Чтение онлайн

— Неудобно тут. Что-то впилось мне в бедро. Пошли есть, — весело сказала она, накинула капюшон на голову и открыла дверь.

Я, пребывая в эйфории, молча последовал следом. Я не мог поверить, что это происходит на самом деле.

В кафешке Ири долго изучала ассортимент. Посетителей не было, но она не снимала капюшон. Потом ткнула своим указательным пальцем на мясной рулет и села за столик. Я озвучил девушке заказ, а потом, повернувшись к Ири спросил:

— А что пить будешь?

— Кислого чего-нибудь, — пожав плечами, ответила она.

Я сидел и любовался ею. Она так аппетитно ела, а я не сводил с нее глаз.

— Почему себе ничего не заказал? — спросила она.

— Я ел два часа назад с Яроксом. А тебе можно мясо? Меня Норвал потом не убьет?

— Не. Сегодня мне можно всё. А завтра пусть мне будет плохо и буду сгорать со стыда, но до утра я в больницу не вернусь. Покажешь мне город? Хоть немного.

— Покажу свои любимые места. А почему тебе должно быть стыдно?

— Ивар! Через два дня я замуж выхожу. Я не могу быть с тобой. Простишь ли ты меня когда-нибудь за то, что я сейчас с тобой и тот поцелуй в авто? Я не должна была сбегать. Последствия могут быть печальными для меня, но мне нужно поговорить с тобой глядя в глаза, а не по смарту. Не спрашивай, пожалуйста, сейчас ничего. Разреши мне насладиться свободой и ни о чем не думать. И про лабораторию не спрашивай. Позже я расскажу Дамиану, и он на свое усмотрение расскажет, что посчитает нужным.

— Хорошо. И ты тогда позволь мне сегодня насладиться твоим обществом, — улыбнувшись, ответил я. А у самого от ревности аж зубы свело. Трэйн ее там чем-то запугал или, может, заставил что-то подписать? Он так просто ее не отпустит. Но и я не собираюсь сдаваться.

Катаясь по городу, Ири восхищенно смотрела по сторонам. Останавливались в разных местах с местными достопримечательностями. Она искренне удивлялась чему-то и радовалась словно ребенок. А я любовался ею. На улице она все время держала меня за руку. Я только в детстве ходил за руку с мамой или сестрами. Никогда не подумал бы, что с любимой девушкой это так приятно. Ближе к четырем я заметил, что она устала. Стала чаще садиться на скамейки и реже говорить.

— Поехали назад? — спросил я ее

— Нет. А ты где живешь?

— Недалеко отсюда. Два квартала.

— Поехали к тебе.

— Моя маленькая берлога холостяка не готова принять в гости милую девушку. Ты будешь в шоке от беспорядка в ней.

— Поехали! Хочу это видеть. А то вокруг меня все слишком красиво и богато. Хочу посмотреть, как живут холостяки, — засмеявшись, сказала она. Встала со скамьи, взяла меня за руку и повела к авто.

Открывая дверь ключом, я сказал:

— Я предупреждал, — шагнул внутрь и включил свет.

Но она, зайдя внутрь, сняла обувь, прошла дальше, огляделась и воскликнула:

— Это ты называешь скромным жильем холостяка? Да тут шикарно.

Потом прошла на кухню, налила воды в стакан и вместе с ним пошла в спальню.

— Признавайся, сколько женщин спали в этой кровати?

— В этой ни одной.

— Теперь одна точно, — сказав это, она допила воду и отдала мне стакан. Сняла с себя спортивный костюм, оставшись в свободной футболке и трусиках, залезла под одеяло.

— Иди ко мне, приставать не буду, — улыбаясь, прошептала она и положила голову на подушку.

Я не мог пошевелиться. Сколько раз я представлял, как привожу ее к себе домой, но не мог подумать, что будет именно так.

