Чтение онлайн

— Доча, мы собрались пройтись по отделам. Пойдём, посмотрим? — он, вроде, спрашивал, но глаза выдавали твёрдое намерение взять меня с собой.

— Да, уже иду. — я повернулась к компании мужчин.

Глаза парней из команды Максима вопросительно и удивлённо воззрились на меня.

— Ребята, это Анжелика, названая дочь Михаила Геннадьевича, замечательный специалист в кардиохирургии. Именно она оперировала Марику. — Максим взял мою руку и потянув вперёд, поставил перед мужчинами. Он называл имя и человек, выходя из образованного ими полукруга, пожимал мне руку. Все улыбались и было видно, что им приятно видеть меня здесь. Все вместе мы вышли из приёмной и пошли знакомиться с работой отделов фирмы Максима, которых было довольно много. Через некоторое время меня так увлекла эта познавательная экскурсия, что я начала задавать вопросы. Особенно яркое, неизгладимое впечатление на меня произвёл хирургический робот или, как его ещё называли, робот да Винчи. Его разработали для проведения очень точных операций. Через специальный пульт робот полностью управлялся врачом. Эта технология использовалась при пластике клапана, аорто-коронарном шунтировании, установке сердечного кардиостимулятора. Видя мою заинтересованность, специалисты показали видеоролик, демонстрирующий робота да Винчи в действии. Это было просто потрясающе! Чёткость, быстрота, никакого дрожания рук! Действительно, это была технология нового поколения. Часа через два я почувствовала, что мои ноги на туфлях на небольшом каблуке начали гудеть и немного замедлила темп. Максим тут же уловил эту перемену и подойдя, наклонился ко мне:

— Лика, устала?

— Да, что-то ноги бунтуют. — улыбнулась я.

— Давай, я тебя провожу до своего кабинета, там отдохнёшь. Похоже, что Михаил Геннадьевич сильно заинтересовался, раз не снижает темп. — улыбнулся мне в ответ Максим.

— Да, наверно, я лучше соглашусь. — сказала я, опираясь на предложенную им руку.

Мы дошли до приёмной, которая в этот момент пустовала, затем в кабинет, где Максим усадил меня в своё кресло. Я со стоном облегчения скинула туфли и пошевелила пальцами ног.

— Какое блаженство! — протянула я.

— Если захочешь, можешь откинуть спинку или залезть в кресло с ногами. — улыбаясь, предложил мне хозяин кабинета.

— Спасибо! Если что, воспользуюсь твоим предложением. — наклонившись и растирая ноги, сказала я.

— Ты ничего не хочешь: пить, кушать? — поинтересовался Максим.

— Нет, пока ничего. Только отдохнуть. — заверила я его.

— Хорошо. Я тогда пойду обратно к ребятам. Мой телефон у тебя есть. Если что — звони. — он быстро чмокнул меня в макушку и вышел.

Я не шевелилась, стараясь как можно дольше сохранить чувство тепла и приятных мурашек, расходившихся от того места, где меня коснулись его губы. Кресло было настолько большим для меня, что я свернулась в нём удобным калачиком и сама не заметила, как уснула. Сквозь дрёму почувствовала, как меня легонько гладят по плечам. Открыв глаза, увидела, что в кабинете уже довольно темно и Максим сидит передо мной на столе.

— Ничего себе я поспала! Что раньше не разбудил? — потирая глаза, спросила я.

— В этом не было необходимости. Ты никому не мешала. — успокоил меня Максим. — Пойдём, кое-что покажу.

Он протянул мне руку и, осторожно вытянув из кресла, повёл к окнам. Жалюзи были раздвинуты, открывая потрясающий вид на вечерний город! Я застыла, не отрывая глаз от увиденной красоты! Это напоминало вид из окон моей квартиры, только панорамные окна исключали эффект ограниченности и создавалось ощущение, будто ты смотришь на всё это, зависнув в воздухе! Максим обнял меня за талию и тоже замер. Мы находились в своём особенном мире! Из эйфории меня вывел тихий щелчок двери. Я обернулась, но никого не увидела. Максим тоже никак это не прокомментировал.

