Чтение онлайн

– Не мысли – эмоциональный зов, – по-прежнему хмуро уточнил Криспин. – По нему я и пришел. Значит, раньше ты такого никогда не делала?

– Ы-ы-ы… Да я же говорю – я и сейчас ничего не делала! И что, я могу теперь так любого позвать? А на каком расстоянии? А через сколько стен этот зов берет? А можно не звать, а мыслями обмениваться? А подсказывать тому, кто у доски?

Старшекурсник вскинул руку.

– Стоп-стоп-стоп! Все эти вопросы будешь задавать своему преподавателю. Ты мне лучше вот что скажи: что это еще за девчачьи разборки в коридоре?

– А, – беспечно отмахнулась Мира. Новое умение занимало ее сейчас гораздо больше. – Это так… надоест им – отстанут!

– По моему опыту, никто ни от кого просто так не отстаёт. Так что они от тебя хотели?

Кривя губы, Книжник выслушал короткую сводку войны королев. Условно бескровной войны, рикошетившей по мирным жителям. А Мира еще раз убедилась, что пятикурсники – все равно что небожители, совершенно не замечают происходящего у них под носом.

– С ними всё ясно. А с тобой… почему ты не защищалась?

– А что я могла сделать? Магией же вне уроков пользоваться запрещено! Разве что подраться…

– Какая ты законопослушная! Да хоть бы и подраться, всё лучше, чем просто замереть у стеночки и звать на помощь дежурных по библиотеке… да понял я, понял, никого ты не звала! Неужели у себя в Пуще ты ни с чем подобным не сталкивалась? Вот кинется на тебя, например, медведь – и что ты будешь делать? Тоже к сосне прижиматься?

– С чего он на меня кинется-то? – удивилась лесовичка. – Мы всегда мирно расходимся, никто никому не мешает.

– Ну, допустим, вот такой он идиот! И?

– А тогда я просто ему скажу: «сидеть!» и объясню… Ой!

Вот именно «ой!»: почувствовав, как у него разом подогнулись колени, Криспин плюхнулся на вовремя подвернувшийся стул. Лесовичка, прижимая к губам пальцы, растопырила зеленые испуганные глаза. Только вот в искренность их выражения он сейчас не верил ни на грош – чудилось, где-то в глубине плещется смех и издевка.

– Прости, я не хоте-ела… – жалобно повинилась девчонка. Тай с досадой отмахнулся:

– Ты никогда ничего не хочешь, все само собой получается! Уберись с глаз моих долой, пока я сам тебя не прибил сегодня!

…Или ты меня не покалечила, подумал он, провожая взглядом помчавшуюся на выход лесовичку.

Приятель вдоволь повеселился над приключениями Криспина. А потом всерьез предположил, что ректора заинтересовала все-таки Мира: смотри, какие у нее любопытные способности проклевываются, даже тебя – тебя! – чуть на пол не уронила! За круговертью первого учебного месяца как-то позабылись их планы исследовать таланты опоздавших первокурсников…

– Я просто отвлекся! – окрысился Криспин. – И вовсе не обязательно Марго интересует именно лесовичка! Вон у «цветочницы» явный дар к Огненной магии. Гном хоть и себя особо не проявляет, берет учебу железной задницей, уже сейчас может светильники в своих шахтах развешивать. Хоть и недолговечные. И вообще кажется мне, что ректор тогда просто прикинула по своим бухгалтерским книгам убытки-прибыли и передумала. Выгонит баронеску – лишится платы за обучение, да еще папаша наверняка готов и впредь за косяки своей доченьки щедро отстегивать. Парня оставила точно из интереса: в какой Академии отыщешь гнома, хоть и полукровку? А лесовичка… Ты видел хоть одну по-настоящему сильную лесную ведьму? Да и то – сегодня она здесь, а через год, а то и раньше, в своей Пуще растворится!

– То-то ты рядом с ней постоянно вьешься! – поддел его Артур. – Боишься, что девчонка на днях убежит обратно?

