Чтение онлайн

Радист спасательного судна «Мурманец» беспомощно пожал плечами и смущенно улыбнулся. Здоровенный парень, боксер, бывший десантник — он чувствовал себя сущим ребенком в присутствии Ирины Мордвиненко, коллеги с морского радиоцентра.

— Чудачок ты мой, чудачок, — ласково улыбаясь, проговорила Ирина, и Балашев заулыбался тоже. — Растерялся, термос с компотом забыл… И на шхуну не хочешь.

— Не хочу, — подтвердил Андрей.

— Тогда мы отправимся ко мне в гости.

— К тебе?

— А что? Никиту Авдеевича не бойся. Во-первых, отец у меня добрейшей души человек. И вовсе не относится к тебе так свирепо, как ты сейчас изобразил. А во-вторых, сегодня утром он уехал и вернется только завтра. К нему дружок фронтовой прибыл, ветеран войны. Вот отец и решил повозить его по нашим окрестностям, достопримечательности показать. Тем более, что они и воевали в этих местах. Ну что? Принимаешь предложение?

— Принимаю, — несколько поколебавшись, согласился радист.

— Тогда пошли… До трамвайной остановки километра два. И я умру голодной смертью по дороге, если мы не отправимся немедленно. А платье высохнет в пути.

Стороной обошли они девушку в белом платье, стараясь даже не глядеть в ее сторону, пусть не подумает, будто они хотят взглянуть на ее море в клетке.

Но та сама оторвалась от мольберта и некоторое время смотрела им вслед, смотрела, как уходили эти счастливые все дальше и дальше, к никогда недостижимой линии окоема.

— Вы считаете, Джек, что мы должны проглотить эту наживку? — спросил полковник Адамс, «старший брат» в шипчанддерской конторе «Паоло Хортен и братья».

— Почему «наживку»? — вопросом на вопрос ответил майор Бойд. — Ведь мы навели справки не только по Гельмуту Вальдорфу, но и по сообщенному им факту нынешнего пребывания Конрада Жилински в России. Дело верное, шеф. Почему бы и не рискнуть?

— Рисковать придется мне, дорогой Бойд, — проворчал Хортен-старший. — Ответственность за действия нашей резидентуры в полной мере несу прежде всего я. Вы мой заместитель, и провал операции отразится на вашей судьбе только рикошетом. А со мною все будет кончено, Джек.

— На этот раз мы выиграем, полковник, — убежденно произнес Малютка Джек. — Для затравки Вальдорф, я зашифровал его кличкой «Кэптэн», подкинул мне одно имя из того архива с агентскими досье, который хранится у Конрада Жилински. Это некий Ольшанский Герман Иванович, завербованный «Кэптэном» под кличкой «Лось». По утверждению нашего гауптштурмфюрера, он был оставлен на длительную консервацию под чужим именем.

— Как же его должны были называть?

— Сидор Матвеевич Горовец.

— Его, конечно, давно уже «накололи» кэгэбисты…

— Представьте себе, полковник, не добрались… Ведь он себя ничем таким экстраординарным не проявил. Вальдорф, по-моему, никогда не был дураком. На долгое выживание «Кэптэн» не брал тех, кто участвовал в публичных казнях, кого могли опознать местные люди после вступления на эту территорию Красной Армии. А коль явных компроматериалов на тебя нет, досье твое в руки большевиков не попало, сам ты активной деятельности в агентурном смысле не проявляешь — как тогда до тебя доберешься?

— Вы правы, чертовски правы, Малютка Джек!

— Но главное не в этом, Билл, — майор Бойд, услышав, как шеф резидентуры назвал его интимной кличкой, решил и полковника называть по имени. — Главное в другом. Мы установили, что сын Ольшанского — «Лося», Александр Сидорович Горовец, заведует лабораторией металлургического комбината в Дижуре. Той самой лабораторией «Отходные материалы», которая занимается технологией производства особопрочных сталей.

— Черт побери! — воскликнул Хортен-старший. — Ведь это помимо всего и большие деньги! Вы понимаете меня, майор?

— Отлично понимаю, шеф. Поэтому так упорно и убеждаю вас санкционировать операцию «Голубой десант».

— Вы уже и название придумали… Но почему именно «голубой», Джек?

— Это ведь цвет специальных войск Организации Объединенных Наций, мистер Хортен-старший!

Полковник Адамс недоуменно глянул на своего заместителя, потом до него дошел черный юмор Малютки Джека, и Хортен-старший расхохотался.

— Я вижу у вас уже все готово, — сказал он, вытирая платком выступившие слезы. — Тогда докладывайте план этого самого «Голубого десанта». Пока в самых общих чертах.

— Слушаюсь, сэр, благодарю вас, сэр. — Официально, по-уставному ответил майор Бойд. — Отправляем в Россию Гельмута Вальдорфа с двумя нашими людьми.

— Кого вы намечаете?

— Пойдут два лучших «десантника» — Биг Джон и Рауль.

— Хорошо, — кивнул полковник Адамс. — Эти многое умеют.

— Отправим их на теплоходе «Калининград» в обычном туристском круизе. Корабль стоит в порту неделю, за это время можно вывезти половину города.

— Но-но, Джек… Не забывайте о русских контрразведчиках. Это еще те парни… Если уж кого поведут, то из рук не выпустят.

— Биг Джон и Рауль — профессионалы высшего класса, шеф. А наш «Кэптэн» прошел старую школу в СД. Да и после войны занимался кое-чем таким, что только шлифовало его выучку.

— За Вальдорфа я спокоен, — сказал полковник Адамс. — Помню его с сорок пятого года. Это был хоть и молодой, как, впрочем, и я сам в те времена, но волк-оборотень хоть куда.

— И еще, сэр… Обеспечение транспортировки груза, который вырвет у русских «Голубой десант», я предлагаю возложить на «Шорника», нашего нового агента.

— Это тот самый Саддлер? [1]

— Совершенно верно, сэр.

Кафе «Ассоль» считалось одним из ярких достопримечательностей города. Расположенное на половине пути между старым центром с его изумительным по архитектурному стилю оперным театром, южным торговым двором и пляжем, это учреждение общественного питания, как официально его определяли, переросло уровень «точки», где можно просто выпить и закусить.