Чтение онлайн

Но король с презрением посмотрел на окружающих его орков.
– Я не буду вести за собой эту мерзость! Пусть Кошмар поглотит их всех и будь они прокляты…

Также как были поглощены твой сын и многие другие в Штормграде? Только победив Кошмар, у тебя будет шанс вернуть Андуина… а победить его можно только в том случае, если работать будут все вместе…

Я… - в Вариане явно боролись между собой ненависть и любовь. И любовь победила.
– Хорошо… пусть будет так…

Однако теперь многие из Орды не хотели присоединяться к войску во главе с Варианом. Но затем лидер тауренов Бейн стал рядом с человеком.
– Я полагаю, что этот человек, который был выбран другом моего народа, будет с честью относиться ко всем нам…

Заявление таурена заставило передумать тех, кто не хотел присоединяться. Малфурион поблагодарил таурена, а затем сосредоточился. Он начал искал тех, кто с самого начала пытались бороться с Кошмаром. Их оказалось намного меньше, чем он ожидал и этот факт его очень обеспокоил. Он связался с духом Зейтара.

Малфурион Ярость Бури?
– удивленно спросил брат Ремула с надеждой в голосе.

Ночной эльф впустил его в свои воспоминания, мгновенно предоставляя духу возможность узнать все, что его интересовало. Надежда Зейтара почти разрушилась.
– "Мой брат?"

–  "У меня нет о нем никаких известий."

Зейтар больше ничего не спросил о своем брате, хотя отсутствие новостей явно беспокоило его. Он согласился с планом Малфуриона, как только увидел, что задумал верховный друид, но задал один последний вопрос, - "Все те, кого ты перенес сюда, к нам… действительно ничего не подозревают о твоих настоящих намерениях?"

"Да, действительно… и если они ничего не подозревают… то, возможно, и Кошмар тоже ничего не знает…"

Дух больше ничего не сказал насчет плана. Вместо разговоров, Зейтар связался с Варианом. Королю хорошо удалось скрыть свое удивление, когда он почувствовал отдаленное присутствие Зейтара.

"Ждите нас", - пообещал он брату Ремула.

Король Штормграда поднял свой меч - который на самом деле был частью его ментальной формы - и повел свое войско вперед.

Верховный друид уставился на Вариана, когда тот двинулся вперед. На мгновение показалось, что выражение лица Вариана стало совсем не человеческим. А волчьим. В голове возникло имя древнего духа, которого почитали многие расы, включая ночных эльфов.

"Голдринн"… - подумал Малфурион, вспоминая легендарного Древнего.

Белый волк убил не одну сотню демонов во время войны Древних, пока не погиб от их огромного количества. Однако говорят, что его дух продолжает жить, наблюдая за теми, кому он покровительствовал.

"Возможно, ты один из тех, кому покровительствует Голдринн", - заключил верховный друид, исходя из того, что увидел.
– "Пусть сам Голдринн охраняет тебя и всех тех, кто идет навстречу нашему врагу…"

И как только армия из ментальных форм двинулась навстречу Кошмару, остальные, которых призывал на помощь Малфурион и другие друиды, начали также присоединяться к ним. Своим многогранным зрением Малфурион видел, как приходили не только древние, для которых война была призванием, но и многие другие. Их было также много как и видов деревьев в Азероте и хотя многие только начинали изучать свое призвание, они все были сильными защитниками реального мира. У некоторых были крылья, у некоторых - когти и хотя их было не так уж много, но каждый из них представлял собой огромнуюную силу.

И они были не одиноки. С ними пришли древни. Очень похожие на леса, которые они охраняли, древни были меньше и слабее древних, но от этого важность их присутствия не уменьшалась. По количеству их было больше, чем древних, и Малфурион радушно встречал в их составе дриад, лесных защитников и могущественных дочерей пропавшего Ремула.

