Чтение онлайн

– А как же тогда наше наблюдении е за Киром?

– На это мы имеем право, Ягуша. Было нападение на тебя, при очень странных обстоятельствах погибли все Кощеи.

– А если меня попросили? Ну, кто-нибудь, чисто гипотетически, обратился ко мне с просьбой, мол, мешает мне сосед, можешь посодействовать? Как быть с такими просьбами?

– Ягги?
– ошеломленно воскликнула Ярина Мирославовна.
– Ко мне, даже не приходят с ТАКИМИ просьбами.

– Бабушка, - немного раздраженно ответила Ядвига, - я же говорю гипотетически. Ты же понимаешь, что для меня насилие - это табу. Но мне просто интересно. Как тогда может поступить Баба Яга? Просьба - есть. Помогать?

– Нет. С такими делами обращаются к обычным темным ведьмам. Убрать, приворожить, наслать порчу - все туда. Всю ответственность за это берет на себя человек, обратившийся с просьбой об этом, и ведьма сделавшая это. Правда, ведьма, обычно забывает предупредить об этом заказчика, но расплата приходит все равно.

– Расплата?

– Конечно. Болью, потерей близких, смертью.

– Брр...
– Ягги передернуло.

– Но, я попросила Оленьку позволить провести урок, и посмотреть на нее.
– Бабушка вернулась к теме урока.
– Поэтому пойдем к зеркалу. Маша перенесла его в отдельный кабинет, для нашего занятия.
– Ярина Мирославовна встала из-за стола.

Тут же подошла зеленая официантка:

– Вас проводить в комнату с зеркалом?

– Да, спасибо.

Она вывела Ягишн в холл, где находился гардероб, открыла незаметную дверь, рядом, где раньше висело старинное зеркало, а сейчас - самое обычное.

– Прошу!
– официантка пропустила Ягги и бабушку в небольшую комнату без окон, где на стене висело старинное зеркало и стояло два стула.
– Располагайтесь.
– и тихонько закрыла дверь.

В комнате было тихо, сюда не доносились звуки ни из кухни, ни с улицы. Было только слышно тихое тиканье часов, где то за стенкой. Мягкие, барочные стулья и старинное зеркало, висевшее на стене затянутой гобеленом. С обеих сторон зеркало освещалось свечами в ветвистых старинных канделябрах. Ягги попыталась пересчитать свечи, но сбилась на девятой.

– Их тринадцать.
– подсказала бабушка, - в каждом канделябре. Присаживайся. И сосредоточься на зеркале.

Ягги послушно села, и стала внимательно смотреть. Зеркало в этот раз не показывало прекрасных дам и кавалеров, даже отражение бабушки и Ягги было слегка мутным, припыленным. Бабушка села рядом, взяла Ядвигу за руку:

– Смотри в середину зеркала, но не рассматривай себя. Старайся посмотреть вглубь, как в воду.

Ягги старательно выполнила указания бабушки. Поверхность зеркала зарябила, как вода, под легким ветерком, изображение Ягги и бабушки исчезло.

– Молодец. А теперь, попробуй потянуться, сквозь зеркало к Ольге.

Ягги старалась, но зеркало все так же рябило.

– Ягги, - терпеливо сказала бабушка, - не надо ее представлять. Это всего лишь оболочка, любой может ее принять.

Ягги фыркнула, но сдержалась.

– Почти, любой.
– поправилась бабушка, в ответ на фырканье Ягги.
– Не отвлекайся! Попробуй ее почувствовать. Именно ее. Потянись к ней, сквозь зеркало.
– Ярина Мирославовна внимательно наблюдала за внучкой.
– Так, правильно тянись к ней, хорошо, хорошо... чувствуешь?

На зеркале разошлась рябь, мгновение оно оставалось просто мутным, и постепенно стал проступать, как сквозь воду образ Ольги Константиновны, гостиной в ее квартире, и рядом была возмущенная, кричащая Елена Николаевна, мать Кости и Кира. Не было слышно, что она кричит, но от нее расходилась по зеркалу мутная рябь.

– Ох, надрывается то как.
– хмыкнула бабушка.

Ольга Константиновна стояла спокойная, не перебивала невестку, и словно, почувствовав на себе взгляды, Ярины Мирославовны и Ягги посмотрела на них, махнула рукой, и зеркало вновь стало обычным зеркалом, отражавшим только действительность.

– Не приятный момент.
– бабушка потянулась, будто сбрасывая с себя воспоминания о криках Елены Николаевны.

