Чтение онлайн

— Сделал ребенка заикой и рад? — Тома ткнула его вбок.

Василий ойкнул.

— Ребра же сломаны!

— Совесть у тебя сломана.

Оказавшись на тротуаре, невидимки выждали, пока в толпе прохожих образуется достаточный просвет, и двинулись к Таганскому парку. Подозрительного ажиотажа вокруг них не возникло, и это внушало надежду, что «Невод» снова потерял партизан из виду.

Барков не сомневался, что рано или поздно Главный придумает способ обнаруживать людей, защищенных «нанами» С4НП, и тогда Система бросит в атаку все силы, но пока противник был вынужден сражаться с призраками, и для самих призраков это означало относительную свободу в выборе средств и направлений.

На вертолетной площадке, возвышавшейся над частью парка, как огромный стол, простаивали сразу три свободных машины. В кабине одной, ближайшей к лифту, дремал пилот. Он приоткрыл глаза, услышав, как открываются двери лифта, но, не увидев потенциальных пассажиров, снова смежил веки.

Барков направился было к вертушке, но вдруг остановился и подал товарищам знак замереть.

— что-то не так? — Евстратов сунул руку за пазуху.

— Здесь пусто. — Саша оглянулся.

На площадке, кроме дремлющего пилота, не было никого. Барков снова повернулся к первому вертолету и вдруг, резко отпрыгнув в сторону, упал на площадку, перекатился и выхватил оружие. Среагировать так быстро не сумел больше никто. Они только и успели сделать по два шага назад. Потом их броня исчезла, а маскировка отказала. В первую очередь они поняли это по осмысленности взгляда коварного «пилота». Теперь он смотрел не в сторону беглецов, а конкретно на них. Плюс ко всему, без поддержки бронекостюма, подкосились ноги у Климова. Тамара едва успела взять его под руку.

Почти одновременно с проявлением невидимок из вертолетов посыпались бойцы в черной униформе.

— На пол, руки за голову! — заорали «черные», вскидывая оружие.

— В лифт! — крикнул Саша. — Жмитесь друг к другу! Евстратов не понял замысел Баркова, но чутье подсказало полковнику, что «Сокол» точно знает, как правильнее всего поступить в сложившейся ситуации. Лифт выглядел стопроцентной ловушкой, но на самом деле он обеспечивал беглецам необходимую паузу: заветные тридцать секунд на перезагрузку «нанов» и возвращение их в боевой режим.

Фальшивый пилот вертушки снова нажал кнопку активации М-станнера, но в этом не было смысла. На зависшие М-процессоры нанороботов излучение не действовало. «Пилот» мог потратить хоть весь заряд батареи, замедлить перезагрузку это не могло.

— Стоять! Стоять, или откроем огонь!

Климов прикрыл собой Тому, а сам, чтобы не рухнуть, привалился к плечу полковника.

— Пятимся, пятимся, не тормозим, — сквозь зубы процедил Геннадий. — Барков прикроет.

Тома уже нащупала кнопку лифта, когда разразилась локальная гроза со свинцовым дождем. Сначала, как и полагается, простучала скороговорка первых капель. Правда, полетели они навстречу «туче» и барабанную дробь отбили на ней, а не на «земле». В грудь «пилоту» ударила очередь из бесшумного пистолета Баркова, и переодетый «черный» свалился между креслами, выронив М-станнер из рук. Вряд ли он погиб, но на минуту-другую попал в крепкий нокаут, это точно. Несколько бойцов сместили прицел чуть левее того места, где звякнули пистолетные гильзы, и открыли беглый огонь.

Раз уж Саша отвлек внимание противника, этим следовало немедленно воспользоваться.

— Валим! — крикнул Евстратов, заталкивая товарищей в лифт.

По закрывающимся дверцам застучали пули. Партизаны прижались к боковым стенкам. Примерно на полпути дверцы заклинило, а кнопки погасли, еще через секунду длинная очередь погасила и все лампочки. В оставшейся между створками щели замелькали тени бегущих к лифту бойцов. У Евстратова на миг возникла мысль, что Саша все-таки где-то просчитался, но тут же перед внутренним взором появился воображаемый секундомер. До активации брони оставалось совсем немного.

— Станнер найдите! — закричали снаружи. — Тащите сюда!

