Чтение онлайн

В одиннадцать я был уже на месте. Подготовка шла полным ходом. Такое событие случается редко в нашем городе, поэтому стали подтягиваться любопытные, что бы занять места поближе к алтарю. Повсюду журналисты, и тут я увидел Тизу. Она была организатором церемонии и руководила всем этим хороводом из обслуживающего персонала и высокопоставленных гостей. Она так умело раздавала указания и рассаживала командоров и их жен, что я невольно засмотрелся на нее. Интересно знает ли Трэнк кого берет себе в жены? Он же скоро будет у нее под каблуком или он уже там? Улучив момент, когда она осталась одна, я подошел к ней и, поздоровавшись, спросил, во сколько прибудут виновники торжества и куда сначала отправятся. Тиза выгнув бровь, недовольно посмотрела на меня.

— Зачем тебе? Ты на этом празднике явно лишний, но только из-за Трэнка я тебе скажу. Кира попросила минимизировать нахождение в толпе, так что пройдет все очень быстро.

— Ты такая великодушная, спасибо. Я тебе честно скажу, мне нужно поговорить с Ири перед церемонией.

— С кем?

— С Кирой. Или может хотя бы позвонить ей.

— Вряд ли она тебя сейчас будет слушать. После церемонии будет банкет, вот после и звони.

— Мне нужно сейчас. Да и отключен у нее смарт.

— Что ты задумал? Испортить ей церемонию? Дамиан тебя знаешь, куда потом отправит?

— Помоги мне организовать встречу.

— Майор Леннс, Вы вынуждаете меня обратиться к охране. Я не могу допустить, чтобы что-то прошло не так, как я запланировала, — сказала она надменным голосом. Вот явно у командоров научилась этому.

— Тиза, я люблю ее, мне нужно знать, что она действительно добровольно выходит замуж.

— А как иначе? У них обоюдно все! Ты думаешь, что Дамиан ее заставляет? Такой ерунды я от тебя не ожидала. Ты фильмов каких-то насмотрелся? Всё, мне некогда, не делай глупостей, смотри, сколько тут народа, найди себе новую девушку, не мешай, — сказала она и ушла кричать на парня, что разбил вазу с цветами у входа в храм.