— Нас дома не потеряют? — подняв голову, спросила я.

— Михаил Геннадьевич сам сказал, чтобы я, по возможности, дал тебе выспаться. Ты, оказывается, тот ещё трудоголик. — он шутливо щёлкнул меня по носу.

— Понятно. В разведку с ним — ни-ни! — возмущённо процедила я.

Максим заразительно рассмеялся, откидывая голову. Я невольно засмотрелась на него!

— Он реально переживает за тебя и мне это нравится. — подводя меня обратно к креслу, возле которого стояли мои туфли, защитил Максим папу Мишу.

Взявшись за руки, мы спустились к машине и здесь встретили Олега.

— Олегыч, ты тоже ещё здесь. А что не зашёл? — спросил Максим.

— Да я решил немного макулатурой позаниматься. А то Геннадьевич всех ушатал сегодня. Наши поражаются его энергии! — восхищённо пояснил Олег.

— Ага, мировой мужик! — подтвердил Максим. — Бес говорит, что у него и в клинике полный порядок и дисциплина на высоте.

Я ощутила такую гордость за папу Мишу, что невольно заулыбалась.

— Да вон и Лику вымотал. Ещё чуть-чуть и без сил упала бы. — позубоскалил Олег.

— Это поколение такое крепкое. Нам до них далеко. — с уважением объяснил Максим.

— Наши отлёживаться поехали. Ну что, и мы по домам? — спросил заместитель боса.

— Конечно. День насыщенный был. — согласился Макс.

— И очень увлекательный и познавательный. Огромное спасибо вам за это, правда! — от души поблагодарила я.

— Нам было очень приятно! — отозвался Олег и подошёл к сверкающему рубиново-красному железному красавцу.

— Давайте, пока. Если получится — заскочу ещё. Если нет — дам через Макса свой номер телефона, чтобы не потеряться и быть на связи. — сверкнув улыбкой и помахав рукой, Олег уехал.

Мы, не торопясь, ехали по вечерней столице, через открытые окна наслаждаясь свежим летним ветерком. Везде были люди, занятые чем-то важным для себя: одни торопились домой с полными сумками продуктов, другие неспешно прохаживались по улицам, третьи сидели в ресторанах и кафе, особенно за столиками на улице. Такой ритм жизни невольно будоражил, встряхивал от апатии, вливал жизненную энергию. Хотелось сделать много всего и сразу. Это был ритм жизни мегаполиса! Теперь я понимала, почему сюда стремилось множество людей: здесь была потребность в них и возможность развиваться. Главное, чтобы было желание достичь чего-то.

Я поймала взгляд Максима, наполненный гордостью и поняла, что не он живёт в этом городе, а город живёт в нём!

— Тебе нравится Москва, да ведь? — констатировала я.

— А тебе нет? — вопросом на вопрос ответил он, внимательно смотря на меня.

— Двоякое чувство: с одной стороны завораживает, а с другой — пугает. — призналась я.

— Пугает? Чем? — встревожился Максим.

— Я боюсь потеряться в нём. Не буквально, а фигурально. В своём городе я добилась многого благодаря тому, что он не очень большой, а здесь, при таких масштабах, я не буду значить ничего. — попыталась пояснить я более доходчиво.

И Максим меня понял, потому что, когда мы остановились на светофоре, он, повернув голову, пронзил меня взглядом своих синих глаз и без тени улыбки произнёс:

— Никогда, слышишь, Лика, никогда не сомневайся в себе! Не смей! Мои достижения не стоят и сотой доли твоих! Ты выдающийся специалист! Отец сказал, что Михаил Геннадьевич не успевает отмахиваться от желающих переманить тебя к себе. И даже из-за рубежа за тобой охотятся. И после этого ты боишься, что Москва тебя не признает?! Да она упадёт перед тобой на колени, поверь!