Ядвига, сидела не шевелясь, все еще переживая этот опыт. Бабушка Ярина внимательно посмотрела на нее, встала и пошла к двери:

– Я принесу чаю. Надо сделать перерыв.

Через минуту, в комнату вкатывала столик на колесах предупредительная зеленоволосая официантка, с чайником, вазочкой печенья, чашками и молочником и баночкой меда.

– Если нужно, мня можно просто мысленно позвать.
– улыбнулась она.
– Меня Марфа зовут. Там, - Марфа махнула рукой в сторону зала, - вас барышня ждет, с поручением, говорит к Ярине Мирославовне. Я сказала, что вы пока заняты. А она сказала, что будет все равно ждать.

– Спасибо, Марфа.
– улыбнулась бабушка.

Марфа, чуть склонила голову и вышла. Ярина Мирославовна, взяла пузатый чайник, разлила чай по чашкам.

– А мед сейчас кстати.
– вручила молчаливой Ядвиге чашку и пододвинула поближе мед.
– Хорошо силы восстанавливает.

После пары чашек чая и меда с печеньками, Ядвига заговорила с новыми силами.

– Вот скажи, бабушка, со знакомым человеком теперь понятно. Настроился на него - почувствовал - увидел. А как быть, например с незнакомым? Ну, вот возникла необходимость такая?

– Все точно так же. Только придется почувствовать его через того кто его знает. Давай, попробуем?

– Давай. А кого смотреть будем?
– вдохновилась Ягги.

– Василису. Я ее знаю. А ты нет. Попробуй ее почувствовать через меня.

– Это она в Костю влюблена была?
– поджала недовольно губы Ядвига.

– Давно это было.
– тоном не допускающим возражения ответила бабушка.

– Да. Не права.
– согласилась Ягги, устыдившись своей глупой ревности.

Она отпила еще чаю, вздохнула и уставилась в зеркало. Но мысленно потянулась не туда, в рябившую муть стекла, а к бабушке. Пытаясь протянуть свое ощущение незнакомой Василисы через бабушку. Бабушка, сидела спокойно глядя на Ядвигу, чуть улыбаясь, и старалась ей помочь. Даже чувствовалось, что внутри она одобрительно говорит "Так, так, не торопись. Молодец. Все правильно". Рябь на зеркале дрогнула, и стала проступать картинка. Сначала двор, снег, высокое резное крыльцо большого, чуть мрачноватого дома, на крыльце - боярыня, властно дающая указания, какому то задохлому мужичонке. Ягги попыталась приблизить картинку, что бы рассмотреть Василису. В ответ на усилие Ядвиги, Василиса подняла глаза от мужичка и посмотрела прямо на Ядвигу, усмехнулась. "Красивая Василиса, - кольнуло, где то в сердце Ядвигу, - уверенная в себе, в своей силе. Такую, можно полюбить." Василиса махнула рукой, отпуская мужичка, и перевела взгляд с Ядвиги. Посмотрела совсем рядом с Ягги, улыбнулась - уже по доброму, и чуть поклонилась. Рассмеялась беззвучно и вошла в дом, хлопнув дверью. Ядвига, словно услышав хлопнувшую дверь - очнулась и посмотрела на бабушку.

– Какая, боярыня!
– все ж недовольно сказала Ягги.

– Обе вы хороши.
– усмехнулась бабушка.

Ярина Мирославовна встала, потянув за собой Ягги:

– Вставай, вставай, засиделись что то. Сейчас попробуем зайти в гости к Ваське.

– К Ваське?
– удивилась Ягги.

– К Василисе. Она уже ждет у своего зеркала. Теперь, что бы не случилось, меня не отпускай. Держи за руку. Поняла?
– бабушка строго посмотрела на Ягги. Сняла одну свечу с канделябра и подошла к зеркалу. Ядвига, держась за бабушкину руку, как маленькая девочка, встала рядом.

– Смотри во внутрь зеркала, как в предыдущем упражнении. Представь, что это вода.

Ядвига вновь сосредоточилась. Сейчас это получилось уже легко, зеркало вновь зарябило, словно поверхность озера под легким ветром. Ядвига даже почувствовала его, почувствовала, как рябит поверхность, и в это время бабушка дернула ее за руку и потянула прямо в стекло. Не успев испугаться, что сейчас стукнется о стену, Ядвига погрузилась словно в воду. Реальность стала тягучая, слегка качающаяся, звуки глухими.