Чтение онлайн

В этом случае взаимодействие осуществляется с помощью языка, специфической сигнальной системы. Обмен информацией происходит между людьми, а также между человеком и компьютером, с помощью искусственно созданных языков. Этот вид коммуникации сугубо человеческий, в нём существует масса разновидностей и проблем. Несмотря на удивительные технологические достижения, в основе процесса лежит логика сознания со всеми его неразрешёнными задачами, главная из которых, порождающая большинство прочих, — отсутствие целостности психики.

Здесь осуществляется взаимодействие осознающей себя личности с прошлым опытом, уже полученной и усвоенной информацией, извлечение смысла из прожитого, построение моделей, планирование действий. Сюда относятся текущий анализ и переоценка, прокручивание ситуации перед мысленным взором, а также умозрительное создание виртуальной реальности, то есть фантазирование. Достаточно глубокая рефлексия может перемежаться действиями, но не совмещаться с ними. Условие продуктивного размышления — ограничение подвижности тела или его монотонная деятельность, не требующая вмешательства сознания.

Тут мы сталкиваемся с различными видами опыта:

1) запечатленная в памяти информация об изменениях тела в процессе его роста, нарушение целостности при катастрофах и травмах, а также расстройствах здоровья, связанных с хирургическим вмешательством. Поскольку сохранение тела есть главное условие выживания, фиксация обстоятельств его нарушений в бессознательном является абсолютной, до окончания жизни «впечатываясь» в психосоматику, осознанные травмирующие компоненты события, как правило, подвергаются вытеснению. Они могут оказаться специфическим препятствием для любой глубокой интроспекции;

2) опыт общения с собственным телом в процессе удовлетворения его естественных потребностей;

3) специальный телесный опыт — профессиональный спорт, цирк, хореография, исследование организма человека различными способами в рамках медицинской науки посредством приборов;

4) случаи патологической коммуникации — психосоматические расстройства, заболевания нервной системы и психики самого различного происхождения;

5) хатха-йога.

Остановимся подробнее на этом пункте, поскольку смысл предыдущих понятен каждому.

Известно, что практика йоги есть не что иное, как временное исключение либо существенное торможение присущей человеку двигательной активности на трёх уровнях организации:

— телесном: «Асана есть неподвижная и удобная поза»;

— отдельных функций, например: «Пранаяма есть устранение вдоха и выдоха»;

— сознания: «Йога — читта вритти ниродха» («Йога — удержание материи мысли от возмущений»).

Если в асанах ещё можно наблюдать несколько всё более упрощающихся видов движения самого тела (без перемещения его в пространстве по горизонтальной плоскости) вплоть до полного замирания в позе, то в классической пранаяме оно почти не просматривается. Не существует также описаний разновидностей самадхи, которым могло бы сопутствовать движение тела.

Все стадии самьямы есть последовательность изменений состояния сознания, всё более отклоняющаяся от типовой. Или, если угодно, непрерывная трансформация бодрствующего сознания к почти полному его торможению с необходимой фиксацией на характерных этапах этого процесса. Эти состояния абсолютно непригодны для типового функционирования человеческого существа в реальной действительности подобно тому, как невозможно эффективно действовать телом в состоянии сна. Искомое торможение в самьяме не является сном, оно не может возникнуть и эволюционировать в нужном направлении до тех пор, пока тело не обездвижено волей самого человека, а сознанию созданы для этого необходимые и достаточные условия.

Максимальное вовлечение во внутреннее требует полного прекращения любой внешней деятельности. Это легенды, что последние стадии самадхи могут сочетаться с движением, источники китайского и тибетского буддизма, упоминающие об этом, говорят только о начальных стадиях глубокого сосредоточения, когда при определённых условиях может сохраняться весьма избирательная осознанность. Например, «беговые йоги» или «небесные скороходы», восприятие которых заторможено во всех аспектах, кроме непосредственного контроля движения, профиля поверхности и соблюдения направления, то есть реализации узкой программы.

Для медитативной практики предназначены только такие асаны, в которых человек способен достаточное время сохранять практически полную физиологическую «неподвижность», под которой подразумевается минимизация активности процессов жизнеобеспечения, — то, что в «Сутре» называется «отсутствием тряски в теле». Если грамотно практиковать асаны, нацеленные на развитие гибкости, в любой позе можно пребывать так долго, пока не возникнет спонтанное состояние достаточно глубокого погружения.

В некоторых видах буддийской медитации, объединённых под общим названием «випассана», допускается сосредоточение на монотонном движении тела, отдельных его участков и т.д. («беговая йога» — это также одна из форм «випассаны»). Тем не менее сосредоточение, достигаемое в процессах этого ранга, не может быть предельным, так как по определению физиологический смысл самадхи — тотальное торможение коры мозга, несовместимое с произвольным движением тела.

Итак, «Йога-сутра», глава 2, шлока 46: «Асана есть неподвижная и удобная поза». Вачаспати Мишра поясняет: «Человек, практикующий в соответствии с наставлениями эту специфическую позу, должен сделать усилие, суть которого в снятии естественного напряжения». Такое усилие есть не что иное, как осуществление эффективной коммуникации сознания с собственным телом посредством его релаксации, а также работы с ощущениями в процессе выполнения асан. Её цель — привести тело к такому режиму деятельности, который изменяет состояние сознания в искомом направлении.

Конечная цель практики йоги вообще (как она трактовалась и тысячи лет назад) — обеспечение такого состояния сознания, при котором способна возникнуть так называемая обратная коммуникация, когда бессознательное по собственной инициативе выходит на контакт с сознанием, получив необходимые условия для этого. Хатха-йога при этом обеспечивает:

— оздоровление тела, что даёт возможность и восприятию стать очищенным от ментальной мути (достоверность воспринятого зависит от качества материи, непосредственно участвующей в процессе восприятия);

— освобождение каналов восприятия посредством релаксационных асан, когда, уходя от ощущений в теле, мы оставляем эти каналы чистыми и пустыми, что даёт возможность уже на этом этапе вначале «сбросить» через кинестезическую разновидность коммуникации определённую часть деструктивной энергии вытесненного, в результате чего бессознательное начинает проявляться в сознании, в том числе и спонтанными вспышками интуиции;

— в силовых позах, когда сознание не меняется до такой степени как при работе на растяжку, гибкость и балансирование, относительная его «пустотность» при целенаправленной работе с ощущениями поддерживает интенсивную проработку тела и «стирание» физической составляющей нервных и психических травм. Иными словами, на основе коммуникационной работы с ощущениями и путём глубокой проработки тела предельной формой асан постепенно аннулируется доля травматических информационных следов, запечатленная в мышечном корсете.