Язык за зубами
Шрифт:
– Успокойся! – вдруг грубо гаркнула Диана, даже её мама удивилась. – Он здесь вообще ни при чём! Просто я смогла неплохо подзаработать, вот думаю, на что деньги потратить.
– Это в супермаркете, что ли? Что ты мне врёшь?!
Диана поняла: мать подозревает, будто дочка уже втихую подрабатывает проституцией. По мнению возрастной женщины, деньги водились только у депутатов, бандитов и проституток, все остальные обречены на нищету. Диана раздражённо закатила глаза. Она поняла, что интересоваться мнением мамы было наивно, та ничего не знала о Москве. В отличие от дочери, она вообще ни разу не выезжала за пределы родного города, который всё мельчал с каждым годом.
– В общем, ты мне не советуешь переезжать в Москву, я правильно поняла? – кисло пробормотала Диана, не вполне заинтересованная в ответе.
– Нет, конечно! Страшный город! Он таких глупых девчонок, как ты, пачками сжирает, и костей даже не остаётся!
– Ладно, поняла тебя.
– Не поедешь?
– Не знаю, я просто хотела спросить твоё мнение. Учту его при принятии решения, – сказала Диана, заметив, что непроизвольно переняла у Кирилла его чинную манеру речи.
В общем, разговор с матерью не задался. Она истерила и требовала, чтобы дочь вернулась домой, в родное болото. Но одна только мысль об этом вызывала у Дианы тошноту. Она отправила маме всю сумму, что занимала у неё с момента переезда. Мать снова требовала объяснить, откуда деньги, грозилась приехать и разогнать какой-то воображаемый бордель. Диана с тоской повесила трубку.
Кирилл не был свидетелем этого разговора. Диана опасалась обсуждать свои финансы в его присутствии, опасалась того же вопроса – откуда? Кирилл слонялся по магазинам, Диана отправила его купить что-нибудь вкусненькое. Она и сама могла сходить, но боялась оказаться пойманной со своими деньжищами. В представлении Кирилла чем-нибудь вкусненьким оказались тортик, суши и немного фруктов. Он хотел купить вина, но Диана пригрозила, что с бутылкой в дом не пустит.
Славный выдался денёк. Настроение у обоих было хорошее. Они с аппетитом поели и проболтали до самой ночи. Кирилл рассказывал про Москву, Диана – про своё родное захолустье. Парень оказался на удивление приятным слушателем, и ни намёка на столичный снобизм Диана в нём не заметила.
Но она боялась проникнуться к Кириллу ещё большей симпатией, что и так была весьма сильной. Сильной до колющей боли в сердце. Диана уже представляла себе, как будет днями напролёт обливаться слезами, когда Кирилл покинет её, как будет заедать боль разбитого сердца и неуклонно жиреть, становясь всё менее и менее привлекательной, как начнёт всё сильнее ненавидеть себя за это. «Может быть, я тоже сойду с ума, как Аделаида?» – думала Диана.
Раньше Диана поглядывала на других ребят, что волею судьбы оказывались в их убогом супермаркете. Мужчина, хоть чуть-чуть отличавшийся от алкаша или замученного работой грузчика, вызывал восторг и виделся отличным женихом. Но теперь, когда Диана увидела, как выглядит тот, кого в кругах магазинских сплетниц было принято называть «настоящими мужчинами», желание встречаться с кем-то из прежних объектов симпатии отбило напрочь.
И дело не только во внешности. Да, Кирилл был очень красив, он вышел из хорошей, небедной семьи, имел отличное воспитание, данное любящими родителями. Но куда важнее, что он был решительным и смелым, готовым к борьбе, к невзгодам, готовым к опасностям. Он решился вступить в неравный бой, он проиграл, но хотя бы попытался. Такие не спиваются под забором, такие не бросают беременных невест, не унижают женщин, не бьют детей. Диана осознавала, что большее, что ей светит, – это случайно увидеть такого мужчину в магазине без единого шанса понравиться ему. Эта сказка не для неё.
