Ярый
Шрифт:
Герман смотрел на закрывшуюся дверь кабинета и вспоминал его знакомство с Ксюшей. Она сразу показалась ему особенной на фоне холеных светских львиц, на лицах которых красовались натренированные улыбки. Женщина была стильно, но не дорого одета, а её кудрявые волосы были уложены в простую прическу. Ни тебе кричащего макияжа, не модно-яркого маникюра, ни блестящих побрякушек. В её глазах стояла настоящая паника, и Герман с улыбкой вообразил, что эта женщина попала на светский прием сквозь теле-порт, совсем из другого мира. Он уже сделал несколько шагов по направлению к ней, потому что всем телом ощутил первобытный мужской инстинкт защитить. Но вдруг резко остановился, когда увидел, что к заинтересовавшей его женщине подошел невысокий мужчина и она с явным облегчением ему улыбнулась. И тогда Германа неожиданно пронзила жгучая ревность - он не помнил, чтобы когда-нибудь ощущал такие сильные эмоции, направленные на незнакомых ему людей. Герман яростно возненавидел мужчину и безумно захотел обладать женщиной. Он нашел друга, который представил его паре: оказалась, что Артем и Ксения в браке, у них растет маленькая дочка, и они недавно переехали в столицу. Артем открывает свой бизнес, а Ксения пока не работает, так как находится в декретном отпуске. Герман вполуха слушал увлеченные рассказы Артема о бизнес проекте и финансах, а сам незаметно наблюдал за Ксенией. Она была застенчива и немногословна и явно чувствовала себя не в своей тарелке. В какой-то момент женщина извинилась и, сославшись на то, что ей надо позвонить няне, на которую она оставила сегодня дочь, отошла. Её муж недовольно поджал губы, и, бросив что-то насчет матерей-наседок, продолжил свой рассказ. А Герман с завистью подумал, что хотел бы такую мать, как Ксения, для своей дочери, которая собственной матери была нужна лишь в качестве шантажа для него. Он перевел хмурый взгляд на Артема, и что-то спросил про его бизнес, хотя ему было совсем не интересно. На следующий день Герман позвонил Артему и договорился о встрече, решив вложить деньги в его проект. Герману это было финансово не интересно и даже не выгодно, но он решил стать партнером мужчине, жену которого хотел для себя. Так он мог больше о ней узнать, чаще её видеть и незаметно заботится, если бы это потребовалось. Как оказалось, Герман все сделал правильно. Артем совершил ошибку и не один раз, а Герман был рядом, чтобы вовремя подать Ксении руку помощи. И она приняла его помощь, пусть и под напором, но приняла.
Герман не верил в лихую удачу, он строил свой бизнес и свою жизнь трудом и собственными руками. И да, он умел идти по головам для достижения цели. «Акула бизнеса» – говорили про таких, как он. Сейчас Ксения была его главной целью, он хотел, чтобы она была рядом, в его доме, в его постели, в его жизни. Он хотел, чтобы она была счастлива с ним, чтобы приняла и полюбила его. Чтобы не представляла своей дальнейшей жизни без него. Муж Ксении никогда не был её достоин, а сейчас и вовсе потерял на женщину любое право. Артем оступился сам, Герман не имел к этому никакого отношения. Все честно – побеждает сильнейший, и тот, кто умеет ждать. А Герман был сильным и умел ждать.
Ксения намылила губкой очередную тарелку, когда услышала с порога мужской голос:
– Я привез в дом Золушку? Она кажется тоже принцесса?
Женщина посмотрела на хозяина дома и смущенно улыбнулась:
– Решила помочь Марии. Ты не против?
– Против, - ответил он и подошел ближе. – Ты не должна этого делать.
– Я знаю, что не должна. Мне просто захотелось помочь.
Мужчина стал возле кухонной столешницы и сложил на груди руки:
– Решила оплачивать свое проживание мытьем посуды? Боишься, что я потребую другую плату?
Женщина смутилась и опустила взгляд на тарелку, которую мыла уже слишком долго:
– Не боюсь. Ты слишком благородный для этого.
– Благородный, ты уверена в этом?
Ксения посмотрела на мужчину:
– Уверена. Артем всегда хорошо о тебе отзывался.
При упоминании о её муже, мужчина нахмурился:
– Ясно, - он отступил от столешницы и потянул за ручку, открывая скрытую дверцу посудомоечной машины.
Ксений замерла и прикусила губу, а потом улыбнулась:
– Она всегда здесь была?