Я поспешил внутрь. Предъявив удостоверение, мне разрешили пройти в первые ряды. Там уже рассаживались командоры и высокопоставленные чиновники. Я не стал садиться, хотя тут было несколько свободных мест, а встал в проходе, чтобы не стоять в очереди на выход, и беспрепятственно можно было покинуть храм. Как и ожидалось ровно в двенадцать к храму подъехал белый Паммер, украшенный золотыми лентами. Увидев, как Трэйн подав руку помогает выйти из авто моей Ири, у меня перехватило дыхание. Я видел много церемоний, и невесты были всегда обворожительны, начиная от моих сестер, друзей и до малознакомых коллег по работе, но Ири была нереально красива. Может это от переизбытка моих чувств к ней, но она была словно иллюстрация Богини Живы на книжке, что читала мне Розана в детстве. Посмотрев на то, как Трэйн держит ее за руку, я только сильнее сжал зубы. Ревность, злость, отчаянье, тоска, грусть — все слилось в единый тугой комок, и он застрял у меня в горле. Трэйн, как всегда, со своим высокомерным взглядом окинул толпу и, придерживая за руку мою девочку, повел в храм. Лицо ее было прикрыто фатой, и она шла, глядя себе под ноги, так что я не смог разглядеть ее эмоций. Они быстро прошли к алтарю, и началась церемония. Храмовники окружили их и заголосили свои торжественные речи. Я смотрел только на нее и ни на что не обращал внимания. Ни перешёптывания толпы, ни вспышки камер, ничто не могло меня оторвать от хрупкой фигурки в этом великолепном платье. Мне хотелось крикнуть, чтобы остановили этот балаган, подбежать к ней и унести подальше. Такую бурю чувств и эмоций я не испытывал никогда в жизни. Когда храмовники закончили и настал черед их клятв, Трэйн встал на колени перед Богами и без запинки торжественно ее произнес, а моя Ири стояла неподвижно, словно еще одна статуя в этом храме и лишь по подрагивающим пальцам я понял, что она сильно волнуется. Трэйн закончив со своей клятвой, поднялся, повернулся к ней, поднял фату и я увидел, что она плачет с улыбкой на губах. Вот тут я неосознанно двинулся вперед. Отодвинул с пути пару человек, шагнул ближе в проход и случайно наступил кому-то на ногу. Тишину храма нарушило это громкое ойканье, но я даже не извинился, так как Ири слегка повернула голову на этот звук и наши взгляды встретились. На ее лице отобразилось столько эмоций, что я замер глядя на нее. В голове пробежала мысль: «А вдруг она сейчас оттолкнет Трэйна и побежит ко мне?» Но моей мечте не суждено было сбыться, так как в этот момент вышла ее подруга Минна с большой корзиной заполненной различными продуктами и полевыми травами. В зале стал нарастать гул возмущенных тем, что в храме находится кантайка, так еще подошла близко к алтарю, но храмовники постучали своими жезлами об пол, и со звоном колокольчиков в зале сразу все затихли. Ири приняла корзину из рук подруги и начала возле каждой статуи раскладывать приношение. А когда она подошла к статуе Живы, опустилась на колени, поставила на пьедестал корзину с оставшимися там овощами и фруктами и произнесла старую молитву приношения даров. Так уже лет сто никто не делал. Зачем Трэйн заставил ее это делать? Хотя по выражению его лица я заметил, что он и сам не ожидал от нее такого. В зале снова начались перешептывания, но она не замечала их и, закончив хвалебную речь начала говорить клятву. Голос ее дрожал, но она, не останавливаясь завершила ее и почему-то не стала вставать, а начала еще что-то шептать. Трэйн явно напрягся, но с места не сдвинулся, тогда подошел храмовник и громко произнес, что клятвы приняты и жених может поцеловать невесту, но Ири снова не пошевелилась, тогда Трэйн опустился на одно колено и осторожно взял ее за руку. Я понял, что от волнения у нее опять онемели ноги. Трэйн так ловко ее приподнял, что со стороны было даже незаметно. Рядом стоявшие девушки, увидев это, начали ахать и вздыхать от восторга. Шепча как это романтично, что мне стало тошно. Я не знаю, почему продолжал стоять и смотреть когда он приблизился и поцеловал ее, мне отчаянно хотелось быть на его месте. В этот момент все в зале зааплодировали и начали выкрикивать слова поздравлений, а потом раздался громкий хлопок и из чаши, которую держала в руках статуя Богини Живы водопадом полилась вода. Храмовники всплеснули руками и упали на колени. А главный заголосил, что этот брак одобрен Богами и начал нести какую-то ересь, но я его уже не слышал, я рванул на выход.

Я так спешил покинуть храм, что опять пришлось некоторых людей кто стоял на проходе огибать и отодвигать руками. Дойдя до вожделенных дверей, я слишком резко толкнул их и шагнул через порог и только потом понял, что я кого-то сшиб. А точнее этот кто-то оказалась молодая девушка. Она даже крикнуть не успела, как навзничь упала на спину, раскинув руки. Выругавшись, я ринулся к ней и увидел, как у нее из носа побежала кровь, а на лбу и губе прослеживалась четкая линия от двери и вдруг мгновенно на лбу стала надуваться шишка, а это рассечение стало кровоточить. Девушка была без сознания, я присел рядом и, нащупав пульс, вызвал кэб. Вокруг стали собираться люди и мне пришлось достать удостоверение и сказать, что все под контролем, чтобы не было лишних вопросов. Разговаривать с кем-либо у меня не было желания. Через несколько минут прилетел кэб и парни, осмотрев девушку, погрузили ее на носилки, а я отправился с ними. Пока летели, девушка была без сознания. Медработник, просканировав ее чип позвонил ее опекуну. Я не мог здраво рассуждать и поэтому просто сидел молча и смотрел в иллюминатор. Перед глазами у меня стояла Ири на коленях перед статуей Живы.

