Чтение онлайн

— А что скажешь ты? — этот вопрос, произнесенный сдавленным от волнения голосом, заставил всех посмотреть на Саммса. Тот стоял, набычившись, в упор глядя на Хогана, и ждал ответа.

— Саммс, я хочу сделать тебе подарок. — В голосе Хогана зазвучала знакомая ленца. — Это всем подаркам подарок, Саммс. Я дарю тебе Фенрис! Что бы ты там не планировал, но дело ты сделал хорошее. Хорошее, во-первых, для всех, кто послал нас сюда. Когда Сэа выполнит свои обещания, в стене, которой Фенрис отгорожен от всего мира, будет пробита изрядная брешь. Словом, для Свободных Людей планеты начнется новая, надеюсь более счастливая эра. Благодарю тебя, советник, — усмехнулся Хоган, отвешивая Сэа шутливый поклон.

Представитель Харбанда склонил в ответ свою изящную голову, не забыв вежливо улыбнуться.

— Во-первых, — Хоган вновь повернулся к Саммсу, — это дело хорошо обернулось и для тебя. Ты теперь первый человек на Фенрисе, герой, чьи лавры никто не сможет оспорить. Желаю тебе стать большим боссом на твоей планетке. Для этого у тебя есть все качества, даже в избытке. И второе. Можешь не говорить, что ненавидишь меня. Я это знаю. Теперь же, после моего подарка, ненавидишь еще сильнее — мы и об этом оба знаем. Что ж, прощай новый герой Фенриса! — Хоган поднял руку и помахал Саммсу с уничтожающей усмешкой.

Саммс с трудом оторвал от соперника полный ненависти взгляд. Сдерживая бешенство, он отвесил Куллану деревянный поклон и вышел рука об руку с Сэа. Перед ними лежало их будущее, хотя каждый из двоих партнеров представлял это будущее по-своему.

Когда они скрылись за дверью, Хоган произнес, как бы подводя черту:

— Конец главы. Или книги?

— Во всяком случае, первого тома, — задумчиво добавил Кронфилд.

— Пожалуй, — согласился Куллан. — Но и второй том вряд ли менее захватывающий… — Он поднялся и, заложив руки за спину, долго стоял у окна, наблюдая за бегом облаков, окрашенных пурпуром зари. Затем вернулся к своему креслу и переставил его так, чтобы сесть лицом к лицу с Ленноксом. Его голос зазвучал уверенно и твердо. — Мы знаем всё, даже то, о чем ты, командор, и не подозреваешь. А пока отвечай: кто дал тебе право перед всеми звёздами Галактики ставить барьеры фаллианам?

Тщательно сохраняемая до сих пор выдержка изменила Ленноксу. Его лицо вновь побелело от бешенства, в глазах загорелась лютая ненависть.

— Если тебе известно всё, то должно быть известно и то, кто дал мне такое право.

— Ты словно гордишься тем, что сделал… Двадцать лет назад отважный смельчак принес в наш мир самый большой подарок, о каком могло мечтать человечество. Он обратился за помощью к тебе, командор, но его ожидали предательство и смерть.

— Я не признаю твоих обвинений, советник, — отрицательно кивнул головой Леннокс. — Я выполнял свой долг и приказы командования. Хотя, не скрою, я был согласен с этими приказами. Да, я велел убить Марсона, но он уже не был человеком. Для блага людей был убит этот оборотень, этот монстр, явившийся со своими мерзкими предложениями. — Злобная ухмылка скривила губы Леннокса. — Лучше поблагодарите небо, что я помешал этому предателю выполнить свою чудовищную миссию.