Евстратов поднял пистолет и приготовился к стрельбе. Девять…

Бойцы были опытные, напротив щели почти не светились. Восемь…

Один из оставшихся у вертолета все-таки попал в поле зрения. Он наклонился и поднял М-станнер. Семь…

«Черный» проверил приборчик и зачем-то заглянул в кабину вертушки. Шесть, пять…

Убедившись, что прежний стрелок слегка не в форме, боец повесил автомат на плечо и бросился к лифту с новым оружием наперевес. Четыре…

Евстратов поднял прицел и плавно нажал на спусковой крючок. Пуля попала «черному» точно в лоб. Боец взбрыкнул в воздухе ногами и грохнулся на спину. Три…

Машинка откатилась далеко в сторону. Две…

Евстратов не видел, успел ли кто-то поднять «эстафетную палочку». Одна…

Ноль! Полковник, ничуть не сомневаясь, что его отсчет был верным, прижался спиной к стене напротив дверей и ударил ногой в правую створку. Броня снова работала. Вместе с ней заработала и функция усиления. Створка вывалилась наружу, придавив кого-то из «черных». Поскольку рядом с лифтом находилось много своих, бойцы решили обойтись без стрельбы и просто набросились с кулаками на… пустоту. Лишь после того, как получили по нескольку крепких зуботычин, «черные» наконец увидели противника. Он появился как будто бы прямо из воздуха. Обнаружив цель, бойцы воодушевились и бросились на врага с удвоенными силами.

Полковник шел первым, поэтому был вынужден пожертвовать маскировкой и ввязаться в кулачный бой, зато Вася и Тамара сумели ускользнуть «незапятнанными». Они отбежали к ограждению, перелезли через него и с новой позиции открыли огонь. Эффект, как и следовало ожидать, оказался так себе. Не как в пейнтболе, конечно, но и не убойный. Стреляли невидимки, особенно Тома, метко, но броня из Н5А хорошо держала свинец. Все, что удалось сделать, так это дистанционно растолкать атакующих Евстратова бойцов и дать полковнику возможность вырваться из окружения. Поскольку оружие у партизан было бесшумным, а гильзы улетали за пределы площадки, определить, откуда они стреляют, «черные» не смогли и на всякий случай принялись поливать свинцом во все стороны, особенно тщательно обрабатывая спину удирающего Евстратова. Под градом свинца полковник раз десять упал и столько же раз просто споткнулся, но до ограждения все-таки добежал.

Перевалившись через перила и съехав по стене в безопасную зону, Геннадий вздохнул с таким облегчением, что у Томы сжалось сердце от сочувствия. Свинцовые тумаки были наверняка повесомее тех, что получил Климов на берегу Новоспасского пруда, да и по их количеству Евстратов опередил товарища очков на сто. В общем, было с чего застонать. К тому же Геннадий теперь не мог рассчитывать на маскировку, а значит, ему не светило спокойно уковылять отсюда куда подальше. Теперь ему следовало тщательно прятаться или убегать со всех ног, что в его состоянии казалось нереальным; как тут не посочувствовать.

Невидимки съехали по отвесной стене, как по пологой горке, и затормозили рядом с полковником.

— Ты как? — спросил Климов. — Шевелиться можешь?

— Дальше без меня, — пытаясь заползти в нишу под посадочной платформой, сказал Евстратов. — Отползайте, отползайте! Сейчас эти обезьяны через край глянут, мигом сообразят, что к чему.

— Теперь тебя сверху не видно, — успокоил Климов. — А нас тем более.

— Они же… их роботы… теперь имеют образец программы.

— Я не спец, но тут какая-то хитрость имеется. — Вася почесал горячим стволом пистолета в затылке. — Ведь тебя они проявили до того, как мы начали их поливать, а они в ответ только озирались. Получается, не видели нас. Значит, маскировка работала.

— Эту программу написал «Сокол». — В нишу заглянул Барков. — Рад, что все обошлось малой кровью. Для каждого агломерата С4НП создается своя версия. Проще говоря, недостаточно взломать одну программу, чтобы увидеть сразу всех. Н-пятым нужно войти в контакт с каждым из нас.

— Это плюс, — заметил Вася.

— Но есть и минус. Тот, кого «запятнали», становится видимым не только для контактера, но и для всех остальных.

— Вот поэтому нам придется разделиться, — хрипло проговорил Евстратов. — Черт, в глазах все плывет. Ну, я вам доложу, ощущение! Они ж по полному магазину в меня выпустили… коз-злы!