Чтение онлайн

Приведу для начала изображение на рис. 187, которое представляет лицо актера в его обычном, не измененном каким-либо мимическим возбуждением виде. Рот вполне распространенного нормального типа; верхняя и нижняя губа развиты примерно одинаково. В строении верхней губы можно констатировать лук (дугу) Амура. Носогубная складка только намечена. Морщина у уголков рта отсутствует. Чтобы удерживать губы в этой позиции, нужна лишь минимальная мышечная работа. А именно, для этого достаточно легкого сокращения периферических кольцевых волокон мышцы, закрывающей рот, orbicularis’a. Они проходят по более искривленной дуге, чем центральные, располагающиеся непосредственно под губами прямолинейные волокна, и поэтому с большей легкостью приводят к закрытию рта.

Когда периферические волокна мышцы, закрывающей рот, m. oricularis, сокращаются несколько интенсивнее, то углы рта приближаются друг к другу, а губы несколько выдвигаются вперед и выпячиваются. Возникает выражение, которое свойственно серьезному человеку, проводящему известную проверку. Это оценивающее выражение рта я часто встречал у художников. Если перелистать вышедшую недавно книгу «Пятьсот автопортретов» (Phaidon Verlag), то можно обратить внимание на то, что поразительно мало лиц художников с тонкими, прижатыми к зубам губами, и, наоборот, необычайно много лиц с полными, испытующе выпяченными губами. Конечно, тут может сыграть определенную роль наследственность. Могло бы, например, оказаться, что с принадлежностью к толстогубой расе связано большее дарование в живописи. Фактически у многих художников можно констатировать толстые губы уже в детстве, как, например, у

Дюрера или у Гольбейна, но как раз относительно этих лиц можно также установить, что в течение их жизни губы становились еще толще и приобретали все более испытующее выпяченное положение. Поэтому я не думаю, что оценивающий рот у художников является случайным. А если понаблюдать за художником, когда он работает, как он снова и снова отходит от холста и оценивающе смотрит на свою работу, то становится ясным, что у него это выражение рта закрепляется, застывает. Примерами являются Альбрехт Дюрер (рис. 265), Беноццо Гоццоли (рис. 189), Рубенс, Антонелло да Мессина, Филиппино Липпи, Лоренцо ди Креди из упомянутой книги «Пятьсот автопортретов». Они показывают, что с определенной долей справедливости можно говорить вообще о рте художника.

Рис. 188. Оценивающий роту художника. Ф. Овербек. Автопортрет (Любек).

При проверке своей картины художник может прийти к выводу, что картина удалась; тогда испытующе оценивающий рот, чуть вытянутый вперед, может говорить о чувстве самоудовлетворения. Этому выражению близка и усмешка. Если губы выдвинуты еще сильнее, причем нижняя губа смещена вверх вследствие деятельности mentalis’a и одновременно выпячена вследствие работы quadrat, lab. inf., то оценивающий рот приобретает угрожающее выражение. Соответствующий пример приводится на рис. 190.

Рис. 189. Оценивающий роту художника. Б. Гоццоли.

Рис. 190. Оценивающе-угрожающий рот у художника. Рогир Ван дер Вейден (музей, Брюссель).

Когда периферические волокна orb. oris сокращаются еще сильнее, чем при оценивающем выражении, рот оказывается в позиции поцелуя. При этом углы рта сближаются до 3 4 см и губы выпячиваются вперед. При обычном приветственном поцелуе при этом напрягаются только периферические волокна orbicularis’a. Это можно заключить из того, что пальпирующий палец устанавливает напряжение мышечных волокон только в периферических частях рта, в то время как сами губы настолько рыхлые, что их можно легко и без всякого сопротивления отделить друг от друга и от зубов.

При страстном же поцелуе сокращаются и центральные волокна. Как-то изменить пальцем положение губ уже не удается. При таком поцелуе в действие вступает также и caninus, что легко установить путем пальпации, и углы рта приближаются к средней линии. Губы при поцелуе выпячиваются, так что становится видной большая часть их красной ткани, чем при спокойном положении рта. В этом движении рта участвуют и recti. Совершенно похожая форма рта складывается и при свисте.