Криспин раздраженно отмахнулся:

– Да не она меня интересует, а эта самая Пуща! Представляешь – лес размером с целое королевство! Там людей наперечет, одни лишь звери и деревья!

Артур кинул на него быстрый внимательный взгляд. Произнес задумчиво:

– Нет людей – это хорошо…

Друзья встретились глазами и умолкли: каждый знал, что подумал другой.

Гербология, в отличие от Игнисологии, Мире легко давалась – ну что значит «давалась»? Целительница Ида порой благодушно заявляла: «А о свойствах растения (вставить нужное название) сейчас нам расскажет Мира». Отчего ж не рассказать, если с самого детства известно: и внешний вид, и где-когда собирать, как заготавливать, рецепты отваров-настоев-присыпок. Да и лекарственные растения на три ближайших королевства, считай, одни и те же. А что в Пуще есть и кое-какие уникальные, чудодейственные – про то лесовичка мудро помалкивала. Ведь набегут всякие… исследователи и охотники за редкостями, тогда ее по головке точно не погладят!

Амариллис ворчала, что целительница уже должна доплачивать за то, что Мира ведет ее уроки, а она сама знай себе отдыхает. Но лесовичка замечала, что Ида порой тоже за ней украдкой записывает. Да не надо ей никаких денег – на что они в Академии, когда тут всё-всё – жилье-еда-одежда – бесплатно! Зато преподавательница частенько говорила: «Ну, Мире это неинтересно, она сама все прекрасно знает, можешь быть свободна!» – вот что самое лучшее!

Потому что тогда девушка убегала в парк. Если библиотека – пища для ума (и не будем вспоминать сейчас низкие выпады со стороны неких вреднючих дежурных!), то земля, зелень, деревья и всё, что в них обитает, прыгает, ползает и порхает, наполняют ее силами и энергией. Мира даже отыскала своих лягушек – или ей нравилось думать, что именно этих она принесла в Академию – и частенько наслаждалась их самозабвенным концертом. Птиц в парке тоже обитало немало (в том числе и совы, да), и вскоре она уже знала, где свила гнездо лазоревка, за что ругается сорока на наглого черного кухаркиного кота, в какой вечерний час на пруду танцуют черные лебеди – белые здесь не водились. Может, равнялись на ректоршу – чтобы не выгнала с академической территории? Мантии учебные вон в основном тоже черные, как и одежда преподавателей. Словно других цветов на свете просто не существует!

Да и цветочный сад в Академии запущен донельзя: клумбы – стыд даже смотреть, не то что кому показывать! Ректорша явно экономит на садовнике. Мира потихоньку начала цветы выправлять: где прополоть, где взрыхлить, где полить, где пошептать, а где сразу честно похоронить… Сначала те, что на виду, у главного корпуса и Ворот, потом в местах заброшенных.

Там-то она и обрела неожиданного знакомца.

Однажды, беседуя с неподдающимися цветами (как вам не стыдно, ленитесь расти, хотя вон и солнышко вам, и дожди, и земля, и я уговорила тлю с вас убраться!), Мира невзначай вскинула взгляд и обнаружила неподалеку наблюдавшего за ней старика. Весь в белом, седой как лунь; поначалу девушка даже решила, что ей явилось еще одно привидение, но парковое.

– О! – сказала Мира, соображая, откуда он взялся. Из «Дома престарелых»? Или это один из стремящихся к нулю академических слуг, ведь убирают учебные и жилые корпуса сами студенты (вернее, всеми погоняемые бедные первокурсники). – Здравствуй, дедушка! Неплохая сегодня погодка, да? Самое то кости размять-погреть.

Старик наклонил голову с ястребиным же носом, разглядывая лесовичку серебристыми глазами. Спросил недоверчиво:

– Ты меня видишь?

– А чего ж не видеть, коли глаза есть? – Мира с охотой выпрямилась от упрямой клумбы: ох, когда-нибудь кончится ее терпение, всё сплошь перекопает!