— Подобная точка зрения давно известна. — Ледяной тон Кронфилда резко диссонировал со злобными выкриками Леннокса. — Известен и фанатизм сторонников этой позиции. Но многие видят проблему и её историю иначе. Марсон, один из лучших разведчиков, ни в чем не изменил своему долгу первооткрывателя новых миров. Он вошел в контакт с неведомой доселе расой, одновременно с нами существующей в Галактике. Причем не он был инициатором контакта, Марсон просто поспешил на зов, приняв сигнал с просьбой о помощи. Те, к кому он прилетел, приняли его как посла человечества, с добротой и не таясь. Разведчик долго жил среди них, изучая эту расу, хотя ее и не было в списке цивилизаций, с которыми разрешен контакт. Поняв, насколько полезной для людей может стать дружба с Другими, он решил вернуться. Марсон знал, что на карту поставлена его карьера и даже жизнь. Но он верил, что найдёт разумных людей, которые выслушают его доводы и захотят убедиться в истинности его доказательств. Он пришел с высокой миссией, он мог рассчитывать на неприкосновенность дипломата, ограждающую послов любого ранга. Но ему не дали дойти до тех, кто мог бы оценить значимость сокровища, которое Другие предлагали человечеству. Марсон не успел сделать даже первого шага, как был схвачен и убит. Служба разведки постаралась, чтобы любая информация об этом событии исчезла. Но Другие не теряли надежды на контакт. Они торопились, зная, что срок жизни людей гораздо короче их собственного. Они боялись, что живущее ныне поколение людей исчезнет с лица Терры, так и не узнав о зове дружественной расы. И пятнадцать лет назад контакт повторился. На этот раз в наш мир летели двое добровольных послов, взявших с собой в качестве доказательства еще одного — третьего.

Рука Леннокса непроизвольно скользнула к поясу и в бессильной ярости сжала пустую кобуру. Проследив глазами этот жест, Кронфилд лишь покачал головой, не прерывая своего рассказа.

— Участником этого нового контакта оказался разведчик Ксанга, выполнявший рейс по тому же маршруту, что когда-то и Марсон. Его история повторилась, но корабль Ксанги летел в наш мир с двумя пассажирами: женщиной и ребенком. Ксанга зная о гибели Марсона, понимал, что его ждет. Но он рискнул вернуться, выбрав для посадки глухую планету Кире. Однако и там он угодил в ловушку, был опознан и схвачен полицией порта. Опасаясь, что его вынудят выдать тех, кто прибыл с ним, Ксанга предпочёл смерть и покончил с собой. Как удалось женщине с ребенком просочиться сквозь полицейские кордоны и покинуть Кире, осталось загадкой, в которую уже никому не проникнуть. Но они каким-то чудом ухитрились добраться до Терры.

Другие считали, что сумели застраховать женщину от любых опасностей, подстерегающих ее в мире людей. Но они не предусмотрели одной детали: ей не был привит иммунитет к нашим болезням. И вскоре женщина умерла в Джет-Тауне, районе порта H-Йорк, где она скрывалась со своим малышом. Ребенок же остался жив.

Пустой кубок выпал из руки Джоктара. Но никто не обернулся на этот звук — так все были захвачены странной историей, которую излагал Кронфилд.

— По терранским меркам, мальчик выглядел лет на шесть, хотя на самом деле он был вдвое старше. Для безопасности ребенка его память была прочно заблокирована. Мальчишку прибрали к рукам люди связанные с преступным миром и ничего не знающие об его происхождении. Он и сам не помнил о себе решительно ничего. Теперь, Леннокс, хотелось бы вернуться к понятию долга — вы ведь усиленно на него ссылаетесь. Какие, по-вашему, мотивы двигали Марсоном, покинувшим рай Других ради счастья людей? Во имя чего сознательно пошёл на смерть Ксанга? Что заставляло эту женщину рисковать собой и своим ребенком? Только избавьте меня от необходимости выслушивать дурацкие бредни, состряпанные службой разведки после первого контакта с Другими. Мозги обывателей до сих пор старательно начиняются этими идиотскими бреднями.

— Идиотскими бреднями? — Леннокс задохнулся от возмущения. — Ты называешь так правду об этих нелюдях?