На короткое время рот открывается при зевании, но, прежде всего, при приеме пищи и при разговоре. У младенца бутылочка с молоком может вызывать длительное искажение формы рта, у взрослого же еда никак не определяет форму рта, если, конечно, мы имеем дело с культурным индивидуумом. Но тот, кто с удовольствием чавкает, может продемонстрировать некрасивые полные губы. Намного значительнее влияние языка. У того, кто привык говорить шумно и невнятно, часто бывают толстые и несколько выступающие губы, тот же, кто говорит не слишком громко, но акцентированно и определенно, может демонстрировать красивую форму детского рта с узкими губами (рис. 259).

Особый подъем верхней губы, как это бывает при болезненных раздражениях, но также и при выражении презрения, обеспечивает quadrat, lab. sup (работа мышцы достаточно описана ранее). То же самое относится и к особому опущению нижней губы вследствие работы qadrat. lab. sup. Такое опущение часто наблюдается, когда человек раздосадован, недоволен, находится в дурном настроении, совершенно независимо от того, идет ли речь о младенце, ребенке, зрелом мужчине или старике. Эта отвисшая толстая губа очень рано может становиться характерной.

Тот, кто длительное время держит рот открытым, может вызвать в свой адрес подозрения в слабоумии, и всякий интеллигентный человек остерегается производить подобное впечатление. Но с тех пор, как дамы начали пользоваться помадой, они начали периодически оставлять рот несколько приоткрытым, чтобы помада не стиралась. Выражение лица при этом не отличается духовностью. При состояниях страха или крайнего отвращения рот обычно широко открыт. Это мимическое движение возникает не так часто, чтобы привести к длительным изменениям формы рта.

Губы могут плотно прижиматься друг к другу в результате действия orbicularis’a, причем углы рта при этом не приближаются друг к другу. Для этого необходимо также дополнительное действие buccinator’a. Он удерживает углы рта на их постоянном месте, и тогда действие orb. oris выражается только в закрытии рта. Губы плотно прижаты друг к другу и повернуты внутрь, так что красная ткань губ менее видна. В то же время губы плотно прижаты к зубам. Это также результат действия buccinator а. Возникает выражение попытки овладеть собой, которое может повышаться до ожесточения и разочарованности. Можно найти это выражение на картине Гольбейна, изображающей купца Кириакоса Фаллена (рис. 191), и более заостренное — на рис. 192, представляющем Боре.

Наряду с открыванием и закрыванием рта формирующим и выразительным эффектом обладают мышцы, расположенные в уголках рта. В детстве из этих мышц активны прежде всего мышцы смеха, zygomaticus и risorius. Они вытягивают углы рта вовне и вверх, формируют среднюю треть носогубной складки и придают ротовой щели дугообразную форму (выпуклость направлена в сторону подбородка). Это показано на рис. 178 и рис. 193. Как правило, с окончанием детства овладение профессией требует от человека и умения владеть собой. В это время сильнейшее воздействие на углы рта оказывает buccinator. Уголки рта вытягиваются прямо наружу, как это показано на рис. 191. Если одновременно поджимаются губы, то возникает выражение ожесточенности (Боре, рис. 192). Ротовая щель в этом случае представляет собой прямую линию. Иногда кроме buccinator’a в дело вступает в известной мере и zygomaticus. Тогда формируется улыбка, которую я называю «улыбкой продавца» и которая представлена на рис. 193. Когда углы рта вытянуты по прямой наружу (buccinator), одновременно верхняя и нижняя губа выпячены (периферические волокна orbicularis и recti) и ротовая щель более или менее открыта — возникает выражение горечи и ожесточения (рис. 267 и 273). Легко можно вызвать это выражение у детей, если капнуть им на язык какое-то горькое лекарство, например, алоэ или хинин.