Непроизвольно Диана задумывалась о том, какой была покойная невеста Кирилла. Наверняка она была сногсшибательно красивой, такой же богатой, летала по разным странам, видела мир, знала языки, её, конечно, было за что любить. Диана не могла сказать ничего хорошего о себе. Кирилл хвалил её за самоотверженность и бескорыстность, благодарил за сочувствие, но Диана знала себя настоящую, и этот образ вызывал у неё отвращение.
Без блога Диана заскучала. Она и не заметила, какой большой частью её жизни он стал. Хоть в её сторону и лилось много помоев, ей всё равно было весело и интересно снимать ролики, монтировать их, делиться ими с публикой, читать комментарии, участвовать в спорах, отбиваться от хейтеров, общаться с фанатами. Теперь всего этого не стало.
Она уже подумывала завести новый блог, но не могла придумать, какой теме его посвятить. Уж точно не своей жизни, слишком она скучная. «Или всё-таки переехать в Москву?» – подумала Диана. Снимать о переезде в столицу, рассказывать о нюансах и деталях переезда, о подводных камнях, которые могут подстерегать переселенца. Но сколько таких, как она? Где ж она возьмёт людей, которые из толпы таких вот мамкиных блогерш выберут именно её?
Удалённый блог покинул её жизнь ненадолго. Буквально вечером следующего дня, после их с Кириллом посиделок за вкусняшками, он подошёл к Диане с такой сердитой гримасой, что та даже испугалась.
Казалось, у Кирилла сейчас пар пойдёт из ушей, настолько он был недоволен. Он молча положил на стол телефон, на котором проигрывалось видео. Диана присмотрелась и прислушалась. Это был ролик, выложенный официальным новостным каналом, он посвящался проблеме работорговли в регионе, и в нём присутствовали футажи из той самой эксклюзивной записи, на которой обогатилась Диана.
Диана досмотрела видео до конца, не потому что ей было шибко интересно, а потому что она боялась поднять взгляд от телефона. Когда экран погас, Диана так и не нашла в себе сил взглянуть Кириллу в глаза и отвернулась.
– Какого чёрта?! – возмутился Кирилл, впервые Диана слышала, чтобы он был так груб. – Я тебя по-человечески просил, чтобы этот разговор остался между нами!
– Прости, – буркнула Диана, понимая, что смысла в этих извинениях не много.
– Прости?! Ты вообще не понимаешь, что ты наделала?! – Он схватил её за плечи и встряхнул, это было неожиданно, и Диана вздрогнула. – Нас убьют! Убьют обоих! – едва не переходя на крик, сказал он ей в лицо. – Как можно было додуматься слить эту информацию репортёрам?!
Кирилл отстранился от девушки и, схватившись за голову, стал наворачивать круги по квартире. Диана была бы рада возразить и сказать, что никаким репортёрам она информацию не сливала, но реальное положение дел казалось ей ещё более постыдным.
– Да кому мы нужны! – грустно отмахнулась Диана, ей не верилось, что их начнут искать из-за того, что какие-то очередные телевизионные балбесы что-то там врут с экранов.
– Да что у тебя за мания такая всё на камеру снимать?! – гневно жестикулируя, выл Кирилл. – Скажи мне, в этой квартире всё ещё есть скрытые камеры?! Только честно!
– Нет, уже нет, – вздохнула Диана.
Он испытующе посмотрел на неё, пытаясь понять, врёт она или нет. Диана выглядела понуро и обречённо, но Кирилл не смог прочесть ответ на её лице.
– Зачем?! Ты мне можешь объяснить?! – спросил он. – Твои слова о том, что вы с Аделаидой не так уж сильно различаетесь, были слишком правдивы? Ты тоже сумасшедшая, только помешана на съёмках?
Диана молчала, глядя себе под ноги.
– Ты всё равно скоро уедешь, какая тебе разница? – сказала она.