Ядовитые узы, или Два зельевара – гремучая смесь
Шрифт:
Лили остановилась отдышаться. Мы вышли на пока еще пустую мощеную дорогу, ведущую прямиком к конечной цели – зданию женского общежития. Оно являло собой почти зеркальную, уменьшенную копию учебного корпуса – трехъярусной пирамиды, которую облюбовал своим гнездовьем первородный дракон. Разумеется, не настоящий, а каменный – из черного фаргонского мрамора, а бережно укрываемое яйцо отливало бронзой. Парней тоже не обделили, вот только их дракон оказался меркантильным малым, восседающим на горе золотых. Наставники всегда гордились, что крылатые силуэты видны в любой точке города, а на приезжих производили впечатления не меньше, чем громада Селестара. Это, конечно, они себе польстили, но чем бы властьимущие не тешились…
– Ах ты ж! – Лили стерла с щеки натек грязи. Мимо прогарцевала Лайза на личной виверне в бело-лиловой попоне. Я чудом успела отскочить в сторону. Змея Лайза. Ничего, когда-нибудь и я смогу себе позволить такую роскошь. Плавный ход и полное повиновение – на порядок лучше, чем у лошадей, выносливость и неприхотливость. Прирученная виверна – настоящее сокровище. Мастер легко найдет подход к любой, обычному же обывателю придется потратить время на обучение и притирку аур. Интересно, все ли команды удаются нашей «эльфийке»?
– Не обращай внимания, – я проводила взглядом удаляющуюся точку, – ничто не должно испортить сегодняшний день.
Настроение подруги несколько улучшилось за обсуждением нарядов, но у парадного входа снова поползло вниз – ее уже поджидал Бретт.
– И когда только успел, – почти беззвучно выдохнула Лили, – неужели ушел раньше…
– Поздравляю, милые дамы, – парень галантно поклонился, – или лучше сказать – мастера?
– Взаимно, мастер Виллинс, – я приложила ладонь к значку.
– Уйдем, тебя здесь могут увидеть, – Лили всегда ссылалась на комендантов, которые, к слову, на подобные визиты смотрели сквозь пальцы.
– Конечно, – сокурсник покладисто затопал вниз по ступеням.
Все-таки хороший он парень. Очень хороший, но и тело для широкой души было соответствующим. Бретт Виллинс с трудом вписывался в одностворчатую дверь, и то бочком, а когда поднимался по деревянным лестницам, с половиц сыпалась труха. Злые языки не упускали случая заметить, что его учебной виверне полагается компенсация «за вредность».
Но как бы там ни говорили, Бретт был преданнее пса, прикрывая нас с Лили перед наставниками, становясь посредником в мелких интригах, а иногда и посыльным, за что меня порой сжигал жгучий стыд.
– Позвольте преподнести мои скромные дары, – от волнения грудь новоиспеченного мастера ходила мехами, – вот, Лилиенна… Сайерона… – он протянул нам по небольшой коробочке – одновременно, как детям.
– Спасибо, Бретт, – так же синхронно поклонились мы.
– Право не стоило, – Лили вымученно улыбнулась, обнаружив серьги искусной работы. Я же была довольна – мне досталась именная брошь погонщика, которую можно закрепить на подпруге виверны… или же лиграссы?
– Бретт, дружище, мой подарок будет вечером, – пришло прочное понимание, что заготовленный торт – его любимый, с вишенками, нужно скормить мантикорам. Иначе парень так и останется незадачливым поклонником, а подруга найдет заносчивого эльфоподобного вельможу и превратится в его бледную тень с колодцами выплаканных слез на лице. Однажды она уже встречалась со «знатным и прекрасным», дракон его задери, а теперь снова посматривала на таких же. Но хотя бы не на снарров, и на том спасибо.
– Простите, надо навестить деду, – под таким благовидным предлогом я скрылась, с чистой совестью игнорируя убийственный взгляд Лили. Впрочем, родственнику и вправду стоит нанести визит, но сначала – напоить чернилами первый робкий лист неначатой любовной истории.
***
Через две двери от нашей в Теневом переулке жила знахарка. Эту дверь, с засушенной заячьей лапкой на входе, я обходила десятой дорогой – почему-то злосчастная лапка внушала суеверный ужас, но сейчас я ее даже не заметила. Денег, отложенных со стипендии, должно хватить на претворение моего плана в жизнь, а если нет – скажу, что пойду в лавку через дорогу. Тамошнего «мага» Дана терпеть не может и продаст зелье за бесценок, лишь бы прибыль не отошла конкуренту. Если не сработает – повторю трюк с лавочником. Посмотрим, чья ненависть к ближнему сильнее. Не подумайте, что мое предвзятое отношение возникло на пустом месте – на пустом месте даже прыщ не вскочит – но ругань местных врачевателей изрядно портила жизнь, сон и аппетит. Последнее – оттого, что в окно частенько заползали ядовитые пары, из разбитых пузырьков с какой-нибудь пакостью. Даже удивительно, что сейчас тут тихо. Не иначе как перед бурей.
Аккуратно переступив через канаву, я подошла к невысокому крыльцу и решительно постучалась.
Секунда, другая – я уже было подумала, что Дана ушла на рынок за ингредиентами, но вот дверь скрипнула, и из приглушенного света масляной лампы выступила хозяйка. Как всегда, закутанная в серые платки, но… Солнце свидетель, она моя ровесница! Худенькая, невысокая… Если не младше! Может, еще не поздно обратиться к лавочнику? Он мужчина представительный, должен в зельях понимать. Нет, мне не нужны любовные эликсиры – Лили никогда этого не простит, да и эффект от них недолог, но есть один вариант помочь бедному Бретту. Нет, почему только Бретту? Подруге тоже не помешает открыть на него глаза.
– Доброго дня, лиронна 5 , проходите, – дверь распахнулась шире, хозяйка отступила в сторону, – чем могу быть полезна?
– Доброго, – шагнув в обитель знахарки, я осматривалась со здоровым любопытством – та же каморка, что и у нас с дедой, только кухонный уголок занавешен незнакомой тканью, темной и очень плотной, – не найдется ли у Вас средства для снижения веса?
Глава 2 .Данари, или Два зельевара – гремучая смесь
5
Лиронна – уважительное обращение к нетитулованным женщинам империи.
Часом ранее
Солнечные эльфы родятся днем, лунные – ночью, а людской род – когда придется. И ни продыху от него. Четвертые роды за эти гхаровы сутки. Четвертые! Устала как собака, но отдыхать рано, отосплюсь на Серебряных полях. Вот он, нужный пузырек.
Золотистое зелье приятно коснулось горла, растекаясь по телу блаженным теплом. Каждый глоток забирал тяжесть усталости, и вот уже я порхала как птичка, будто и не провела весь день и всю ночь за работой.
Скинув сапоги и дорожный плащ, бросила подогревающий кристалл в лохань с водой. Спустя четверть часа, чувствуя себя обновленной и возрожденной, облачилась в удобное домашнее платье с корсажем и в мягкие туфли. Теперь можно заняться любимым делом. Но не успела я отдернуть ширму, скрывающую верный арсенал котлов, ступок и колбочек всех видов и размеров, как раздался стук в дверь. На ходу пригладила волосы – а после безуспешной попытки накинула серую шаль – и пошла открывать. Клиентами не расшвыриваются. Не в моем положении. Скоро я накоплю достаточно, чтобы навсегда покинуть нижний город, а пока…