В больнице я стал ожидать приезда опекуна, что бы извиниться и оплатить все расходы. Меня попросили подождать в холле и сказали, что оповестят, как только он приедет. Посидев немного в зале ожидания, решил дойти до кофейни, встал с места и вдруг услышал:

— Леннс! Это ты?

Я обернулся и увидел моего бывшего одногруппника Ирьена Гудбранда. Мы дружили с ним в академии, но он сразу после выпуска вернулся с семьей на родину в Ментону, и мы перестали общаться.

— Гудбранд! Рад тебя видеть! Ты обратно решил переехать или к кому-то в гости прилетел?

— Прибыл навестить сестру, она тут давно живет, вот только какой-то кацар ее толи сбил, толи избил, не понял, что медработник сказал. Ее сюда привезли.

— Я могу помочь? Я ведь правоохранитель все-таки.

— Ну, пойдем со мной, если не торопишься, разберемся на месте. А я ведь год отработал только по специальности и ушел в бизнес тестя. Я ж женился почти сразу. И у меня уже есть дочь. Они со мной прилетели. Познакомлю обязательно, вот только удостоверюсь что с сестрой все в порядке. Она ведь у меня такая красавица. Отец женихов устал гонять уже.

Пока он это говорил мы подошли к ресепшену, и он назвал свое имя, девушка посмотрела в списки и назвала палату. Поднявшись на третий этаж, мы нашли нужную дверь и только собрались входить, как мне позвонили насчет опекуна.

— Майор Леннс, опекун приехал и отправился в палату 307. Можете пройти туда.

307! Тут еще есть палата 307? Я шагнул следом за Ирьяном, и до меня дошло, кто его сестра. Девушка уже пришла в себя и молча взирала на нас. На лбу был приклеен огромный пластырь, под глазом и вокруг распухшего носа синяк и разбита верхняя губа. Как такое может быть от одного удара дверью?

— Марит! О Боги! Как ты себя чувствуешь? Вот попадется мне эта тварь, я его так же разукрашу, — воскликнул Ирьен.

— Тише, не кричи, голова болит. Доктор сказал, что это сотрясение мозга, лоб мой зашили, а остальное нормально, — сказав это, она посмотрела на меня. А я вспомнил ее. Марит! Точно! Когда мы собирались у них дома, она всегда хотела посидеть с нами, но брат ее выпроваживал, говорил, что она слишком мала, что бы слушать взрослые разговоры. Нам тогда было лет девятнадцать, а ей около тринадцати. Пока я молча взирал на нее и не мог вымолвить и слова, она продолжила:

— А я тебя помню, ты друг Ирьена! Ивар! Я помню, как в очередной раз братец не пустил меня в комнату, и я в отместку всем налила сладкого сиропа в обувь. Ох, как все ругались, кроме тебя. Ты тогда смеялся и заступился за меня.

— Марит, прости меня, пожалуйста.

— За что ты извиняешься? — спросила она, а Ирьен удивленно посмотрел на меня.

— Ирьен, только не бей меня, я все объясню! Марит, это я случайно ударил тебя дверью. Я так торопился выйти и, не рассчитав силы, распахнул ее со всей дури, а ты оказалась слишком близко.

Ирьен хмуро взирал на меня, а она рассмеялась.

— А я-то думала, что произошло? Я бежала посмотреть церемонию и бах! Я тут. Как церемония-то прошла? Придется в сети смотреть!

— Ты не сердишься на меня? Я оплачу все лечение и пластику, если понадобится.

— Конечно не сержусь, ты ведь не специально, и оплачивать ничего не надо, а хотя… Пригласишь в ресторан, когда синяки пройдут?

— Марит! Какой ресторан? — воскликнул Ирьен.

— Я виноват, так что выбирай любой, — улыбнулся я, а Ирьен еще больше нахмурился.