Чтение онлайн

Отношения у подруги с противоположным полом не клеились и сменив пару-тройку партнёров, она решила бросить заниматься бесполезной тратой времени и полностью отдалась работе.

Так и продолжалось, пока однажды поздней ночью я не задержался у себя в кабинете. Сижу, значит, пытаюсь не уснуть. Бумаги требовали немедленного рассмотрения, иначе от наводнения могли пострадать сразу несколько деревень. И вот высокая светловолосая красавица с блестящими от чувств глазами ворвалась, даже не удосужившись постучать, и выдала:

— Тир, — ошарашенно, глядя мне в глаза, прошептала Хель, — я поняла, почему у меня с мужчинами не получается ничего.

Я весело улыбнулся и, опустив подбородок на сложенные руки, лукаво спросил:

— И почему же?

Эта девушку соблюдала субординацию всегда, даже когда мы были детьми, она называла меня не иначе, как княжич или сиятельство. Осмотрел её с ног до головы. Платье явно было надето наспех, ворот расстегнут практически до груди, волосы обычно идеально собранные, сейчас мягкими волнами спускались на плечи. А на шеи краснело яркое пятно.

— Кто тебя так? — спросил я, пока Хель доставала из стеклянного шкафа бутылку моего любимого алкоголя и два стакана.

Она, не особо заботясь о бумагах, поставила на них посуду и щедро плеснула янтарной жидкости.

— Твоё здоровье, — мне отсалютировали и залпом осушили бокал. А потом, наконец, уселись в кресло около стола и откинулись на спинку.

Я терпеливо ждал, что же она скажет. Что-что, а умение ждать — это одна из сильнейших черт моего характера.

— Мой повелитель, — начала понемногу приходить в себя подруга, — у меня не получалось с мужчинами, потому что мне нравятся женщины!

На её лице было столько негодования, столько обиды. Только не понятно на кого.

— И что тебя не устраивает? — спросил я, отпивая напиток, так любезно налитый для меня.

— Ты не понимаешь? Мне нравятся женщины! — как будто это что-то объясняло.

— И что? Мне тоже нравятся женщины, — пожал плечами, кого от кого, а от Хель я такого цирка не ожидал.

— Но ты же мужчина!

— Дорогая Хельга, — обратился к подруге, — к чему предрассудки? Тебе понравилось? Вижу по глазам, что понравилось. Значит и переживать не о чём. На вот, — вытащил папку с бумагами из верхнего ящика стола, — унеси Дитриху. Только приведи себя в порядок, а то он и так на тебя слюни пускает.

Она поднялась, провела ладонями по волосам, усмиряя локоны, посмотрелась в своё отражение в стеклянной дверце и, подумав, расстегнула ещё одну пуговицу на груди. Потом подхватила папку, послала мне воздушный поцелуй и выпорхнула за дверь.

— Играет с огнём, — сказал я в закрытую дверь и снова погрузился в работу.

— Остаёшься за главную, — крикнул я Хельге, широким шагом шагая к Грому, чёрному вороному коню, с которым мы прошли немало боёв за долгие годы моего правления, — не давай этим старикам ничего принимать у меня за спиной.

— Не переживайте, — сказала она, передавая мне небольшой кошель с ядами и противоядиями.

— Хорошо, — ответил я, туже затягивая наручи. Доспех сидел как влитой, закрывая полностью тело.

— Виктор, всё готово? — крикнул я капитану третьего и четвертого отрядов.

— Можем выдвигаться, Великий князь, — с поклоном доложил русый мускулистый мужчина на пару лет старше меня.

— Тогда не будет медлить, — сказал, запрыгивая на Грома.

"Надеюсь, с Норманом всё в порядке", — наконец, мои переживания оформились. Не хотелось узнать, что верный друг пал в результате этой войны.

Более преданного человека, чем Гордон Норман, не сыщешь ни на этом свете, ни на том. Но эту преданность ещё нужно заслужить. Он начинал свою военную карьеру в рядах пеших рыцарей и за несколько лет поднялся до капитана при бывшем князе. Именно он учил меня драться, стрелять и выживать в местах, где шансов практически нет. В каких-то моментах он заменил мне отца, который всегда был сдержан и холоден по отношению ко мне и моей матери. Брак родителей — договор, ради того, чтобы у Тамира появился наследник. Договор был исполнен, и отец пустился во все тяжкие. Женщины, алкоголь… Но и государственные обязанности он неплохо выполнял. Так и жили. Всех всё устраивало. Мама получила статус, отец наследника, чиновники стабильное государство, а то, что князь чересчур любвеобильный, так все не без греха.

Но всё изменилось, когда он спутался с одной северянкой, редкостной красоты девушкой — Каролиной. То ли она его приворожила, то ли и правда была страсть, но вскоре, чтобы избавиться от княгини, они решились на отравление. И после того, как я и Норман, который в этот период жизни практически не отходил от меня, узнали истинную причину болезни мамы, вопроса о дальнейших действиях не стоял. Мне тогда только исполнилось шестнадцать, но за одну ночь я будто повзрослел на десяток лет.

Не прошло и траура по княгине, как отец уже готов представить двору вторую жену.

В ночь накануне свадьбы я проснулся от сильного жжения в груди. Агония продолжалась до рассвета. Голос пропал, лишая возможности позвать на помощь, меня скручивало и выгибало под разными углами и только с первыми лучами Холла пришло облегчение, но внутри будто всё заледенело.

Я собрал волю в кулак, оделся и с холодной решимостью направился к покоям отца. Стража у покоев князя без вопросов пропустила меня внутрь, хоть и вид у неё был ошарашенный. Но в тот момент мне хотелось только посмотреть в глаза человека, который обратил мою жизнь в прах. В комнате царил полумрак из-за задёрнутых штор, на кровати же помимо большой фигуры отца лежали ещё две. Его фаворитки. Он не успел жениться, а уже изменяет "любви всей его жизни". Именно так он назвал Каролину на совете княжества. Откуда в моих руках оказался меч, не помню. Я просто подошёл и с холодной решимостью, что накопилось внутри, поднёс его к горлу своего родителя.

— Князь, — прошипел ему в ухо, — пора вставать. Смерть пришла.

Первыми проснулись девки, что удовлетворяли моего отца по первому зову. Увидев меня, они на пару заверещали и быстро скрылись за дверью. Князь, наконец, открыл глаза и ошарашенно уставился на меня.

— Что с тобой случилось, Тираид? — хрипло спросил он.

— Ты. Со мной случился ты. Ты как последняя падаль изменяла моей матери, ты собирался привести новую женщину в наш дом, не подождав траурный месяц, ты ради неё решил даже избавиться от своего наследника, — с каждым словом голос холодел, а рука становилась твёрже.

— Пощади, — сдавленно просил уже похоже бывший князь.

— Ты из-за своих низменных желаний её не пощадил. Так у тебя даже не хватило мужества посмотреть ей в глаза перед смертью. Что ж, поздравляю, ты воспитал достойного сына.

И я рассёк ему горло, глядя, как из раны хлещет кровь, и его глаза постепенно стекленеют. Когда последняя капля жизни утекла из тела, я спокойно поднялся, вытирая меч от крови. Взгляд зацепился за отражение в напольном зеркале, что стояло напротив окна. Луч света пробрался сквозь шторы, освещая мою фигуру. Из зеркала на меня смотрел молодой мужчина с седыми волосами и испачканной кровью одежде. Что я испытывал в тот момент? Не помню. Помню лишь холодную решимость прекратить этот цирк. Оставался последний актёр этой пьесы.