Чтение онлайн

Они присели на камень. Лира, не выпуская его руки, протирала глаза.

— Что происходит, Уилл? — прошептала она.

— Вот Ама раздобыла порошок, чтобы тебя разбудить, — очень тихо сказал он. Лира, повернувшись, впервые увидела девочку и благодарно положила руку ей на плечо.

— Я пришёл, как только смог, — продолжил Уилл, — но ещё пришли солдаты. Не знаю, кто они такие. Как только сможем, мы выберемся отсюда.

Шум и суматоха снаружи всё усиливались. От выстрелов с цеппелина загорелся гироптер, высаживавший стрелков на вершину скалы, и теперь он не только горел вместе со всем экипажем, но и не давал сесть остальным гироптерам.

Тем временем другой цеппелин нашёл место для посадки чуть подальше в долине, и арбалетчики, высадившиеся из него, бежали по тропе на помощь уже сражавшимся.

Миссис Коултер следила за ходом событий, насколько ей было видно из пещеры, и вдруг двумя руками подняла пистолет, тщательно прицелилась и выстрелила. Уилл увидел вспышку из дула, но не услышал выстрела из-за взрывов и перестрелки, доносившихся снаружи.

«Если она снова будет целиться, я подбегу и собью её с ног», — подумал Уилл и повернулся было, чтобы сказать это Балтамосу, но ангела не было рядом. Уилл с ужасом увидел, что тот прижался к стене пещеры, дрожа и всхлипывая.

— Балтамос! — требовательно сказал Уилл. — Брось, они тебе ничего не сделают! И ты должен нам помочь! Ты можешь драться, ты же знаешь, что ты не трус, и ты нам нужен…

Но не успел ангел ответить, как случилось кое-что другое.

Миссис Коултер вскрикнула и схватилась за лодыжку, а золотая обезьяна с торжествующим рычанием схватила что-то в воздухе.

От того, что сжимала в кулаке обезьяна, раздался голос — женский голос, но какой-то малюсенький.

— Тиалис! Тиалис!

Это была крошечная женщина, ростом не больше ладошки Лиры; обезьяна тянула и тянула её за руку, и женщина кричала от боли. Ама поняла, что обезьяна не перестанет, пока не оторвёт ей руку, но Уилл уже увидел, что пистолет выпал из руки миссис Коултер, и прыгнул вперёд.

И он схватил оружие, но миссис Коултер вдруг замерла, и Уилл стал свидетелем странного пата.

Золотая обезьяна и миссис Коултер застыли на месте. Её лицо было искажено мукой и яростью, но она не смела пошевелиться: на плече у неё стоял крохотный человечек, приставив пяткук её шее и вцепившись ей в волосы. Уилл с удивлением заметил на пяткеблестящую шпору с шипами, и понял, что это она только что заставила кричать миссис Коултер. Видимо, человечек уколол её в лодыжку.

Но теперь он не мог сделать больно миссис Коултер, потому что его напарница оказалась в опасности в руках обезьяны. А обезьяна не могла причинить вреда ей, иначе человечек вонзил бы свою отравленную шпору в ярёмную вену миссис Коултер.

Ни один из них не мог пошевелиться.

Миссис Коултер тяжело дышала и напряжённо сглатывала, пытаясь справиться с болью.

Блестящими от слёз глазами она посмотрела на Уилла и спокойно сказала:

— Ну, мастер Уилл, что нам теперь делать?

Покрепче схватив тяжёлый пистолет, Уилл сшиб золотую обезьяну с камня, на котором она стояла. Миссис Коултер громко застонала от удара, и лапа обезьяны разжалась достаточно, чтобы крошечная женщина смогла освободиться.

Она вмиг прыгнула на камни, а человечек отскочил от миссис Коултер — оба двигались быстро, как кузнечики. Дети не успели даже удивиться. Человечек явно был встревожен: он бережно ощупал руку и плечо своей подруги, быстро обнял её и обратился к Уиллу:

— Ты! Мальчик! — сказал он тихим, но вполне взрослым голосом. — Нож у тебя?

— Конечно, у меня, — ответил Уилл. Если они не знают, что нож сломан, он не станет им говорить.

— Тебе и девочке придётся пойти с нами. Кто эта вторая девочка?

— Ама, она из деревни, — ответил Уилл.

— Скажи ей, чтобы она возвращалась домой. Шевелись, пока не пришли швейцарцы.

Уилл не стал мешкать. Что бы ни задумали эти двое, они с Лирой всегда могут бежать через окно, которое он открыл за кустом у тропинки.

Он помог Лире подняться, с любопытством глядя, как две маленькие фигурки садятся на…что? На птиц? Нет, в темноте их ждали стрекозы размером с чаек. Все вместе они бросились ко входу в пещеру, где лежала миссис Коултер. Она была наполовину без сознания от боли и сонной от яда шевалье, но когда они проходили мимо, она приподнялась и закричала:

— Лира! Лира, доченька, дорогая! Лира, не уходи! Не уходи!

Лира горестно посмотрела на неё, но потом перешагнула через тело матери и отцепила её руку от своей лодыжки. Женщина зарыдала; Уилл видел, что на её щеках заблестели слёзы.

Пригнувшись у входа в пещеру, дети дождались короткого затишья между выстрелами и бросились по тропинке вслед за стрекозами. Освещение изменилось: кроме холодного ямтарного сияния прожекторов цепеллинов в ночи плясало оранжевое пламя.

Один раз Уилл обернулся. В отсветах огня лицо миссис Коултер казалось трагической маской, её дэймон жалко прижимался к ней. Она стояла на коленях, простирая руки и крича:

— Лира! Лира, любовь моя! Сокровище моего сердца, девочка моя, единственная! О, Лира, Лира, не уходи, не покидай меня! Доченька моя милая, ты разрываешь мне сердце…

Лира отчаянно всхлипнула: в конце концов, у неё не было другой матери, кроме миссис Коултер; Уилл увидел, как по щекам девочки хлынули слёзы.

Но должен был быть безжалостным. Наездник на стрекозе пронёсся у самой его головы, торопя их. Уилл потянул Лиру за руку, и они вместе пригнувшись побежали по тропинке прочь от пещеры. В левой руке Уилл сжимал пистолет миссис Коултер; после того, как он ударил обезьяну, его рана снова закровоточила.

— Доберитесь до вершины скалы, — сказал наездник на стрекозе, — и сдайтесь африканцам. Они ваш лучший шанс.

Памятуя об острых шпорах, Уилл ничего не сказал, хотя вовсе не собирался подчиняться приказу. Он желал добраться только до одного места — окна за кустом — и быстро бежал, пригнув голову, а за ним бежали Лира и Ама.

— Стоять!

Человек — нет, трое человек в форме преградили им путь, белые люди с арбалетами и рычащими дэймонами-волкодавами — швейцарская гвардия.

— Йорек! — тут же закричал Уилл. — Йорек Бирнисон! — и услышал неподалёку треск кустов, рёв медведя и визг и вопли солдат, которым не посчастливилось с ним повстречаться.

Но откуда ни возьмись подоспела другая помощь: Балтамос в порыве отчаянья бросился между солдатами и детьми. Солдаты изумлённо отпрянули, когда перед ними замерцал этот призрак.

Но это были опытные воины, и уже через миг дэймоны набросились на ангела, сверкая в темноте острыми клыками, и Балтамос отступил: с криком стыда и страха он отпрянул назад и взлетел, отчаянно махая крыльями, Уилл с ужасом увидел, как силуэт его проводника и друга взмыл вверх и исчез среди верхушек деревьев.