Я живу!
Шрифт:
Жить могут рядом, среди нас пока,
Или вселенной бороздят просторы.
В природе нашей, музыкой из слов,
В речь преломить немые ощущения,
За грани установленных основ
Возвысить красоту стихотворения.
Поэты – совесть наша и душа,
Они нас терпят, любят, понимают.
Есть среди них любимые сердца,
Себя народ которым доверяет.
Высоцкий, Гамлет, Дон-Кихот, герои
Рассказов Лондона, былинные Добрыни –
Вы побеждаете всегда, со злом вы в споре,
Покой вам снится извеку доныне.
Куцырка Николай
Высоцкий в Магадане
(В Магадане, на берегу бухты, поставили памятник
Высоцкому)
–
96 -
_______________________________ Книга II «Я живу!»
У меня был друг
он уехал вдруг
не к теплу на юг –
на север.
Он же был бунтарь,
поманила даль –
он тоску-печаль
развеял.
Там на северах,
на семи ветрах,
на своих ногах –
упруго,
он сейчас стоит –
и слеза бежит,
и душа болит
без друга…
Мне бы самому
к вам на Колыму,
да цветы ему –
живые!..
На пределе сил
и творил и жил.
Он тебя любил,
Россия.
Бронзовый металл
да на пьедестал,
всё, как он мечтал –
бухта в Магадане…
Не его вина
в том, что жизнь одна.
…Эх, давай до дна – помянем...
– 97 -
Посвящаем Владимиру Высоцкому___________________
Ланцелот
На концерте Высоцкого
Шёл этап голоцена московского.
Два билета, и не без труда,
На концерт я достал, на Высоцкого
В свой студенческий скромный ДК.
Я тогда относился с прохладцею.
Что там хрипло и рвано он пел?
Но зато два часа наслаждаться мне,
С той, что в юбочке выше колен.
Предвкушал, как она заворожено
Вся на сцену – немое кино.
Я ж глазами коленки восторженно
Поедать буду, как эскимо…
Он вошёл. И в этюде лирическом
Появились иные мазки.
Замер я, как в прицеле оптическом,
А вокруг песен волчьи флажки.
Его голос, как молотом в кузнице,
Наковальня – гитара певца.
И, забыв о прекрасных сокурсницах,
Понесли мы на сцену сердца.
Зал сплотился Великой армадою,
И когда взмыл аккорд над струной.
Лишь скажи он: «Вперёд, баррикадами»!
Мы пошли бы отчаянно в бой!..
–
98 -
_______________________________ Книга II «Я живу!»
…Обещал я, очнувшись, красавице,
Что к нему на Таганку свожу…
Только год тот июлем оплавился
И прощальную вывел межу.
Лебедев Сергей
Высоцкому
Осень, Куйбышев, «политех»,
Студенческие подмостки,
Сегодня для каждого и для всех,
Поёт Владимир Высоцкий.
Зачёты на завтра отложены,
Мы собираемся в зал,
Только принять всех не может он,
По меркам студенческим – мал.
И голос за дверь вырывался,
И слышен на весь «политех»,
Он тембром своим издевался
Над страхом, запретами «тех».
Летел этот голос и дальше,
Даря нам свободы глоток,
И хоть с хрипотцой, но без фальши,
И нерв обжигал, словно ток.
Осень, Куйбышев, «политех»,
Студенческие подмостки,
Сегодня для каждого и для всех,
Поёт Владимир Высоцкий.
– 99 -
Посвящаем Владимиру Высоцкому___________________
Лернер
Памяти Владимира Высоцкого
Опять подкралось незаметно лето.
Открыты настежь окна и балкон…
Я достаю любимую кассету,
И заправляю свой магнитофон.
И сонный мир вдруг стал волшебно значим:
Як-истребитель снова рвётся вдаль,
И кони привередливые скачут
По кромке жизни, хрупкой как хрусталь,
И скалолазка снова извлекает
Его из бездны, и хрипят на дне
Подводники, всё глуше посылая
Призывный «СОС» сквозь равнодушье дней.
Несётся хрип совсем не славы ради –
Хозяин жить для славы не умел.
На целый свет горел любовью к Влади,
О боли мира, задыхаясь, пел.
Сегодня его голос сиротою
Кричит о том же с четырёх сторон…
Врывается в бездушия, в покои,
Из душ уснувших прогоняет сон…
Вот он хрипит, хрипит, вот-вот сорвётся,
Вот-вот сгорит, взметнувшись на костёр…
В магнитофоне, словно птица бьётся,
Внезапно потерявшая простор.
Я старую кассету загоняла,
И звук как пересохший лист шуршит…
Теперь её кручу я очень мало…
Но вновь взрывает тишину кварталов
Бессмертный хрип задушенной души.
–