счастью, не знал о моей влюбленности в Петю. Не знаю, что было бы, если бы знал. Однако друзей он лишил меня очень просто и накрепко.

Выплатив все долги, которые повисли на мне, он вынудил меня подписать контракт. Я выхожу за него замуж и разрываю все отношения с теми, кто был в моей жизни до этого брака, иначе – мне конец.

И теперь я на его стороне, в его «Самойловском отстойнике», как называли это те, кто противостоял ему. Все мои друзья противостояли. Все адекватные люди. Все они противостояли ему.

И я осталась без них.

Никто так и не понял, почему и как я оказалась по ту сторону.

Но теперь… Теперь у меня снова появился ресурс для побега, после провального первого, теперь я намеревалась добраться до Оли и всё рассказать ей. Рассказать её всю правду. Я уверена, что когда те, кто был мне дорог, и кому я когда-то была дорога, обязательно помогут мне.

Я знала, что Асса сейчас в Штатах, но если бы она была здесь, и знала всё, она бы точно меня вытащила.

Но ещё быстрее меня бы вытащил её брат – мой Петя.

Но они ничего не знали. Никто не знал правды о том, что случилось со мной, и как я оказалась замужем за Самойловым.

Я зажмурилась. До боли, до зубного скрипа. Мы уже подъезжали к дому Самойловых. Осталось совсем чуть-чуть. Скоро… Скоро. Главное, добраться до Оли…

Звук мотора затих, хлопнула дверь. Я почувствовала, как Самойлов отпустил мою руку, и открыла глаза.

– Дорогие наши, здравствуйте!

Невысокая ухоженная женщина с убранными в прическу волосами, встретила нас, распахнув объятия. Рядом с ней стоял, как всегда с суровым, словно камень лицом, муж – смуглый и седой.

Это и были Самойловы. Родители Кости. Меня они не особо пылко любили, но жалели. Жалели только потому, что в свое время Костя и им знатно отвесил своей вычурной жестокости и цинизма. Поэтому они меня понимали и жалели. Но вмешиваться и помогать мне – нет, они бы никогда не стали.

– Здравствуйте, – тихо произнесла я, бегло оглядывая большой участок с многочисленными хвойными посадками и вымощенными дорожками. Зона отдыха с бассейном, кортом и патио, и ещё сколько всего… Вторая часть участка была занята посадками Людмилы Тарасовны. Она обожала это дело. Я её в этом поддерживала, потому что хоть в каком-то деле в этой семье проскальзывал намёк на человечность.

Дом был большой. Из светлого камня с современным оборудованием, но в классическом стиле. Здесь царило некое подобие уюта, а ещё всё словно бы дышало лоском.

Мы с Самойловыми вошли в дом. Костя хорохорился, рассказывая о какой-то сделке отцу, его мать, наоборот, в красках описывала мне, каким теплым и плодородным было прошедшее лето.

Прежде чем пойти к столу, нам предложили разместиться. Костя сказал, что у него важные переговоры и ретировался, я же, подхватив свою сумку раньше прислуги, направилась к лестнице.

Я поднялась на второй этаж. Кровь уже стучала в ушах громким рокотом – я понимала, что сейчас у меня есть идеальная возможность сделать то, что я должна была.