— А ты что называешь правдой? Утверждение, что Другим даровано бессмертие? Это не более чем вымысел. Даже та скудная информация, которой мы располагаем, свидетельствует, что Другие гибнут, как и люди, в катастрофах, а в прошлом они теряли множество своих в галактических войнах. Но если и не это иметь в виду, доказано, что жизнь их тоже конечна, просто срок ее несравненно длиннее нашего. Нет, не это заставляет бояться вас Других, а то, что они мудрее нас, совершеннее духовно и физически. Кое у кого это порождает комплекс неполноценности. А я уверен, что, узнав Других лучше, люди увидят не только их сильные, но и слабые стороны…

Леннокс, кипя от ярости, злобно сплюнул:

— Они добираются до нас, чтобы поставить низшую расу себе на службу. А ты собираешься стать их пособником!

Кронфилд нахмурился:

— До чего же неподавляем страх, порожденный ложью! Полвека назад один истеричный человек принял секретное сообщение. Вольно или невольно, ошибочно или преследуя собственные деспотические цели, он посеял ложь, возведя из нее стену между нами и расой Других. Но правда всё равно всплыла. Те, кто, рискуя жизнью, изучил рапорты полувековой давности, узнали истину, искажённую волей фанатика. Но только три года назад нашлись люди, достаточно влиятельные, чтобы получить доступ ко всем материалам. И только тогда рассыпалась в прах гнусная ложь, которую дал миру неуравновешенный гений Moppe. Он повинен в жутком преступлении, совершенном по отношению к Другим. Да, эта раса нуждается в нас — для своего существования, для воспроизводства новых поколений Всегалактической расы!

Голос Кронфилда вдруг сорвался от волнения. Стараясь овладеть собой, он сделал глоток из стоящего перед ним кубка. Все молчали, пытаясь осознать услышанное. И Кронфилд вновь заговорил, мягко, как говорят о мечте, о самом сокровенном.

— Другие… древняя гуманоидная раса, во всем превзошедшая нашу цивилизацию… Они могут преодолевать такие звездные расстояния, которые недоступны нашему разуму. Они по-дружески помогали многим мирам, которые существовали задолго до нас. Тем, что на память грядущим покорителям нашей очень старой Галактики оставили лишь пыльные руины некогда прекрасных городов. Но много лет назад произошла катастрофа: Золотой мир попал под воздействие неизвестного космического излучения. Других постигла роковая мутация, которая ведет к вымиранию этой расы. От их браков между собой стали рождаться дети исключительно женского пола. Но имелся выход: от браков с мужчинами родственной гуманоидной расы на свет могут появляться дети двух цивилизаций — фаллиане. Такие союзы дают Галактике людей с замечательными качествами: превосходными умственными и физическими способностями, огромной продолжительностью жизни. Долго и мучительно искали Другие расу, которая подошла бы им для продолжения рода. Сильно уменьшилось за это время число жителей Золотого мира — они, увы, всё-таки не бессмертны. И какова же была радость Других, когда они узнали про нас! Их зов был мольбой о помощи…

— Чтобы плодить помесей, метисов, чудовищ! — презрительно вставил Леннокс.

— Гибридов — да. Но вовсе не чудовищ, а людей улучшенной породы. В этом убедились те, кто не поддался на лживую пропаганду союзников Moppe и внял зову маяка. Одним из них был Марсон, взявший в жёны женщину их расы. Там, в Золотом мире, у них родился сын со всеми качествами фаллианца. Когда Марсон погиб, его жена привезла мальчика на Терру, чтобы показать людям дитя двух цивилизаций. Но возможность сделать это появилась только теперь, спустя столько лет! Нынешнее поколение не получит дара фаллиан, но наши сыновья и дочери, наши внуки и правнуки станут здоровее и умнее, они будут жить дольше и счастливее нас. А через много, по нашим нынешним понятиям, лет численность фаллиан настолько вырастет, что взаимопроникновение обеих рас даст миру цивилизацию долгожителей.