Чтение онлайн

Сама суть идеи заключалась в том, чтобы при помощи некоторых модификаций и небольшого персонального компьютера иметь возможность видоизменять не только цвет или внешний вид ткани из нестабильной молекулы, но и придавать той разные текстуры.

Очевидно, что идея настолько впечатлила Ричардса, что тот тут же подключил в их диалог Викторию и тут же пошёл совсем другой разговор. Если Юджин был просто ловким заимствователем и не имел никаких дальнейших планов, а Рид просто гением и теоретиком, который хотел быстрее начать эту идею воплощать, то Виктория показала, что она тут босс. Не зря целой страной, считай в одиночку, правила при таком-то гениальном муже.

Правительница целой страны и владелица международной компании просто не могла мыслить так же узко. В её планах был масштаб и далеко идущие планы. В общем, пришлось ему подключать своего нового адвоката Дженнифер Уолтерс. Этим, к слову, была недовольна Виктория. Не тем, что подключили адвоката, это-то как раз она всецело одобряла, а тем, что у него сменилась его персона. Питала фон Дум определённую слабость к Мёрдоку, это было видно сразу.

В общем, идею взяли в разработку и ему должен был регулярно выплачиваться небольшой бонус в виде одной десятой процента за идею и одной сотой от цены за продажу изделий. А это было весьма и весьма ощутимо, потому что буквально в конце января на его счёт упало почти десять тысяч долларов. Вот так просто, с ничего можно сказать… Слава всем богам, тут его совесть даже не шевельнулась и спала глубоким сном, укутавшись в воображаемый плед из денег.

А Виктория фон Дум в очередной раз доказала, что быть её другом очень и очень выгодно. Ну и показала себя женщина тоже с самой хорошей стороны. Ведь могли же они с мужем просто взять идею на вооружение, как он предлагал от широты душевной и с подсказкой той же самой совести, и не сказать ему ни слова. Теперь же, на его имя был заключён патент, пусть оно, имя, и шло третьим в списке, после четы фон Дум-Ричардс, но кого волнуют такие детали? Уж точно не его. Иметь же реальный пассивный доход в размере от десяти тысяч долларов и выше, в зависимости от скорости и размеров реализации продукта, было более чем хорошей гарантией будущего.

Самостоятельно Юджин всё равно не смог бы такое провернуть, несмотря на все свои баллы IQ теста. Ну не умником он был по своей натуре, не технарём. Мозги были не так у него повёрнуты. А там одно техническое исполнение бы заставило его разум по-настоящему вскипеть.

На этом всё хорошее за эти дни закончилось. Начался февраль. Промозглый и серый настолько, что даже разноцветные витрины, казалось, тускнели на глазах. Февраль – отстой. И дело было даже не в рассказе, который он прочитал на широких просторах интернета за авторством Джорджа Андерсона?. Просто сам месяц был таким, отстойным: ветряным, сырым и серым.

С началом февраля парень перестал ходить на занятия с официального разрешения ректора. Нет, он периодически заглядывал в университет, чтобы взять задания и выполнить их удалённо, но от обязательного присутствия Юджин был освобождён.

Дальше начались суровые трудовые будни модели. Тренировочные проходы по подиуму оказались жутко выматывающими. Если одни постановщики показов и шоу давали моделям волю и некоторую свободу в проявлении себя, то другие требовали быть в строгих рамках образа и не выходить из него ни при каком исходе. Это выматывало, требовало уйму концентрации, но и окупалось сильнее. Таких послушных и исполнительных моделей любили больше и чаще приглашали на показы.

Помимо этого, в его жизни стал всё чаще и чаще появляться Эдди Брок. Этот выходец из Сан-Франциско сумел очень быстро и сильно сдружиться с Питером и стал ненавязчиво присутствовать на всех их встречах, которые участились. Фелиция, как бы Юджин не относился к ней, не терпела задатки лабораторного отшельника своего парня и чуть ли не пинками, а иногда и не чуть, выгоняла того на улицу. Гвен, конечно же, была от этого не в восторге.