— Но я не обещаю, что не буду. Ты, конечно, можешь находиться в моей кровати хоть в чем, и хоть какой, но мне надо помыться, — с этими словами я взял полотенце и пошел в душ.

Когда вернулся, она спала, спустившись ниже подушки, подложив ладонь под щеку. Я сел рядом и провел рукой по волосам и щеке. Она что-то сказала во сне, но не проснулась. Завел будильник на шесть тридцать, что бы вернуть ее обратно к семи и лег рядом, прижался к ее спине, обнял и уткнулся ей в затылок. Я хотел, что бы было так всегда. Через мгновение она проснулась и повернулась ко мне. Закинула ногу мне на бедро и, прикоснувшись носом в районе ключицы прошептала:

— Вкусно пахнешь. В следующий раз с тобой в душ пойду.

— Я буду только рад, — ответил ей и прижал к себе сильнее.

Она тут же уснула, а я возбужденный ее близостью не мог уснуть. Лежал и гладил ее. В голову лезли разные мысли. Пролежав так, наверное, с час она начала ворочаться и отвернулась от меня. Потом начала шептать какую-то ерунду:

— Не убивай их… Кира! О! Кишки… Вадим! Не ешь это!

Я понимал через раз, что она говорит. Обнял посильнее и поцеловал в основании шеи.

— Дамиан, отпусти, ты меня задушишь, — сказала она четко и вздрогнула проснувшись.

Я лишь стиснул зубы. Ей снился Трэйн? Или она подумала, что это он ее обнимает? Она перевернулась на спину и тогда я спросил:

— Что тебе снилось?

— Сколько времени? Нам пора? — спросила она.

— Нет, будильник еще не звонил. Расскажешь сон?

— О нет! Там такой бред был. Я разговаривала во сне?

— Немного. Я не хочу тебя отпускать, — сказав это, я прижал ее к себе посильнее.

Она повернулась ко мне лицом и тоже обняла. Потом провела рукой по спине, по боку и уперлась ладонью мне в грудь, пощупав ее, опустила руку на живот, провела по прессу, вздохнула и прижалась ко мне всем телом.

— Я тоже не хочу уходить.

Мы лежали так довольно долго, я от ее близости дышал через раз. Я так сильно ее хотел, что мужская физиология выдавала меня с потрохами. Я старался не шевелиться. А она, продолжая меня обнимать, сопела мне в ключицу. Прозвенел будильник, я протянул руку и отключил его. Ири крепко спала. Мне так не хотелось ее будить, но, все же, поцеловав ее в лоб прошептал:

— Доброго утра, любимая.

— Утро добрым не бывает. Я не хочу вставать. Но нельзя палиться, — проворчала она, уткнувшись мне в грудь. Я опять некоторые слова с трудом понял. Потом она резко от меня отодвинулась, а сколько времени?

— Шесть сорок. Встаем?

— Встаем, — со вздохом сказала она и, соскочив с кровати, побежала в ванную.

У меня сложилось впечатление, что мы с ней всегда были вместе. Она так естественно все делает и ни капли не стесняется. Сестры, когда приходят в мою квартиру всегда морщатся и ругаются, что у меня так неуютно. Грязная маленькая квартирка, но Ири… Неужели она правда всего этого не замечает? Я встал, оделся, но она не выходила. Я постучал в дверь и спросил, все ли в порядке?

— Ивар! Я беда, а не человек.

— Что случилось? Открой дверь.

— Не могу. Я стесняюсь.

— Кого? Или чего? У тебя женские дни, что ли начались? Подожди, сейчас сбегаю в магазин, тут рядом.

— Откуда знаешь? Стыдно-то как, — услышал я ее смущенный голос.

— Любимая, у меня три сестры. Я для них, что только не делал. Я быстро, — сказал и выбежал за дверь.

Когда я пришел обратно и в приоткрытую щель просунул пакет, она поблагодарила меня, спросив, куда так много, на что я ответил: