Я заставлю тебя влюбиться
Шрифт:
— Привет, Лара, — как можно нейтральнее здороваюсь с ней, хотя, честно говоря, не ощущаю к ней никакой симпатии, даже скорее отвращение, причем в прошлый раз мои чувства не были настолько обострены.
— Приветик, Лия! — как ни в чем не бывало мило улыбается она мне, не замечая враждебности. — Что ты здесь делаешь?
— Гуляю, — кратко отвечаю я и надеваю фальшивую улыбку. — А ты?
— О! — восклицает она и садится на скамейку рядом со мной. — Какое совпадение! А здесь мой… муж работает, ты знала?
Я тут же замечаю паузу в её фразе и несколько надломленный голос.
— Илья? — уточняю, надеясь выведать причины такого поведения.
— Ага, — отвечает Лара даже чересчур весело, чем напрягает меня ещё больше и подогревает интерес.
У неё или у них с Ильей явно что-то произошло.
— Не знала, — безбожно вру и параллельно пытаюсь придумать, как бы её разговорить на подробности. — Ты пришла его встретить? У вас планы на вечер?
Девушка опускает взгляд на свои руки и начинает поочередно тереть каждый палец. Она так увлекается этим занятием, что мне кажется, я уже не дождусь от неё ответа. Но спустя долгое молчание Лара всё-таки начинает говорить.
— Я… — её голос резко тускнеет и становится совсем грустным. — Я пришла сказать ему пару слов, а потом мне нужно уйти.
— Понятно, — отвечаю я единственное, что мне приходит на ум, понятия не имея, как продолжить разговор.
Как вдруг она шепчет слова, от которых меня пробивает дрожь:
— Об аборте.
— Что? — шокировано переспрашиваю я на выдохе — будто из моих легких одним ударом выбивают весь кислород.
— Что? — Лара в ужасе поднимает на меня взгляд. — Я что сказала вслух?
— Аборт? — переспрашиваю я, смотря на неё широко открытыми глазами, не веря в то, что услышала.
— Лия, это не то, что ты думаешь, — поднимает руки девушка, сдаваясь, и начинает усиленно качать головой из стороны в сторону. — Дело уже решенное…
— Решенное? — продолжаю шокировано переспрашивать я и ненароком касаюсь рукой живота.
— Лия, я случайно проговорилась, давай это останется между нами, — умоляет девушка. — А лучше давай ты просто забудешь о том, что я тебе тут наговорила.
— А кто был инициатором? — дрожащим голосом спрашиваю я, страшась ответа.
— Всё это уже совершенно неважно, просто забудь, ладно? — бросает Лара и вскакивает со скамейки, смотря куда-то позади меня. Я тоже медленно оборачиваюсь и вижу его.
— Я должна идти, — говорит девушка. — Надеюсь на твоё понимание.
Лара чуть ли не бежит к Илье, а перед моими глазами возникает белая пелена, и я перестаю что-либо видеть.
В голове проносится ещё один сценарий, о котором я раньше даже не задумывалась. В нём Дроздов настаивает на аборте. Ни я, ни ребенок ему не нужны, у нет никаких чувств ко мне, а, значит, и ребенок от нелюбимой женщины не нужен.
Он ведь не может так поступить? Мой Илья точно не может так поступить. Но что значат слова Лары об аборте? Неужели, он заставил её пойти на такое?
Месяц назад Илья просил оставить произошедшее тогда между нами в тайне. Значит ли это, что он может захотеть и оставить ребенка в тайне, или того хуже отправить на аборт, потому что иначе всё может раскрыться и разрушить его, по-видимому, всё ещё целый брак?
Нет, он не может так поступить. Точно не может.
Заставляю себя выдохнуть. Пелена перед глазами потихоньку исчезает, и я начинаю видеть. Когда взгляд фокусируется, вижу, как Лара уже прощается с Ильей, обнимает его и уходит.
Дроздов какое-то время смотрит ей вслед, затем тяжело вздыхает, делает шаг к парковке, как натыкается взглядом на меня и застывает, удивленно поднимая брови вверх.
Я делаю глубокий вдох, встаю со скамейки и легонько машу рукой. Заставить себя улыбнуться не получается.
Илья едва заметно кивает и идёт в мою сторону. Он всё такой же изнеможденный, каким был месяц назад.
— Привет, — медленно здоровается он, подойдя, и хмуро на меня смотрит, — что ты здесь делаешь?
— Ты отправил Лару на аборт? — спрашиваю я, не церемонясь.
— Что? — и он закашливается от прямоты моего вопроса, когда приступ кашля проходит, начинает на меня ещё более хмуро и недовольно смотреть, но я вижу, как он внутри закипает.
— Ты слышал мой вопрос, — жестко говорю я, нисколько его не страшась.
— Лия, это вообще не твоё дело, — грубо отвечает он, и я вижу, как в его глазах начинают тлеть угольки ярости.
— Просто ответь, Илья, — требую и смотрю прямо в его глаза, меня нисколько не пугает его взгляд — на кону гораздо больше.
— Что ты себе позволяешь?! — взрывается он. — Это только мое с Ларисой дело. И точка.
Мы смотрим друг на друга, не отводя взгляда, и я понимаю, что никто из нас не собирается отступать.
— Ладно, — даю заднюю я и решаю зайти с другой стороны. — А если бы я была беременна, ты бы тоже отправил меня на аборт?
— Конечно, отправил бы на аборт, ты же ещё сама совсем ребенок, у тебя вся жизнь впереди, рано ещё для детей! — восклицает он на эмоциях. — Да и вообще, с чего такой вопрос и какое я имею к этому отношение?
Меня как будто протыкают ледяной стрелой, от которой не только по груди растекается боль, но ещё и температура всего тела резко падает на несколько десятков градусов вниз — еле держусь, чтобы не задрожать от услышанного.
Илья замечает моё состояние и резко меняется в лице.
— Ты беременна?!
— Нет! — тут же отрицаю я и выдерживаю его взгляд, чтобы ему в голову даже мысль не пришла, что я лгу. — Конечно же, я не беременна.
— Хорошо, — медленно выдыхает, стараясь успокоиться, усиленно потирает переносицу и уже спокойнее говорит. — Тогда к чему весь этот допрос? Между нами с тобой ведь ничего не было.
Ничего не было? Он тогда был настолько пьян? Хотя, наверное, так даже лучше. Он даже никогда не подумает о том, что может быть отцом моего ребенка, а нам такой папа, готовый отправить на аборт, точно не нужен.
Внутри меня что-то умирает и, кажется, мне становится абсолютно плевать на человека, стоящего передо мной. Он продолжает что-то говорить, а я уже не слушаю, пропуская всё мимо ушей.
Да, такой папа нам не нужен.
— Ты пришла защитить Лару? — сыплет вопросами Дроздов. — Что она тебе наговорила? Или, может, Лука тоже вставил свою лепту? Хотя ума не приложу, что он мог сказать…