Чтение онлайн

Снова процитирую абзац о походе Болеслава в 1018 г.

'Названный князь (Болеслав Храбрый) вторгся затем с войском в его (Ярослава) королевство (т.е. на Русь), возвел на престол его брата (Святополка), а своего зятя, долго пребывавшего в изгнании, и довольный вернулся.'

Фраза 'возвел на престол' в средневековом понимании имела более узкий смысл, чем сейчас. Например, по средневековым терминологическим понятиям 2 раза на один и тот же престол 'возвести' нельзя - если человек второй раз занял тот же престол, то это будет 'возвращение' престола или еще какой-то другой термин, но не 'возведение на престол'. Значит, процитированное предложение косвенно еще раз подтверждает, что Святополк в 1018 г. впервые стал великим князем киевским, и не правил в 1015-1016 гг.

Теперь повторим абзац о взятии Киева.

'Хотя жители и защищали его, однако он быстро был сдан иноземному войску: оставленный своим обратившимся в бегство королем (Ярославом), [Киев] 14 августа принял Болеслава и своего долго отсутствовавшего сениора Святополка, благорасположение к которому, а также страх перед нашими обратили [к покорности] весь тот край.'

Поговорим о фразе 'принял своего долго отсутствовавшего сениора Святополка'. 'Спасатели летописей' сразу же ухватились за эту фразу - смотрите мол, здесь у Титмара прямо говорится, что Святополк раньше правил Киевом. На самом деле ничего подобного Титмар и не мыслил, более того, здесь говорится как раз обратное! Если бы до этого Святополк правил, то Титмар сказал бы 'король' или 'правитель'. Слова 'король', 'правитель' с одной стороны, и слова 'синьор', 'сюзерен' с другой, используются всегда в совершенно разных контекстах в любых средневековых рукописях! Каждый король и любой правитель всегда является синьором, но не каждый синьор является правителем. Слова 'синьор' и 'сюзерен' употребляются исключительно в правовом, 'юридическом', аспекте, чтобы либо показать характер феодальных взаимоотношений (один - синьор, второй - вассал), либо чтобы продемонстрировать законность прав. Пример: если законный наследник престола по каким-то причинам не стал королем (был изгнан, был в тюрьме), то мы не имеем права называть его ни королем, ни правителем, потому что он не правил! А вот сеньором или сюзереном мы назвать его имеем полное право. А если законность его прав на престол не вызывает сомнений, то вообще-то мы обязаны даже назвать его 'сеньором' или 'сюзереном', проявив уважение к его правам! После смерти Владимира Святополк оставался его старшим сыном, и, следовательно, в представлении Титмара и всей Западной Европы был единственным законным наследником престола Руси. Поэтому фраза 'возвращение сениора' в этом тексте утверждает сразу о двух обстоятельствах: во-первых, о том, что Святополк является единственным законным наследником Владимира, и, во-вторых, о том, что он еще ни разу не правил в Киеве! Хотя для меня такое прочтение очевидно, но чтобы быть объективным совершенно, я тщательно проштудировал всю 'Хронику Титмара' на предмет смыслового использования слов 'синьор' и 'сюзерен' - результат был таким, каким я его и ожидал, эти слова всегда использовались исключительно в правовом аспекте.

Как я сейчас показал, и в 'Хронике Титмара' и в 'Саге об Эймунде' доказательств, как прямых, так и косвенных, того, что Святополк не правил в 1015-1016 гг., а по-прежнему находился в тюрьме, предостаточно. Другое дело, что кто-то их не желает замечать и игнорирует.

Теперь перейдем к русским летописям, к 'Повести временных лет', посмотрим, когда там появляется Лжесвятополк-1 и до какого времени действует.

Самое первое появление Лжесвятополка-1 можно зафиксировать сразу же после смерти князя Владимира. В летописи сказано:

'Между тем печенеги пошли походом на Русь, Владимир послал против них Бориса, а сам сильно разболелся; в этой болезни и умер июля в пятнадцатый день. Умер он на Берестове, и утаили смерть его, так как Святополк был в Киеве.'

'Утаили смерть его, так как Святополк был в Киеве'. Как по-иезуитски сказано! И не придерешься - Святополк действительно был в Киеве, вот только в тюрьме, а по летописи создается впечатление, что он был в гостях у отца. И тут же видна вся ложь - какой смысл утаивать смерть отца от сына-узника, он же под замком и из тюрьмы не выйдет! Так значит, утаивали смерть не от Святополка, а от кого? Любимый сын Владимира Борис недалеко смог уйти с войском от Киева и был ближе всех других князей к столице. То есть он должен был узнать эту новость однозначно первым! Следовательно, смерть утаивали как раз от настоящего Бориса, чтобы он узнал о ней позже кого-то (угадайте с одного раза позже кого) - вот она первая замена Бориса на Лжесвятополка-1.

О таинственной смерти Владимира мы подробнее поговорим при рассмотрении фальсификаций типа 'ложь для опровержения правды, сохранившейся в памяти народной', а сейчас продолжим анализ летописи.