Брок же, всегда словно случайно оказывался рядом, когда они гуляли одной компанией, или же его приводил с собой Питер, к начинающемуся раздражению Томпсона. И ведь нельзя было подкопаться. Эдди всегда был мил с девушками, дружелюбен с Питером и осмотрительно нейтрален с Юджином.

Единственной, кто с ним не ладил совершенно открыто была как раз Фелиция. Она отпускала в его адрес настолько колкие и ядовитые замечание и подколки, что на их фоне все слова, которые она сказала в их первую с Юджином встречу после столкновения с Халком, могли показаться ласковыми и вообще проявлением величайшей любви. Нет, серьёзно, если этой девушке кто-то или что-то не нравилось, то она не собиралась терпеть это, также как и принимать от кого бы то ни было никакого дерьма. Было совершенно ясно, что платиновая блондинка прошла в своей ещё юной жизни через что-то очень травмирующее и плохое.

В противовес ей отношению, Гвен была от Эдди в восторге, Мэри Джейн дружелюбно вежлива, но старалась держаться поближе к Юджину, а Лиз открыто флиртовала и получала просто море удовольствия от общения с этим парнем.

Ревновал ли он своих друзей и поэтому у него было плохое отношение в Броку? Нет. Это было бы глупо. Но что-то глубоко внутри этого репортёра очень сильно не нравилось ему и настораживало. Как появилось такое неприятное ощущение при первой встрече, так никуда и не делось. Но ему приходилось не показывать это, хотя и демонстрировать особо дружелюбие тоже не было необходимости. Питер был более чем рад занять своего нового друга разговорами, как и Лиз с Гвен, так что это было ещё более-менее терпимо.

Так и наступил понедельник и одновременно самый раздражающий его праздник в году – День всех влюблённых. Ни в этой, ни прошлой жизни, парень не любил День Святого Валентина. Даже если отбросить дурацкую легенду про этого самого Валентина и его «небесные» любовные пристрастия, ему не нравился сам праздник. Юджин считал, что подарки для своего любимого человека на четырнадцатое февраля уже такое клише, что лучше было бы его прекратить, хотя бы на какой-то срок. Например, лет на десять.

И да, женщины в США грешили этим так же, как в СНГ в его прошлой жизни. Так что у него был уже хороший запас носков…

Началось же день с дарения дурацких открыток-валентинок. Мэри Джейн была ярым потребителем массовой поп-культуры и ярким поклонником всего милого, поэтому ему досталась розовая плюшевая открытка и объятия. Последним, парень, к слову, был искренне рад. В ответ же Юджин отдарился небольшим, мягким плюшевым мишкой серого цвета с красным бантом и конфетами. Лишний вес был теперь не так страшен Великой рыжей, поэтому она с радостью стала потреблять больше сладкого.

Затем был заезд до дома, где он уже подарил своей семье и миссис Паркер с миссис Уотсон по милому и ничего не значащему подарку на этот праздник. Пусть Юджин и был противником праздника, но прошлая жизнь хорошо научила его жить «по правилам» и «плыть по течению». Другими словами, если он не мог как-то без последствий этого избежать, ему стоило это возглавить. К тому же, дарить подарки сами по себе и видеть счастливые и радостные лица своих близких ему нравилось.

После была репетиция, которая на этот раз прошла почти без критических замечаний. По крайней мере в его адрес, как бы эгоистично это не звучало. Постановщик заставил их пройтись несколько раз, запомнить свою позицию, очерёдность и ещё кучу разной информации. Даже сделать конспекты. Ну а чтобы их ничего от этого не отвлекало, то всем пришлось отключить свои мобильные телефоны. Закончив со всем, Юджин решил съездить в университетский городок, где как раз должна была быть Мэри Джейн и остальные.