Чтение онлайн

И на заимке Прошка не остался без богини. Вырубил из березы маленькую Зевану, накрыл ее лисьей шубой, молился ей, благодарил за везучую охоту и всегда оставлял подле богини немалую долю добычи. Не скупился: Зевана принесет еще большую удачу.

Обжился, обустроился Прошка на лесной заимке, и всё же часто вспоминал Оленевку. Жизнь там была куда веселей. Зимой он, вкупе с другими мужиками, выезжал в Киев на торги. У сосельников не было ни монет, ни серебреных слитков. На санях везли в город жито, меха, шкурки зверей, бортный мед, воск… Возвращались же в село с солью, железными котлами, косами, топорами, вилами, тонким полотном, украшениями для женщин… Любо было на шумном торгу потолкаться, на боярские хоромы подивиться, новостей наслушаться. Любо! Приедешь с покупками в избу — Устинья и Березиня не нарадуются. Праздник!

Ныне никуда и носа не высунешь. Ох, как далеко Прошка в леса забрался. И что же теперь делать?

Но раздумывать пришлось недолго: в тот же ден, уйдя в лес, дабы глянуть на бортные деревья с пчелиными дуплами, Прошка заслышал невдалеке собачий лай.

У мужика дрогнуло сердце. Охотники! В полуверсте собаки гонят тура или вепря, а за ними мчатся княжьи люди с мечами, копьями и луками. Может статься, среди них и сам князь Владимир Святославич.

Прошка затаился и принялся молить Велеса, чтобы он отвел напасть от его дома. Только бы проскочили мимо, только бы животные не повернули к роще, близ коей стоит его изба.

Тотчас всплыли слова Ярослава:

— Остерегайся княжьих охотников. Если вдруг наскочат, не приведи Господь, то дочь твою, чтоб никто не заприметил. Придумай что-нибудь для такого случая. Крепко придумай!

Князь-то прав оказался. Надо стрелой лететь в избу.

И полетел! Слава Велесу: и дочь, и Устинья оказались на месте.

— В лесу княжьи охотники. Бежим на болото!

На болото знали неприметную тропку, коя была чуть вязкой, но проходимой к клюквенным кочкарникам, поросшим чахлым осинником. Здесь, на кочках, и затаились. Высокая трава и кустарник надежно упрятали их от тверди берега, на кой могли выехать княжьи люди.

— Молитесь Велесу, дабы охотники не вышли к избе.

Молились! Долго молились, и всемилостивый бог помог. Собачий лай всё удалялся и удалялся. Но, на всякий случай, решили сидеть до сумерек. Затем Прошка тихо выбрел на берег, чуток постоял, прислушиваясь к звукам леса, и окликнул семью:

— Выбирайтесь!

Этот день стал для Прошки решающим.

— Ждать больше нечего, — молвил он. — Надо прощаться с избой.

По лицу Устиньи хлынули безутешные слезы.

Березиня же вся оцепенела, а затем подавленно опустилась на приступок крыльца.

С той поры миновал год. И вот теперь Озарка с двумя дружинниками пробирался к заимке беглых людей.

Когда обогнули озеро и вышли к березовой роще, то перед ними предстало унылое зрелище.

Вместо крепкого двора Прошки — черное пепелище. Ни добротной избы, ни бани-мыленки, ни колодезя с журавлем. Всюду угли, сажа да пепел, затянутые разросшимся бурьяном. Торчал лишь почерневший остов печи, сиротливо напоминая о когда-то веселом очаге.

— Вот тебе и княжий наказ, — присвистнул дружинник Васек.

— Помолчи! — угрюмо бросил Озарка.

Похолодело на его душе. Не видать Ярославу Березиню, как собственных ушей. Тут всё ясно. На заимку набрел князь Владимир (ныне всюду покой на Руси, никаких тебе сечей и браней, вот и ударился в охоту великий князь).

Надо же, как судьба обернулась: натолкнула-таки Владимира Святославича на заимку Прошки. А Березиня в избе оказалась. Великий князь красную девицу к себе увез, Прошку и супругу его, как беглых людей, плетьми исстегал, опосля скрутил веревками и на старое место в Оленевку отправил (это в лучшем случае), а двор приказал спалить. Но, может, и в самом деле Прошке руку отрубил.

Беда! Ведь упреждал же князь Ярослав охотников остерегаться. Как в воду глядел! А Прошка княжий наказ мимо ушей пропустил, вот и получил по самую макушку. Не зря говорят: «Ты от горя, а оно за тобой». Но пуще всего Березиню жаль. Потешится ею князь и бросит. Такие девушки могут и в омут кинуться.

Князь Ярослав поджидал Озарку с прошкиной семьей к середине летопроводца. [131] Был почему-то уверен, что так и приключится: Прошка не такой уж глупый человек, дабы остаться жить в лесных угодьях великого князя. Он непременно должен прибыть с сотником.

Ожидание томило Ярослава. Он как можно скорее желал увидеть Березиню. Эта девушка до сих пор не давала ему покоя. Тогда, в прошкиной избе, он нашел-таки что сказать очаровательному созданию:

— Не стану ходить вдоль да около, Березиня. То — не в моих правилах… Зело приглянулась ты мне.

— Как князю Владимиру? — с усмешкой произнесла девушка.

— Нет, ради Бога, нет! О том и мысли не было… Я хотел бы видеть тебя своей невестой.

— Невестой?! — искренне удивилась Березиня. — Я принимаю твои слова, князь Ярослав, за неуместную шутку. Разве князья выбирают себе в невесты дочерей смердов?

— Случается, Березиня. Всё тот же князь Владимир, отец мой, рожден от рабыни.

— Ты говоришь правду?

— Могу на кресте поклясться. Дед мой, знаменитый полководец, князь Святослав, влюбился в дочь смерда, Малушу, и прожил с ней, как с женой, до конца своей гибели. Буду честен перед тобой. Никогда тебя и пальцем не трону, если ты не пожелаешь меня больше увидеть. Даю свое слово княжье. Выбор за тобой… Есть у меня и небольшой изъян. Ты, наверное, уже его приметила.

Но Березиня отрицательно покачала головой.

— Я не ведаю, о каком ты говоришь изъяне, князь Ярослав.

— Я слегка прихрамываю. Когда-то в детстве упал с коня.

— Не замечала, князь.

— Ты при нашем появлении не находила себе места, Березиня, зело волновалась, а когда волнуешься, многое не замечаешь.

— Твой изьян, князь, не должен тебя заботить.

— Спасибо, Березиня. Но что ты мне ответишь?

Девушка повернулась к небольшому открытому оконцу (зимой оно задвигалось деревянной заставкой) и вновь замолчала.

— Я понимаю, Березиня. Моё предложение слишком нежданное.

Девушка отошла от оконца и совсем близко подошла к Ярославу, кой вновь утонул в ее лучистых глазах.

— Когда меня увидел князь Владимир Святославич, то отец мой сказал, что я уже просватана. Но это… это неправда. Он норовил защитить меня… Пока же я ничего не могу ответить тебе, князь Ярослав. Прости.

— Я не тороплю тебя, Березиня, но опять-таки молвлю, что ты могла бы стать моей желанной женой. Подумай, лада.