Чтение онлайн

Среди мощных кланов — носителей званий оми и мурадзи власть последовательно кочевала от Кацураги к Хэгури, Отомо, Мононобэ, наконец, к Сога. Среди них особую роль играли носители званий оми — Кацураги и Хэгури — сородичи царского дома. До Юряку они поставляли царских жен и жили вокруг ставки царя. В IV–V вв. режим Ямато представлял собой федерацию этих мощных кланов. Со временем в этой федерации произошли знаменательные сдвиги. На положение активных действующих лиц в окружении правителя стали выдвигаться кланы, не связанные прямым родством с домом царя (тэнно). Это в известной мере расширяло круг деятелей центральной власти, облегчало ей выбор угодных кандидатов на эти посты.

Мурадзи Отомо и Мононобэ не имели родственных связей с царским домом, они являлись управляющими царскими корпорациями, но владели по всей стране множеством лично-зависимых людей. Во второй половине V в. эта знать расширила свои частные земли и зависимых и встала на путь объединения страны.

Из четверки наиболее древних мощных кланов лучше известен последний. Клан Мононобэ издавна обосновался в Сики, в восточной части равнины Ямато. Клану принадлежало высокое звание мурадзи, но главное — он возглавлял корпорацию оружейников; (моно-но-бэ), от которой и заимствовал свое клановое название. Фактически он держал в своих руках военное дело режима Ямато. Это помогло ему распространить влияние на долину Кавати и: в VI в. свергнуть власть кланов Хэгури и Отомо. Разгром восставшего Иваи — местного вождя — при Кэйтае в 528–529 гг. доставил клану звание великого мурадзи и еще большее влияние. В своих претензиях на политическое господство клан Мононобэ столкнулся с кланом Сога, и в конце VI в. Сога победил Мононобэ. Клан Сога был в родственных отношениях с кланом Кацураги; когда в VI в. при ставке царя была введена хозяйственная и финансовая система, основанная на опыте Пэкче, то с помощью иммигрантов и дома Сога эта система окрепла.

Наряду с крупными кланами — носителями званий оми, мурадзи, управляющих царскими корпорациями, на политическую» арену выдвинулись средние и мелкие кланы, представители которых стали занимать административные посты. В VI–VII вв. мелкие и средние кланы в Кинай и прилегающих районах, выступающие как низшие служащие аппарата, заметно увеличились [Ни- хонси…, 1968, с. 23].

На этой стадии функции управления усложнились. Управленческие связи осуществлялись уже на нескольких уровнях и в не-скольких направлениях: от правителя Ямато к главам крупных кланов, к царским корпорациям, к территориальным единицам; ог глав кланов — к подчиненным им общинам и корпорациям. Непосредственное воздействие правителя режима Ямато на низшие ячейки-общины было невелико. Само распределение власти между правителем Ямато, лидерами местных центров, главами кланов осуществлялось на началах знатности. Естественным — их выражением служила клановая иерархия — кабанэ, в интересующее нас, время закреплявшая в стойких званиях издавна существовавшие функции организации и управления и даже вновь появлявшиеся формы управления царя Ямато.

Распространение носителей высших клановых званий в Ямато

Трудно сказать, как рано в Ямато сложилось деление всех кланов на три группы в зависимости от их политического веса, т. е. по понятиям той эпохи — от их генеалогии. В «Кодзики» и «Нихонги» это деление уже поставлено на службу царю. Все знатные кланы эти источники делят на три большие группы: 1) кланы — прямые родичи правителя Ямато (кобэцу); 2) кланы местного но не царского происхождения (симбэцу), 3) кланы иноземного происхождения (бамбэцу). Постепенно эти общеиерархические различия были уточнены и приняли вид иерархии званий (каба- нэ). В «Кодзики» упомянуты предки 204 кланов — носителей званий, а в «Нихонги» — предки 111 таких кланов (табл. 9 и 10).

Таблица 9

Распределение кланов со званиями по иерархии и царствованиям (по «Кодзики»)

Если верить данным «Кодзики», только четыре клана возводят свое происхождение ко времени после правления Одзина (270–310?). Это связано с тем обстоятельством, что из 176 кланов, чье отношение к царскому родословию определено, 156 кланов считаются родственниками царского дома и соответственно» очень древними. Это, конечно, сомнительно. Гораздо достовернее сведения «Нихонги», которые из 80 кланов лишь 35 связывают с царским домом. Стремление удревнять свое происхождение у кланов, чьи звания связаны с географическими наименованиями (оми, кими), берет свое начало в претензиях кланов на эти земли. То же самое проделывали кланы группы симбэцу [Уэда, 1959, с. 190–195]. В целом «Нихонги» подтверждают тенденцию к расширению базы власти режима Ямато, наметившуюся еще в процессе выдвижения мощных кланов нецарского происхождения в. окружении правителя.

Анализ количества пожалований званий разного типа при двойственности источников и вероятной общей неполноте данных позволяет все же прийти к важным выводам.

Таблица 10

Распределение кланов со званиями по иерархии и по царствованиям (по «Нихонги»)

* Два омонима, выраженные разными иероглифами.

