Чтение онлайн

В том же году китайское правительство, почувствовав слабость Вьетнама, потребовало предоставления 5 тыс. тхатей риса для своих войск, находящихся в Юннани. Это требование пришлось удовлетворить, хотя при транспортировке из-за трудностей пути погибло много носильщиков. В 1385 г. китайский император прислал во Вьетнам посольство с новыми претензиями; теперь китайцы запросили 50 слонов, саженцы ценных пород деревьев (арековой пальмы, лангановой эуфории, хлебного дерева, личти и др.), а также 20 даосских и буддийских монахов. Вьетнамское правительство вынуждено было удовлетворить и эти требования [34, с. 177–178; 168, с. 196].

В это время Хо Куи Ли и его приверженцы упорно работали над укреплением вьетнамского государства. В 1385 г. была проведена новая чистка чиновничьего аппарата. Теперь сторонники Хо Куи Ли не только оказались у власти на местах, но и стали постепенно вытеснять крупных феодалов и членов королевской семьи из центрального правительства. Это, естественно, сильно обострило отношения Хо Куи Ли с феодальной знатью. Один из крупнейших феодалов, глава ведомства обрядов Нгуен Дан в седьмом месяце 1385 г. с негодованием заявил, что власть в стране переходит к случайным людям, после чего ушел в отставку, несмотря на уговоры короля-наставника Чан Нге Тонга. Сошел с политической арены, сославшись на старость и слабое здоровье, прежний соратник Хо Куи Ли заслуженный генерал До Ты Бинь и другие деятели прежних лет. Некоторые представители молодого поколения крупных феодалов — Монг Зы, Тхун Дао, Тхун Куинь проявили понимание интересов класса феодалов в высшем смысле, и связали свою судьбу с судьбой Хо Куи Ли. В целом, однако, феодальная знать становилась все более враждебной к Хо Куи Ли и группе реформ, стремилась подорвать его влияние на царствующего короля и короля-наставника [34, с. 120–121].

В Д386 г. Хо Куи Ли нанес ощутимый удар буддийской церкви. Был издан указ, предписывающий расстричь и вернуть в мир всех монахов моложе 50 лет. Одновременно были секуляризированы все оставшиеся земельные владения буддийских монастырей. Власть духовных феодалов постепенно сошла на нет [27, с. 1203; 34, с. 163]. В 1387 г. Хо Куи Ли был назначен канцлером Высшего Королевского Совета. Таким образом, он уже официально занял первое место в чиновной иерархии Вьетнама [34, с. 122]. Теперь, по плану его реформ, перед ним встала очередная, наиболее трудная задача — ликвидация частного феодального сектора, т. е. возвращение крепостных крупных феодалов в ряды лично свободных крестьян-общинников, которые платили налоги непосредственно государству. Но король-наставник Чан Нге Тонг не был готов к проведению такой радикальной меры.

Между тем крупные феодалы продолжали плести интриги против Хо Куи Ли и им удалось перетянуть на свою сторону царствующего короля Чан Хьен Тонга II. В восьмом месяце 1389 г. в беседе со своим братом принцем Нгаком и крупным феодалом Ле А Фи он сказал: «Если не лишить Куи Ли власти сейчас, потом это будет сделать уже невозможно» [34, с. 126]. В те времена это означало почти согласие на физическое уничтожение Хо Куи Ли. Осведомители Хо Куи Ли сообщили ему об этом разговоре. Канцлер собрал на совет своих соратников. Одни советовали немедленно укрыться в неприступной Дайлай, чтобы оттуда в случае надобности начать открытые военные действия. Другие предлагали апеллировать к королю-наставнику Чан Нге Тонгу. Сам Хо Куи Ли уже подумывал о самоубийстве, желая избежать рук королевских палачей. Однако победило мнение вице-канцлера Тайного Совета Фам Кы Луа-на. Он предложил не скрываться, а потребовать у Чан Нге Тонга головы царствующего короля. По правилам феодального этикета он облек это требование в аллегорическую форму: «Никогда еще не было так, чтобы продавали сына, чтобы прокормить внука, обычно продают внука, чтобы прокормить сына» [34, с. 127]. Иначе говоря — внука короля-наставника Чан Нге Тонга Чан Хьен Тонга II следует заменить сыном короля-наставника принцем Нгунгом. В случае отказа Хо Куи Ли пришлось бы поплатиться своей головой.

Беседа Хо Куи Ли с Чан Нге Тонгом состоялась в том же восьмом месяце 1389 г. Король-наставник сначала не принял никакого решения. Но в развитие событий вмешалась внешняя сила. В десятом месяце 1389 г. тямский король Те Бонг Нга внезапно вторгся в пров. Тханьхоа. После десятидневной битвы он разгромил вышедшую ему навстречу вьетнамскую армию (в этой битве пало 70 вьетнамских военачальников) и стремительно двинулся на Тханглаунг. В одиннадцатом месяце 1389 г. Те Бонг Нга занял Хоангзянг, предместье столицы [34, с. 124].

