Чтение онлайн

— Аид, спасибо, что позаботился о моём внешнем виде. Всегда мечтала поносить нечто подобное.

— Пожалуйста, — довольно кивнул мужчина, — на днях придёт швея. Надо подобрать тебе гардероб.

На это высказывание я только пожала плечами. Статус обязывал меня постоянно находится подле князя. А это значит, что и выглядеть я должна соответственно. В походе было не важно, в чём я хожу. В столице княжества уже совсем другое дело.

— Так зачем ты меня звал?

— Хотел сообщить о своих ближайших планах на тебя, — принял Аид расслабленную позу и продолжил, — через пять дней назначен бал. Помимо тамирцев прибудут иностранные послы. Все жаждут с тобой познакомиться.

Горестно выдохнула и поморщила нос. Не люблю я всех этих публичных выступлений. Корчишь из себя уверенного льва, когда внутри напуганный котёнок.

Князь на мой немой протест ухмыльнулся.

— Чтобы ты чувствовала себя уверенней, я попросил об уроках этикета, танцах, чуток истории. Ты справишься. Старейшина Илин появиться поблизости на днях.

— Хорошо, как скажешь.

— Надо же, — покачал князь головой, — какая ты сегодня послушная.

Он поднялся, обошёл стол, вставая передо мной. Рядом с моим лицом появилась мужская рука с длинными красивыми пальцами.

— Миледи, не желаете ли отобедать со мной?

Мне ничего другого не оставалось, кроме как вложить свою руку в его. Ладонь уверенно и крепко сжали, а потом он аккуратно потянул меня на себя, помогая подняться.

— Идём, — моя ладошка перекочевала на его локоть.

После обеда, который уже по сложившейся традиции проводили мы с князем вдвоём, я пошла к себе, а Аид снова отправился работать. Тяжело быть правителем целого государства, да ещё и которое в данный момент воюет.

На лестнице, что вела в княжеское крыло, облокотившись о перила, ждал Виктор. Поравнявшись с ним, сказала:

— Мне нужно кое-что вам показать, — и не ожидая ответа, пошла дальше. Теперь за спиной слышалась, помимо лёгких шагов Миры, поступь командующего, сопровождаемая тихим звоном, появившимися в результате соприкосновения металлических деталей его доспеха.

Открыла двери в покои, пропустила мужчину внутрь и вошла следом, отсекая нас от посторонних ушей. Всё-таки хотелось кое-что оставить в тайне даже от князя, который искал всё новые способы привязать меня к себе.

— Присаживайтесь, — показала на диванчик в гостиной, а сама направилась в спальню за книгой, что дала старушка Сэл, за последними словами, что передала мать своему сыну.

От значимости этих записей книга как будто потяжелела. До сих пор удивляюсь, как её не нашёл никто. Она всегда лежала на дне сумки, с которой мы частенько расставались.

Вышла в гостиную, где сидел серьёзный мужчина лет сорока, с сурово сдвинутыми бровями. Он всегда казался мне слишком жёстким, грустным. Я ни разу со дня нашей первой встречи не видела веселья в его глазах. Чаще всего мне адресовывалась холодность, которая воздвигла между нами высоченную стену. Сейчас же у меня есть возможность заполучить союзника.

Молча протянула книгу, которую с несвойственным трепетом забрали у меня из рук. Я не хотела мешать сыну, что совсем недавно потерял мать, поэтому отошла и села на широкий подоконник, осматривая заснеженный пейзаж. Тишину за спиной разбавляли только треск поленьев в камине и шелест страниц.

— Вы видели её смерть? — спустя более получаса спросил мужчина.

— Да, — не оборачиваясь, ответила я.

— Тогда почему не спасли? — продолжил пустой голос.

— Ещё ни разу у меня не вышло побороть видение. В Лероне у князя получилось изменить предписанный ход вещей, но силу не обманешь. А вы думали, что мы из прихоти сиганули с третьего этажа?

Я подошла к креслу и села напротив командующего.

— Почему вы не рассказали своему повелителю всего? Почему утаили часть правды? — спросила у Виктора.

Спустя небольшую паузу, так, будто не решаясь сказать честно обо всём, он произнёс:

— Я жил с женщиной, которая всем сердцем желала вернуться на Землю, хотя сама этого и не признавала. Но она не смогла оставить маленького мальчика на произвол судьбы. Потом, конечно, после признания её талантов стало легче. Но тоска есть тоска.

Он был искренен или стремился таковым казаться. Почему-то хотелось ему верить.

Взяла книгу, пролистала до конца записей и под внимательным взглядом вырвала страницу с рецептом волшебного средства от моей предполагаемой болезни, а потом протянула книгу мужчине. Более никаких прав на неё я не имею.

— Я верю вам, но прошу сохранить детали моего положения в тайне от князя.

Виктор поднялся, легко поклонился.

— Когда вам потребуется помощь, можете рассчитывать на меня.

— Вы готовы предать князя?

— Что бы вы обо мне не думали, есть вещи и поважнее вассальной клятвы, — холодно отрезал командующий, а потом черты его лица смягчились, — матушка хотела тебе помочь, — вдруг перешёл он на "ты". — Быть жертвой обстоятельств непросто.

Дверь захлопнулась, оставляя меня в одиночестве. Посмотрела на листок бумаги, который сжимала в руке и думала, какая же жизнь непредсказуемая штука. Каждый день — борьба с обстоятельствами. Какие-то несут счастье, какие-то отчаяние. Смерть проще. Больше не полувздоха, больше не полувзгляда. Только кромешная тьма. Не так уж и плохо.

В пятом часу, когда я, забравшись с ногами на диван, играла с зажигалкой и летала в облаках, сокрушаясь, что внутри моей золотой прелести закончился газ, ко мне пришли гости.

Во главе процессии шла бабуля лет шестидесяти, за ней шествовали три женщины разных возрастов, от двадцати до сорока.

По всем канонам мне следовало подняться и поприветствовать сие собрание, но я упрямо ждала продолжения. Старушка, я подозреваю, и была той самой старейшиной Илин. И когда я не потрудилась проявить к ней должного, как ей казалось, почтения, она надменно скривилась, показывая мне морщины, и проворчала:

— Когда видишь старших, надобно проявлять уважение?

В моей голове витал только один вопрос: "Ругаться с ней или не ручаться?"

Шекспир отдыхает просто. С одной стороны, Аид сказал не сопротивляться, с другой же — душа чего-то требовала. Может конфликт поможет расслабиться. Хотя, зная себя, только усугублю моё положение. Потом ещё совесть начнёт грызть.

— То, что вы прожили дольше меня, не делает вас выше, — сказала я, обуваясь в тапочки и поднимаясь с дивана, — а вот как члена совета княжества, — лёгкий кивок головы, — приветствую.