Янтарь чужих воспоминаний
Шрифт:
Тяжелое тело, что придавливало девушку к кровати, перевернулось, и Орин встал. Кристина осторожно посмотрела на его голую спину и ягодицы сквозь полуприкрытые веки. Мужчина что-то прошипел сквозь зубы и вышел из спальни.
Очень тихо Крис сползла с постели и на цыпочках подкралась к двери, прислушиваясь. Хлопнула входная створка, и на улице раздался холодный голос лорда Дартера.
— Леди Дирхойт никуда не едет. И будьте добры заткнуть ваш рожок. Вы меня разбудили.
— Но, господин… — возразил водитель, слегка удивленно рассматривая голого и взъерошенного мужчину, что стоял на холодном ветру. — Но как же? Она же сама… вчера…
— Она никуда не едет! — отрезал Орин таким тоном, что водитель замолчал и счел за лучшее уехать.
Кристина спешно метнулась от двери в спальню и запрыгнула на постель. Делать вид, что спит, не стала, просто уселась, прижимая к себе покрывало.
Орин вернулся и остановился посреди комнаты. Их взгляды встретились, и Кристина медленно отбросила покрывало, встала.
— Ты никуда не поедешь, — поставил ее в известность лорд Дартер.
Кристина свела брови.
— Я не люблю, когда мне указывают, что делать.
Орин медленно осмотрел ее с головы до ступней, еще медленнее вернулся взглядом обратно. И Кристина покраснела, увидев, как он на нее реагирует.
— М-м-м, скажи еще раз таким грозным тоном, чего ты не любишь, — протянул он, приближаясь. — Мне понравилось.
— Терпеть не могу таких самоуверенных типов, как ты! — разозлилась Кристина.
— Да-да, я понял.
— Деспот!
— Я тебя накажу.
— Да кто ты такой, чтобы мне приказывать?!
— М-м-м, ты меня уже завела.
— Ты меня бесишь! Не смей меня трогать!
— Ты все равно никуда не поедешь. А трогать я буду. Но ты продолжай, продолжай…
Кристина и попыталась продолжить, даже придумала несколько новых ругательств, правда, звучало не слишком убедительно. Стоны удовольствия мешали.
***
Зима…
Кристина, Орин и Лили.
— Лили, ты понимаешь, что я тебе говорю? — Кристина тревожно посмотрела на мрачного Орина и присела перед растерянной синеволосой девушкой. — Лили, ты слышишь?
— Да, но… этого не может быть.
— Почему? — лорд Дартер тоже подошел. Его Лили стеснялась, и потому предпочитала смотреть на Кристину, которая так неожиданно снова появилась в ее жизни.
— Ты не помнишь, как вышла замуж? — осторожно спросила Крис, и синевласка качнула головой.
— Но все документы абсолютно законны, — Орин указал на бумагу с гербом. — Вы с Шелдом поженились в середине лета, ты носишь его фамилию и осталась единственной наследницей. Ты понимаешь?
— Нет, — растерянно пробормотала Лили.
— Ты стала очень богатой, — грустно улыбнулась леди Дирхойт и вздохнула. Лорд Дартер порывисто подошел к Крис и сжал ее ладонь.
— Вам нужно лечь на обследование, Лилия, — Орин повернулся к девушке, и Лили подумала, что у него хорошие глаза. Возможно, не стоит так его бояться.
— Мы тебе поможем, не бойся, — ободрила Кристина.
— А я не боюсь, — задумчиво протянула девушка и положила руку на живот. — Только странно все это… Знаете, я почему-то постоянно вспоминаю лишь один наш день. Как мы стояли на парапете и смотрели на город отражений. — Она улыбнулась своему воспоминанию. — Он там был такой красивый, настоящий принц. А я такая замарашка!
Лили погрустнела.
— А больше я ничего не помню…
***
Кристина и лорд Дартер вышли из дома, в котором теперь жила Лили, и неторопливо пошли по улице. Район Старого Города небольшой, так что вызывать экипаж не было смысла. Да и погода радовала — наконец выпал снег, укрыл гранит пушистым белым покровом, сделав хмурый пейзаж светлым и каким-то обновленным.
Некоторое время они молчали, но эта тишина была успокаивающей и мирной, к тому же Орин крепко держал Кристину за руку, рассеяно поглаживая ее ладонь большим пальцем.
— Бедная девочка, почти ничего не помнит. Врачи говорят — потеря памяти от пережитого, бывает. И показания дать не может: нельзя свидетельствовать против собственного мужа и отца будущего ребенка…
— Все равно данные засекретили, — ответил Орин. — Дела эмпатов рассматривают в закрытом режиме. Зато попробуем доказать, что янтарь провоцирует вспышки немотивированной агрессии и развитие безумия, и теперь его будут тщательно проверять на побочные действия. На этот раз Совету не удастся отказаться от дополнительных исследований.
— Ты не сказал, что Шелд был нулевиком? — осторожно спросила Крис, и Орин отрицательно качнул головой.
— Зачем? Его больше нет, а дело закрыто и убрано в архив. Все закончилось, Кристина. К тому же, не стоит разглашать такие сведения, я надеюсь, ты понимаешь.
— Я понимаю.
Они снова помолчали.
— А что с Хантером? — нарушила молчания девушка.
— Под арестом, — он пожал плечами. — И уже сдал почти все свои точки по сбыту анти-янтаря. Если бы Шелд не был нулевиком, мы бы его никогда не нашли, осторожный, защитился со всех сторон. И агентурная сеть у него такая, что законники обзавидовались. Но он тоже сыграл свою роль — толкнул советника на балу.
— Вы его не подозревали?
— Я - нет. А Шелд…. Всех подозревал и всех проверял. Думаю, и меня в том числе. Все же мы эмпаты, и защита у всех — соответствующая. Даже нулевик не читает мысли всех подряд легко и просто. Тем более, если не хочет, чтобы его почувствовали. А в Хранилище никто никому не доверяет.
— А Хантер хотел меня на свою сторону привлечь… — задумчиво протянула Кристина. — Чтобы я за куратором шпионила. Это он убил Птицу?