Чтение онлайн

— Что ж, отец, если ты обещал, я пойду в жены к обезьяне.

Обрадовался старик:

— Верно ли ты говоришь?

— Я послушна родительской воле. Но дай мне с собой три вещи, — попросила девушка.

— А что это за вещи? Скажи мне, ни в чем отказа не будет.

— Дай мне большую тяжелую ступку, тяжелый крепкий пест и в придачу один то риса.

— Как, только и всего? Это нетрудно, — согласился отец и сразу же принес дочери все, что она пожелала.

Через три дня явилась обезьяна за своей невестой. Младшая дочь и говорит:

— Почтенный мой жених-обезьяна, я пойду за тебя замуж. Но исполни мою просьбу. В горах мы натолчем риса и сделаем моти. Ты должен нести ступку, пест и мешок с рисом.

Поглядела обезьяна: ох, тяжело! Но раз невеста велит, как отказаться? Взвалила обезьяна тяжелую ношу себе на спину и начала карабкаться вверх по склону горы.

А как раз была пора четвертой луны [106] . По обе стороны дороги вишневые деревья стояли в полном цвету. А дальше открылась перед путниками глубокая долина, и бежит там горный поток. Склонились над стремниной цветущие ветви.

Стала невеста просить:

— Посмотри, как прекрасны вишневые цветы! Сорви для меня ветку, прошу тебя.

Захотела обезьяна исполнить желание невесты:

— Хорошо, мигом сорву! — и полезла на дерево. Сорвала нижнюю ветку.

Девушка, стоя под деревом, крикнула:

— Теперь сорви для меня ветку, что растет повыше.

Лезет обезьяна вверх, а невеста все просит сорвать то одну, то другую ветку.

Вот осталась самая верхняя тонкая ветвь. На спине у обезьяны тяжелая ноша, ветка и подломилась. И полетела обезьяна вниз, в горный поток! Тяжелая ступка потянула ее на самое дно.

Утопая, сложила она предсмертное стихотворение:

Погибнуть не страшусь. Я — только обезьяна, Но жизни мне не жаль. Одно меня печалит: Мне жаль моей невесты [107] .

А девушка, радостная, вернулась домой.

Давным-давно в самом глухом углу Сацумского края [108] жил вместе со своей матерью бедный крестьянин по имени Магобэй. Хижина у него была ветхая, достатка мало. Один-единственный теплый футон на двоих.

Магобэй был любящим сыном. Он укрывал футоном старую мать, а сам на ночь зарывался в солому.

«Во всем мне неудача, только огорчаю свою матушку. Вот бы мне раздобыть денег — матери на радость!» — думал он. И однажды додумался. Говорит своей матери:

— Матушка, слушай внимательно, что я тебе скажу. Уйду я отсюда в город на заработки, а ты, как пройдет тридцать дней, сожги наш домик.

— Не болтай глупостей! Где же я жить буду?

— А я построю для тебя маленькую хижину. Тесновато в ней будет, но потерпи немного. Вернусь я и поставлю большой дом с черепичной крышей. А пока ты крепись, никому ни полслова.

Сел Магобэй на корабль и отплыл в город Осака. А там пошел наниматься в самую богатую лавку, где вели оптовую торговлю. Просит купца:

— Примите меня на службу.

Нанял его купец истопником. Однажды купается хозяин в чане и видит: Магобэй вдруг стал поводить носом и шумно принюхиваться.

— Ты чего это, Магобэй? Почудился тебе какой-то запах?

— О, хозяин, беда, большая беда! Мой домишко в Сацума сгорел дотла!

— Не говори пустого! Разве сюда долетит запах пожара в далеком краю Сацума? Ведь оттуда до нашего Осака несколько сотен ри. Ну и чудак же ты! Человеческий нос может учуять только самый близкий пожар.

— Нет, хозяин, нос у меня, Магобэя, никогда не ошибается. Слово за слово, пошел у них спор. Купца забрало за живое, и побился он об заклад с Магобэем.

— Что ты ставишь в заклад, Магобэй, если пожара не было?

— Я — как воробей. Что на мне, только тем и владею. Ставлю в заклад свою голову. А ты что поставишь, хозяин?

— У меня семь кладовых, битком набитых добром. Ставлю в заклад кладовую с моей казной.

Купец не мешкая послал в Сацумский край гонца, узнать, сгорел ли дом Магобэя. Дней через десять с лишком вернулся гонец и сообщил:

— Дом Магобэя сгорел в такой-то день такого-то месяца.

Сильно огорчился купец, но делать нечего, проспорил заклад. Весть о том, что случилось, разошлась по всему свету.

Прослышал об этом чуде князь Западного края — Сайгоку [109] . В один прекрасный день явились его кэраи в лавку:

— Желаем здравствовать! Где ваш хозяин?

— Я здесь, к вашим услугам.

— Правда ли, что в твоей лавке служит человек из Сацума по прозвищу Магобэй — Чуткий Нос?

— Верно, служит у меня такой.

— Тогда вот что. У нашего князя пропал драгоценный меч. Обращались мы к гадателям, но без толку. Может, Магобэй — Чуткий Нос сыщет. Мы прибыли за ним.

Магобэй все слышал в глубине лавки и затрясся всем телом. Вот когда беды не миновать!

Купец позвал его:

— Магобэй, теперь ты, наверно, добудешь целое богатство. Торопись же скорее выполнить волю князя, он тебя озолотит.

— Нет, нет, хозяин. Самое тонкое чутье в таком деле может не выручить. Обещай же мне, если я не вернусь, послать моей матери хоть малую толику из тех денег, что я у тебя выиграл.

Кэраи велели Магобэю сесть в паланкин, а сами по дороге несли охрану. В одном селении решено было отдохнуть под ветвистой сосной. Стоял летний полдень. Кэраи и носильщики задремали в тенечке от усталости. «Вот удобный случай сбежать», — подумал Магобэй. Вылез он потихоньку из паланкина и побежал со всех ног.

Вскоре он приметил храм бога Инари [110] :

— Милосердный бог, приди ко мне на помощь! — взмолился Магобэй, открыл двери святилища и спрятался внутри. Тут явилась какая-то женщина и принесла в дар божеству два нигиримэси.

— Вот хорошо!

Магобэй просунул руку в дверь, схватил нигиримэси и съел. Вдруг прибежала белая лисица [111] и от удивления завертела головой:

— Что ж это такое! Женщина только что принесла два нигиримэси. Куда они делись?

Следом пришла рыжая лисица:

— Удивительное дело! Я сама видела, как несут сюда два нигиримэси — и вдруг ни одного! Значит, ты, белая лисица, слопала оба.

— Нет, это не я.

— Понятно, ты, этакая плутовка, воровка! Ты у князя стащила его драгоценный меч и спрятала в ветках вишневого дерева. Что, скажешь, неправда? Я все про тебя знаю.