Чтение онлайн

— А мальчик-то наш не прочь выпить, — процедила Эла, подхватывая сумочку и собираясь покинуть ресторан.

— Да Эла, постой, — взмолилась Норкина, — это он так для храбрости набрался, точно говорю. Пасует он перед тобой, вот и лезет из кожи вон, за красноречием не следит. Детские комплексы, видишь ли, — попыталась оправдать закадычного друга Лариса.

— Комплексы? О чём это ты? Какие могут быть комплексы у взрослого состоявшегося мужчины?! — раздражённо выдохнула Эла.

— Скажу по секрету, на самом деле он всего лишь временно исполняющий обязанности редактора программ, на период заграничной командировки начальницы, — поведала Лариска, то и дело поглядывая на вход. — Но он ждёт повышения и…

— Ах, вот оно что, — протянула Эла. — Думаю, с такими талантами он многого добьётся в жизни.

В этот момент Остапчук появился в проёме двери, глупо заулыбался и, спотыкаясь, направился к столику.

— Ты не суди его строго, — заёрзала Лариска. — Нормальный он, ну, всё лучше, чем совсем ничего.

— Да ты в своём уме? — не сдержала эмоций Эла, пожалев, что вовремя не сбежала.

— Элочка! — Генка пододвинул кресло ближе, бесцеремонно вторгаясь в личное пространство собеседницы. — Я хотел сказать тост в твою честь, любимая моя.

— О, даже так?! — парировала Эла, брезгливо поглядывая на бывшего одноклассника.

И тут произошло такое, что Эле бы и в страшном сне не привиделось. Генка потянулся к бутылке и, неуклюже задев рукой фужер с вином, опрокинул его на платье Элы. Всё произошло настолько быстро, что Эла и опомниться не успела. А когда осознала случившееся, выскочила из-за стола и, изумлённо застыв на месте, наблюдала, как по лимонному полотну расползается уродливое вишнёвое пятно, а излишки вина стекают тонкой струйкой на колготки и туфли.

— Ну всё, с меня хватит! — в сердцах воскликнула Эла и быстрым шагом направилась в уборную.

«Вот же дура, угораздило меня вляпаться в такое! Весь вечер терпеть бредни пьяного идиота. И Лариска хороша, это называется благодарность за всё хорошее!» — сетовала Эла, скрываясь за дверью дамской комнаты.

Быстро стянув с себя платье, она принялась отстирывать пятно под струёй холодной воды. Похоже, ей придётся навсегда распрощаться с подарком Славика. Что ж, туда ему и дорога, пусть катится к чертям собачьим!

Неожиданно мысли Элы прервались отрывистыми криками, а дверь заходила ходуном от мощных ударов.

— Элочка, выслушай меня, прошу! Я всё возмещу, только прости меня, Эла! — орал Генка навесь холл.

Снаружи послышались возня и брань. Кажется, администратор с охранником пытались успокоить не на шутку разбуянившегося Генку.

— Боже, ну что за наказание?! — застонала Эла, трясущимися руками натягивая влажное платье. Благо борьба продолжалась недолго, бывший одноклассник быстро угомонился, и Эла облегчённо вздохнула. Какое-то время она стояла у двери дамской комнаты, ожидая очередной атаки Остапчука, но всё было тихо.

Намереваясь незаметно покинуть ресторан, Эла напоследок оглядела себя в зеркале и осторожно вышла в холл.

Генка смиренно сидел на диванчике, недалеко от уборной, с поникшими плечами и опущенной головой. При виде Элы он тут же поднялся и, виновато глядя на неё исподлобья, двинулся навстречу нетвёрдой походкой.

— Элочка, — мялся он, теребя полы пиджака и пряча глаза, — по-дурацки всё вышло, знаю. В общем, прошу меня простить! Готов как угодно загладить свою вину. Хочешь, поедем в универмаг, и ты подберёшь себе парочку новых платьев. Каких пожелаешь…

В этот момент Генка предстал перед ней тем самым неуверенным очкариком, каким она запомнила его со школьной скамьи, и Эле отчего-то стало жаль этого неудачника, как-то по-доброму жаль.

— Боюсь, твоей зарплаты не хватит, чтобы удовлетворить мои запросы, — посмеялась она, похлопав его по плечу. — Ты не переживай, это платье мне совершенно не нравилось. Я даже подумывала пустить его на тряпки под пыль.

— Да? — Генка вскинул брови и придирчиво оглядел Элин наряд. — Вот тут ты меня не проведёшь, — смешно пригрозил он ей пальцем. — Я ведь вижу: брендовое, дорогое!

— А дело не в цене, знаешь? Просто у меня с этим платьем отношения не заладились, ну и воспоминания не очень. Так что забей.

— Ну, — Генка виновато развёл руками. — Тогда… что я могу сделать для тебя, Элочка? — Всё это показалось Эле таким по-детски наивным, что она не сдержала улыбку.

— Забудь всё как страшный сон! — подбодрила его она.

— Так я прощён? — допытывался Генка.

— Так и быть, прощён! — Эла порылась в сумке и достала сотовый, собираясь вызвать такси.

— А знаешь, кажется, я придумал, как загладить вину. Хочешь, я устрою тебе экскурсию по телецентру или замолвлю словечко? Нам нужны стилисты в модные передачи.

— Хм, — задумалась Эла, — Надеюсь, на работе ты не напиваешься?

— Ну что ты, я это вообще никогда!.. — воспрянул духом Генка и даже, как показалось Эле, немного протрезвел.

— Так и быть, воспользуюсь твоим предложением. Ты узнай там, что к чему. Я про стилистов в модные передачи.

— Эла, вот ты просто удивительная! — едва сдерживая пьяные слёзы, простонал Остапчук. — Ты человек!

В последнюю пятницу апреля, перед субботним концертом группа «A-$peeD» собралась в подвале сквота, на самопально оборудованной репточке. Стены этого довольно просторного помещения были обклеены картонными лотками из-под яиц, а внутри умещался весь аппарат группы: девайсы, примочки для гитар, компьютеры, клавишные и старенькая барабанная установка, доставшаяся по наследству от прежних хозяев. Репетировали почти каждый вечер и иногда по вдохновению вне расписания. Обычно Макс уединялся с гитарой первым и фантазировал с примочками: оттачивал соло или сочинял что-то новое. Потом подтягивались остальные ребята группы и, не сговариваясь, вступали в игру — каждый вносил свою лепту в совместное творчество. Они уже так сыгрались, что понимали друг друга с полутона, импровизировали сообща до тех пор, пока не выходило слаженно, чисто, чётко, пока звук не сливался в нечто интересное и стоящее.

Но в этот раз игра не строилась. Макс был подавлен невесёлыми мыслями и выдавал лирические запилы на гитаре, уводя мелодии в другое русло. Барабанщик матерился, не поспевая за сменой настроений фронтмена, басист не попадал в ритм. После нескольких неудачных попыток сыграться Шум сложил барабанные палочки и ушёл тусоваться наверх. Следом за ним слился и басист Герыч. В холле сквота уже собиралась толпа жаждущих оторваться.

Фил поиграл на клавишах, пытаясь подстроиться под экзистенциальный хаос, творящийся в душе Макса, а потом нацепил наушники и погрузился в компьютерные программы. В такие моменты он всегда старался быть рядом и терпеливо ждал, когда друг созреет для откровений.