Львиная доля жалованных званий приходится на три главнейших: оми, мурадзи, кими (50–60 %), и особенно на два первых. Если учесть, что основные пожалования званий оми и мурадзи относятся ко времени до V в., то, по-видимому, к этому времени закончился период выдвижения крупных кланов как основных деятелей правления режима Ямато. Следующей по численности стоит группа из трех- четырех званий — последних в иерархии: куни-но мияцуко, агата- нуси, инаги, вакэ (20–30 %). Хотя, судя по двум этим источникам, основная их масса присвоена в очень давние времена, другие данные утверждают иное. В любом случае эта группа свидетельствует о важных переменах в самом характере управления: в усилении централистских тенденций средствами старой иерархии.

Несмотря на видимую важность функций, сопряженных с обладанием таких званий, как оми, мурадзи, мы здесь не будем специально возвращаться к ним и к функциям, с ними связанным, — об этом мы говорили в предшествующем разделе и в этом разделе, когда речь шла о правлении крупной знати. Существовали другие звания, трансформация которых ярче отражала сдвиги в системе управления режима Ямато и в конечном счете определяла новое содержание прежних званий оми и мурадзи. Мы имеем в виду звания томо-но мияцуко, куни-но мияцуко, агана-нуси и т. п. — основных носителей власти правителей Ямато на следующем этапе существования режима. Первые взяли на себя функции административной власти среди царских зависимых, вторые и третьи составили костяк территориально-административной системы. Структурная связь между кланами — носителями званий и зависимыми в V–VI вв. является исходным пунктом для понимания роли управляющих царскими корпорациями или областями— основных представителей царской власти в это время. Под действием этих процессов на протяжении V–VI вв. механизм званий сильно изменился, как и принадлежность корпораций.

Согласно преданию, в правление Ингё (V в.) звания сохраняли ритуально-традиционный характер. Отчасти поэтому они стали важнейшим орудием царской власти. Поскольку право присвоения званий принадлежало царю, они приобрели характер личного отличия (в глазах царя), хотя до поры и сохраняли ритуальный характер. В VI в. звания превратились в функционально- личностный признак власти над населением. Но соотношение высших и низших слоев в званиях сохранилось. Так, в среде кланов— обладателей званий оми, мурадзи, мияцуко, обито ощущается различие в политическом могуществе. Особенностью званий в VI в., пожалуй, стало установление иерархии в среде, тесно связанной с производственными отношениями. Исходным пунктом перехода к личностному характеру званий стало расширение сферы влияния режима Ямато, обязанное, в свою очередь, укреплению его производственной базы. Именно частное присвоение труда зависимых является тем признаком, который вызвал различия в личностных иерархиях V и VI вв. На практике это различие выразилось в расширении функций управления в «среднем слое», сопровождающемся в VI в. дифференциацией прослойки царских служилых (томо). Эта прослойка состояла из рядовых выходцев из средних и мелких кланов, занимавших те или иные посты и носивших не очень крупные звания. Особенностью этой прослойки являлись более тесная ее связь с царским двором, чем с кланами, и выполнение разнообразных административных поручений центральной власти.

В результате кропотливого анализа исторических документов, в частности подворных списков начала VIII в., удалось выяснить должностную нагрузку многих званий в V–VII вв. и механизм управления страной, прежде всего зависимыми. Исторические документы (подворные списки) дают возможность назвать 14 видов званий, которые можно разделить на два больших разряда: дворцовые и внедворцовые [Maekawa, 1965(1); 1965(11)].

Все звания первой категории принадлежали высшему слою — центральной администрации и появились еще в V в. Звания второй категории появились век спустя и относились к исполнительной администрации. В V–VI вв. наблюдалась тенденция к увеличению среднего слоя администрации — управляющих царскими корпорациями (томо-но мияцуко) — с целью управления зависимыми.

Наименования званий в V в. показывают (на раннем этапе складывания царской власти), что их носители создавали военную и экономическую базу режима и в основном жили вблизи ставки царя, в Кинай. В конце V в. появились надзиратели корпораций (бэ-но цуко). По-видимому, это свидетельствует о расширении системы зависимых как оплота местной знати.

С наступлением VI в. число званий в среднем слое управляющих царскими корпорациями, обладающих дворцовыми званиями, уменьшилось, вместо этого появились названия местностей и занятий (повара, виноделы). В исторических источниках часто попадаются упоминания о подобных специалистах, но обычно отсутствует указание на корпорацию — иероглиф «бэ». Это служит надежным доказательством иммигрантского происхождения этих людей, так как в этом случае в звание не входил этот знак. Итак, можно утверждать, что в VI в. из наименований званий исчезает отличительный признак дворцовых званий — «бэ». Очевидно, с расширением системы управления эта приставка стала излишней. Царское хозяйство, по-видимому, уже освоило дворцовых зависимых, а вне дворца этого еще не произошло. И поэтому во второй половине VI в. в руководстве зависимыми не произошло решительного перелома. Царские зависимые (томо-бэ) попали под надзор кланов — носителей звания мурадзи, таких, как Отомо, Мононобэ, совмещавших обязанности управляющих областями.

В VI в. отношения организации все более уступали место функции подавления, прежде всего зависимых. Вместе с тем появилась новая сфера действия «вне дворца». Она укрепила систему управления, вобравшую в зону своего влияния зависимых. Эту управленческую систему возглавил клан Сога, обладавший званием оми.

Распространение дворцовых корпораций в основном затронуло восточные провинции и прилегающие районы. Кланы со званием оми, хранившие древние традиции в Кинай, главным образом базировались в западных провинциях.