Следующий пункт остановки - это знаменитая битва при Любече. Судя по сфальсифицированному тексту летописи, в этой битве Ярослав победил Святополка. Только вот незадача - в 'Саге об Эймунде' подробно описывается та же самая битва, но в ней Ярослав сражается и побеждает Бориса, о Святополке нет ни слова! Снова Нестор заменяет реального Бориса на Лжесвятополка-1.

А вот теперь, после Любечской битвы начинается самое интересное! Следите внимательно за моим рассказом! В 'Саге' рассказывается, что после сокрушительного поражения Бориса при Любече повсеместно распространились упорные слухи о его смерти. Ярослав идет к Киеву. Паника среди киевлян - они думают, что их князь Борис убит, Ярослава в князья никто не хочет, оставленный в Киеве Борисом наместник-'заместитель' с гарнизоном плохо контролирует ситуацию - вот-вот появится Ярослав с войском... И тут как раз какая-то часть киевлян и решила освободить Святополка - лучше Святополк, чем Ярослав. Освобожденный Святополк не знает, где заточена его супруга, дружины у него нет, да и Ярослав почти на пороге Киева. И Святополк один бежит в Польшу к тестю.

Но этого мало! Оказывается, Борис-то не убит, а жив, и он тоже бежит, но к печенегам - это утверждается в 'Саге'. Интрига нарастает! До бегства Святополка из тюрьмы лживые летописцы выдавали Бориса за Святополка (Лжесвятополк-1), но теперь-то настоящий Святополк освободился! Вот он момент истины!!! И летописцы в панике - за кем следить? За настоящим Святополком, который бежит в Польшу? Или за мнимым Святополком (Борисом), который бежит к печенегам? Полная растерянность ... И вот в одних летописях сообщают, что Святополк бежал к полякам, а в других (например, в 1-й Новгородской) - что к печенегам!!! Ага, совсем заврались, с...и!!! Вопросы есть?

Бегство к печенегам после Любечской битвы - это последний эпизод в летописях, когда фиксируется появление Лжесвятополка-1. Мавр сделал свое дело, мавр может удалиться.

Убийство Бориса подробно описывается и в русских летописях и в 'Саге об Эймунде'. Тщательный анализ 'Саги' на предмет датировки событий, излагаемых в ней (смотри главу 'О датировке событий в 'Саге об Эймунде' во второй части книги), позволяет достаточно надежно назвать дату этого события. Убийство произошло в августе-сентябре 1017 г.

В русских летописях описание этого события сфальсифицировано. Нестор произвел в правдивой летописи Никона 'нужные' изменения. Во-первых, изменил время события, перенес дату убийства на 2 года раньше, привязав его к году смерти Владимира. Во-вторых, поменял имя заказчика убийства с Ярослава на Святополка (Лжесвятополк-2).

На мой 'вкус' и взгляд, Нестор - личность в некотором смысле ограниченная: специалист по лжи, но при этом не способен на какие-то сложные фальсификации, не очень умеет сочинять, но зато любит пользоваться чужими, написанными до него, материалами и специализируется на их 'переделке'. Поэтому я не сомневаюсь, что Нестор кардинально что-то переделывать в сцене убийства Бориса не стал бы - ему вполне хватало и замены Ярослава на Лжесвятополка-2 с добавлением хорошей порции душещипательной религиозной 'мишуры'.

Если так, то можно попробовать 'восстановить' частично рассказ Никона об убийстве Бориса, конечно очень 'грубо', оставив в летописи только то, что может соответствовать в какой-то степени реальности. Для полного соответствия заменим ложного Святополка на настоящего заказчика Ярослава, и посмотрим, что получится.

'Восстановленный' рассказ Никона об убийстве Бориса.

(Борис с войском) остановился, дойдя до Альты.

Ярослав пришел ночью в Вышгород, тайно призвал Путшу и вышгородских мужей боярских и сказал им: 'Преданы ли вы мне всем сердцем?'. Отвечали же Путша с вышгородцами: 'Согласны головы свои сложить за тебя'. Тогда он сказал им: 'Не говоря никому, ступайте и убейте брата моего Бориса'.

Посланные же пришли на Альту ночью.

И вот напали на него, как звери дикие, обступив шатер, и проткнули его копьями, и пронзили Бориса и слугу его, прикрывшего его своим телом, пронзили. Был же он любим Борисом, Был отрок этот родом венгр, по имени Георгий; Борис его сильно любил, и возложил он на него гривну золотую большую, в которой он и служил ему. Убили они и многих других отроков Бориса. С Георгия же с этого не могли они быстро снять гривну с шеи, и отсекли голову его, и только тогда сняли гривну, а голову отбросили прочь; поэтому-то впоследствии и не обрели тела его среди трупов. Убив же Бориса, окаянные завернули его в шатер, положив на телегу, повезли, еще дышавшего. Ярослав же окаянный, узнав, что Борис еще дышит, послал двух варягов прикончить его. Когда те пришли и увидели, что он еще жив, то один из них извлек меч и пронзил его в сердце.