Появились десятки гиппогрифов, которые присоединились к воздушным силам, состоящих из грифонов, гигантских бабочек, птиц-падальщиков, дракондоров и многочисленных красных, зеленых и даже синих драконов. Хотя во главе драконов были не их многоуважаемые Аспекты, они все равно хорошо разбирались в бою. Три вида драконов летели отдельно друг от друга, у каждого из них были свои собственные методы борьбы, вдобавок к их сильным челюстям и когтям. Синие драконы обладали магическими заклинаниями потрясающей силы, красные - извергали жгучий огонь, а зеленые, конечно же, пользовались своими способностями сновидений.

Кобольды и другие враждебные ко всем существа также согласились по крайней мере присоединиться ко всем остальным. Грозные медведеподобные фурболги, которым было бы комфортнее находиться среди диких животных, чем в войске Вариана, зарычали в ожидании заключительного боя.

Гигантские пантеры, клыкастые кабаны, ужасные василиски, кроколиски, гиены и другие животные, многие из которых были согнаны сюда более разумными рептилиеподобными хищниками, были всего лишь частью собранного легиона животных. Так как друиды и остальные также привели с собой животных, которые не догадывались об основной причине предстоящей битвы, но они точно знали, что их жизни и потомство были под угрозой.

Малфурион был признателен всем, все больше и больше осознавая то, что каждый из них имел решающую роль и что он нуждался в них также, как и они нуждались в нем.

Среди последних присоединившихся, хотя и в меньшем количестве, чем ожидалось, даже Отрекшиеся были готовы оказать свою помощь. Они стояли рядом со своими союзниками из Орды, дожидаясь своей возможности нанести ответный удар.

Малфурион наблюдал за всем происходящим, чувствуя одновременно благодарность и сожаление. Только Зейтар знает правду. Только Зейтар понял то, что все это может стать бесполезным, если верховному друиду не удастся сделать задуманное.

Думая о духе, ночной эльф также задумался о Ремуле. Он никак не мог почувствовать сына Кенария. Малфурион надеялся найти Ремула с помощью заклинания и не ожидал ничего хорошего. Но только там, где во Сне господствовал Кошмар, появились места, которые были защищены от верховного друида… и если Ремул находился именно там…

Малфурион волновался не только о пропавшем хранителе, хотя его огромная сила смогла бы существенно увеличить их шансы. На самом деле, сын Кенария был даже не первоочередной из его задач. Главнее всего для него была и всегда будет Тиранда, которую он подвел уже не один раз.

Тиранда…

Когда он думал о ней, то на какое-то короткое мгновение почувствовал какое-то присутствие. Он не сомневался в том, что это была она, что это могла быть только она. На протяжении десяти тысяч лет Тиранда всегда была с ним. Она не покидала его даже тогда, когда он снова и снова оставлял ее ради призвания друида. Если сейчас она погибнет… то прожитые врозь годы будут испепелять его душу. Прежде всего, по его мнению, единственной причиной их расставаний был он.

От таких мыслей Малфурион поневоле начал дрожать, вдобавок ко всему он осознал, что она стоит в тени дерева, которое было его возмездием… и что даже дар матери Луны не позволил бы ей связаться с ним даже той мгновенной связью.

Повелитель Кошмара манил его к себе.

Верховный друид заставил себя вернуться в свое тело. Он почувствовал огромное облегчение со стороны Бролла и Хамуула после своего возвращения. Также он почувствовал кого-то еще возле них… кого-то, кого здесь не должно было быть.

Малфурион вскочил на ноги, как только смог контролировать свое тело. Бролл и таурен удивленно отпрянули назад.

"Шан'до, с вами все в порядке? Что-то случилось?"

Но Малфурион ничего им не ответил, вместо этого он повернулся лицом к той неожиданной опасности, которая угрожала им всем. Тройка попала в тень той опасной фигуры. Она не улыбалась, а угрюмо кивнула в сторону Малфуриона. В одной руке, он держал длинное копье, которое было сделано из ветки. А в другой руке…