Я жив
Шрифт:
— Рай для живности, — прошептала Ева.
— Дохляков значит здесь точно нет. Они хорошие крысоловы, ты знала?
— Нет. У меня не было возможности поговорить с кусаками теснее об их способностях, они вечно хотят меня сожрать.
— Ха-ха, — хмыкнул Джон, в шутку ослепив её своим фонарем.
У продуктов они разделились. Джон стал засовывать в свою сумку всё, что казалось ему привлекательным на вид. Для пробы, он открыл одну банку с рыбными консервами и тут же наморщил лоб от вони, что-то недовольно мыча себе под нос. Ева же пошла в сторону напитков, надеясь наткнуться на полку с медикаментами. О просьбе Кэтрин она не забыла, осталось только незаметно сунуть тест в сумку. Другое дело, сможет ли она остаться в живых, чтобы доставить предмет в руки подруги. В этом Ева уже глубоко сомневалась.
Найдя нужно, она решила, что два теста более точны, чем один. Так ведь делают в фильмах? Или лучше взять три? Для пущего эффекта. Сама она никогда с этим не сталкивалась. Взяв первую попавшуюся пачку, девушка наспех пробежалась глазами по строчкам.
— Кхм… — прокашлялись сзади.
Вздрогнув от неожиданности Ева выронила находку, выругавшись:
— Твою же…
Джон стоял невозмутимо оперившись на одну из полок. Губы изогнуты в усмешку, но глаза неотрывно смотрели то на неё, то на тест на полу.
— Это не для меня, — тут же поспешила сообщить Ева.
— Я и не спрашивал. Не моё дело, — равнодушно ответит тот, вот только девушка не поверила ни одному его слову. — Закончила?
— Почти.
Скоро она затарилась несколькими бутылями воды и поспешила за Джоном. Мужчина ожидал её у выхода, задумчиво крутя в руках битой, довольным он не выглядел.
— Кажется всё, надо идти пока не стемнело.
— Ты забыла? У нас есть ещё одно очень важное дело.
— Что за дело? — удивилась Ева.
— Ты обещала показать мне свой дом, — подмигнул он.
— Серьезно?! — радостно подпрыгнула русая, ладони прижались к покрасневшим щекам. — Ты правда пойдешь со мной?
— Я же поклялся. Показывай дорогу.
Ева жила в небольшой многоэтажке. Всю жизнь до замужества она проживала в частном доме с отцом, потом переехала к Александру в его квартиру на девятом этаже. Долго привыкала к шумным соседям и маленькому пространству, но Ева полюбила это место. Стоило ей увидеть знакомые очертание дома, его фасады и окна, она бы расплакалась будь более сентиментальной. Но всё же тёплый луч надежды загорелся у неё в душе. А вдруг она зайдет в квартиру, а там её ждет…
— Так ты жила здесь? — прервал её мысль Джон, высоко задрав голову. — Ничего так, богато.
— Да, наверное.
— Ты какая-то неуверенная. Хочешь повернуть назад? — вскинул бровь Джон, заслужив при этом сильный толчок по ребрам. — Ауч. Тогда вперед, Мисс Независимость.
Но чем ближе она была у цели, тем больше от трепета начинало всё сжиматься.
«Глупые страхи» — прошипела недовольно Ева и решительно шагнула вперед, затаив дыхание.
Холл был пуст, на одном из подоконников уже завяли цветы Миссис Фиг, соседки с её этажа. Добрая была женщина, правда немного помешанная на котах. Александру ни раз приходилось залезать на дерево снаружи чтобы достать одного из её питомцев.
— Лифт работает, — проинформировал Джон, когда толстые металлические стены раздвинулись перед ним. — Какой твой этаж?
— Девятый. Но подниматься в лифте в конец света немного странно.
— Хочешь подняться пешком?
Ева смущенно посмотрела на лестницу, которую всегда ненавидела. Их лифт любил ломаться именно в те моменты, когда она оказывалась рядом с ним. Совпадение конечно же, но застрять сегодня в четырех стенах ей очень не хотелось. Джон тем временем уже зашел в пространство белых стен и выжидающее на неё посмотрел.
— Я не очень люблю лифты, — скрывая дрожь в голосе произнесла Ева, но «коробка» уже двинулась вверх, заложив уши. При таких ощущениях её всегда начинало шатать, инстинктивно она ухватилась за крепкое плечо мужчины.
— У тебя типа клаустрофобии?
— Нет, просто не нравятся тесные пространства с возможностью застрять и не выбраться.
— Это и есть клаустрофобия.
— Ну, я так не считаю.
Но стоило лифту остановиться, издав противный писк, Ева облегченно выдохнула, отпустила руку Джона и пулей вылетела из замкнутого помещения.
— Обратно спускаемся пешком! — предупредила она расхохотавшегося друга. — Прекрати ржать.
— Как ты добиралась сюда до этого? Качала ноги на ступеньках?
«Редко выходила из дома» — подумала она, но ответила иначе.
— Я долго сидела без работы, потом устроилась, в одну дешевую журналистскую компанию. Уставала так что не замечала, как возвращалась домой, будто в сне.
— Не любила там работать? — уже серьезным тоном спросил Джон. В его глазах она увидела, будто он понимает о чём она.
— Ненавидела. Нудная офисная работа с таким же нудными людьми.
— А ты скуку не любишь. Так что? Это твоя дверь? Ключи не забыла?
Ключи. Свою связку она потеряла ещё месяц назад. При виде непонимания на её лице, Джон усмехнулся и сделал самое неожиданное, что она могла представить. Он, довольный собой, опустился перед ней на колено, достал из своего кармана что-то похожее на маленькие отвертки и заговорил торжественным тоном.
— Мисс Независимость, согласна ли ты, чтобы я вскрыл твою квартиру? Ты должна знать, что никогда в жизни я такого не спрашивал.
Сдерживая смешок, она прижала ладонь ко рту, подыгрывая.
— Это так неожиданно, я должна подумать.
Оба расхохотались, чуть не свалившись на пол. Ева ещё вытирала слёзы, когда Джон приступил ко взлому замку. Думала ли она когда-нибудь, что будет приникать в свою собственную квартиру с бывшим вором. И смешно, и стыдно. Она представила, чтобы сказал на это её муж полицейский. Будь он там, Джон вряд ли вышел отсюда живым.
Но в квартире не было никого. Ева не могла понять, она выдыхает от разочарования или облегчения?
— Ну вот, волшебник сделал дело.
— Волшебник?
— Он самый. Хорошая квартирка.
«Да, очень хорошая».
Одна кухня, соединённая с залом, две спальни, один кабинет. Ева всегда поражалась, откуда у простого полицейского такая квартира. Когда она только въехала, это была поистине холостяцкая берлога. Ничего лишнего, всё только необходимое. Ни одной фотографии на стенах, слишком мало света, а из электрики только телевизор и холодильник. Ева любила декор, даже самый мелкий. Уже через несколько недель их дом полностью преобразился. Стало больше тепла и уюта, который не испарился даже сейчас.