– Сколько себя помню.
– Спасибо, теперь буду знать.
– Обращайся, если что, - хмыкнул он.
У Ксении в кармане завибрировал телефон. Она быстро выключила воду и вытерла руки о полотенце.
– Слушаю.
– Смолина Ксения Дмитриевна? – раздался мужской голос
– Да это я.
– С вами говорит…
Дослушать Ксения не успела, Герман отобрал у неё телефон и отошел:
– С кем я разговариваю?
Ответа Ксения не слышала, она подошла к мужчине. Тот продолжал разговор.
– Вы будете говорить со мной… Я все ей передам… Да, хорошо. Она будет, - Герман закончил разговор и скинул звонок.
Ксения взволнованно спросила:
– Кто это был?
– Следователь. Тебе нужно будет дать показания.
– Показания?
– Не волнуйся, я поеду с тобой. И адвокат тоже будет. Будешь говорить и делать все, что он скажет.
– Ладно, - Ксения протянула руку за телефоном, но Герман положил его себе в карман. Ксения возмущенно на него посмотрела: - И телефон?
– Тебе не нужно никому звонить. И не с кем говорить.
– Почему?
– Потому что. Это вынужденная мера.
Женщина сложила на груди руки:
– Я что тоже арестована? Только не полицией, а тобой?
Он имел наглость усмехнуться, а затем как ни в чем не бывало, обнял её за талию и нежно поцеловал в висок:
– Просто верь мне.
Ксения перестала дышать, его объятия и тихий шепот, пустили ток по её телу. Она на секунду замерла, а потом медленно отстранилась:
– Зачем ты делаешь все это? Зачем помогаешь мне?
– Потому что могу помочь, - просто сказал он и, обойдя её, направился из кухни. – Сегодня буду поздно. Не жди меня.
Ксения так и осталась стоять на месте, даже не обернувшись на это наглое «Не жди меня», которое прозвучало, как будто они были женаты много лет. Женщина до сих пор ощущала мужские руки у себя на спине и горячие губы на коже. Она резко подняла ладони и потерла лицо, сбрасывая с себя наваждение. Просто бред какой-то! Странный сон! Нужно срочно найти детей и отвлечься, чтобы в голове перестало звучать эхо от этого интимного «Просто верь мне».
Глава 4.
Девочки хорошо поладили, и Ксения была рада этому. У женщины было мало знакомых в городе, а подруг с детьми и вовсе не было, поэтому не было подружек и у Кирюши. Девочка не успела завести друзей и в детском саду, в который редко ходила, поэтому ощущала дефицит в детском общении. А с Дашей они быстро нашли общий язык. Дочка Германа была живой и общительной, она ярко фантазировала, поэтому интересные игры и занятия били из неё как их фонтана. То девочки становились весенними бабочками, которые собирали нектар и порхали в саду, то превращались в хитрых шпионов, спасающих мир. Качели были кораблем пришельцев, скамейка – магазином сладостей, каменная дорожка – модным подиумом, а зеленый газон – просто зеленым газоном, по которому не разрешили качаться. К вечеру дети так утомились, что засыпали уже за ужином, и мыть Кирюшу пришлось сонной.
Ксения быстро приняла душ и улеглась возле дочери, на большой кровати в комнате для гостей. Она устало закрыла глаза, и весь хаос сегодняшнего дня обрушился на неё с новой силой. Мысли о произошедшем не давали уснуть, хотя тело требовало отдых. Наконец, Ксения устала ворочаться и откинула одеяло. Она бесшумно встала и вышла из комнаты - стакан воды мог стать её спасение от бессонницы. Женщина прошла к лестнице и в самый последний момент остановилась. Она не сразу заметила девочку, находящуюся в темноте. Даша сидела на первой ступеньке и вполоборота смотрела на неё.
– Ты чего здесь? – удивилась Ксения.
Девочка смущенно пожала плечами:
– Не спится.
– И давно ты здесь сидишь?
– Не знаю, - ответил ребенок и отвернулся.
Ксения присела рядом на ступеньку и вздохнула:
– Я тоже не могу уснуть.
– Тебе тоже приснился кошмар? – спросила Даша, в надежде глядя на неё
Женщина понимающе ответила:
– Можно и так сказать, - она помолчала пару секунд для лучшего эффекта, а потом предложила: - А знаешь что, давай вместе спустимся на кухню, выпьем воды, а потом пойдем спать.