И без того тяжелое положение вьетнамского правительства было сильно осложнено вспыхнувшим незадолго до этого на Севере мощным крестьянским восстанием, во главе которого встал беглый буддийский монах Фам Ши Он, объявивший себя королем. Организовав крестьян по воинскому образцу в три корпуса, Фам Ши Он нанес внезапный удар по столице и удерживал ее в течение трех дней, после чего его войска организованно отошли в Ноитяу (Куокоай), продолжая оттуда угрожать Тхан-глаунгу. Правительство Чан Нге Тонга оказалось, таким образом, между двух огней. В этой обстановке Хо Куи Ли еще раз проявил свои блестящие стратегические способности. По его совету с тямского фронта был снят лучший гвардейский корпус и направлен против повстанцев. Риск оправдал себя. Гвардейцы генерала Хоанг Фунг Тхе разгромили войска Фам Ши Она прежде, чем Те Бонг Нга приступил к штурму столицы. Фам Ши Он и его соратники были казнены [34, с. 124–125].

После этого невдалеке от Тханглаунга развернулось генеральное сражение с тямами. Незадолго до начала сражения принц Нгуен Зьеу, брат царствующего короля перешел со своим отрядом на сторону Те Бонг Нга. Этим он бросил тень на Чан Хьен Тонга II, но не решил исхода битвы. Во время сражения, которое разворачивалось в основном на реке, один тямский перебежчик указал вьетнамцам корабль, на котором находился. Те Бонг Нга. На этом корабле был сосредоточен огонь из зажигательных орудий всей вьетнамской эскадры, и Те Бонг Нга был убит. Это послужило началом разгрома тямской армии. Остатки ее генерал Ла Кхай увел на юг [34, с. 125–126].

После этой двойной победы авторитет Хо Куи Ли стал непререкаемым. В двенадцатом месяце 1389 г. король-наставник Чан Нге Тонг принял окончательное решение. Он сместил с трона Чан Хьен Тонга II и заточил его в монастырь Чифук. На трон был посажен сын Чан Нге Тонга принц Нгунг под именем Чан Тхуан Тонг (1389–1398). Крупные феодалы, видя крушение своих планов, предприняли отчаянную попытку освободить свергнутого короля. Три генерала, командующие гвардейскими корпусами, проникли в монастырь, где он был заключен, но Чан Хьен Тонг II якобы запретил им поднимать оружие против своего деда (скорее всего, эта версия была придумана позднее конфуциански настроенными летописцами). Во всяком случае попытка конгрпереворота была подавлена, генералы, участвовавшие в ней, были казнены вместе с главой судебного ведомства Ле А Фи, участником заговора восьмого месяца. Вскоре и сам Чан Хьен Тонг II был задушен в монастыре [34, с. 127–128; 168, с. 196].

Начало 90-х годов XIV в. было трудным временем, несмотря на победы, одержанные в 1389 г. В конце 1390 г. выяснилось, что королевская казна, вывезенная в горы в ожидании нападения тямов, пропала. В 1391 г. была предпринята попытка отбить у тямов спорную пров. Хоатяу, окончившаяся неудачей: солдаты устали воевать. В 1392 г. Хо Куи Ли издал суровый указ против дезертиров — за первый побег их клеймили и накладывали штраф в 10 куанов (в три с лишним раза больше, чем годовой подушный налог). Рецидив карался смертной казнью с конфискацией земли и имущества [34, с. 126, 132, 152]. В это время заговоры крупных феодалов с целью уничтожения Хо Куи Ли следовали один за другим. В 1391 г. активизировался принц Нгак, брат казненного короля Чан Хьен Тонга II. Он был одним из самых влиятельных членов королевской семьи. Чан Нге Тонг пожаловал ему титул Великого принца. Нгак покинул столицу и переехал в свой удел в Вапните. Это дало основание Хо Куи Ли полагать, что принц готовится поднять мятеж. На приглашение вернуться в столицу Нгак не откликался. Тогда в пятом месяце 1391 г. Чан Нге Тонг приказал командующему гвардейским корпусом Нгуен Нят Льету доставить Нгака ко двору (в случае необходимости — силой); одновременно Нгуен Нят Льет получил тайный приказ от Хо Куй Ли убить опасного принца, что и было сделано. Возмущенный Чан Нге Тонг приказал провести строгое расследование. Нгуен Нят Льет покончил самоубийством, но Хо Куй Ли не выдал [34, с. 129].

Вскоре после этого Хо Куи Ли обвинил в злоупотреблениях и казнил двух генералов, командующих южными округами, за то, что они обсуждали возможность его смещения. Чиновников, донесших на этих генералов, он назначил на их места. В начале 1392 г. близкий родственник короля, принц Чан Нят Тионг организовал заговор с целью убить Хо Куи Ли. Этот заговор, однако, был быстро раскрыт. Хо Куи Ли апеллировал к королю-наставнику, и тот приказал казнить принца-заговорщика [34, с. 120–130]. Подавленные этой последней неудачей, крупные феодалы притихли.

Борясь с оппозицией феодалов, Хо Куи Ли продолжал разрабатывать позитивную программу переустройства государства. В 1392 г. он всерьез занялся вопросами идеологии и написал книгу «Минь дао» («Истинный путь») [34, с. 169]. До этого времени все официальные документы, исторические и философские работы писались на ханване — варианте древнекитайского языка веньяна. Только часть поэтов до этого времени пользовалась вьетнамской письменностью (тьыном, ном). Хо Куи Ли первый стал писать прозой на тьыноме и ввел эту письменность в государственный обиход. Это был важный шаг в развитии вьетнамского литературного языка. Вьетнамский историк Зыонг Минь писал по этому поводу: «Необходимо помнить, что до Хо Куи Ли титулованная и служилая знать изучала лишь ханван, преклонялась перед ним, рассматривала его как единственную письменность вьетнамского народа, разрешая пользоваться только им для преподавания в школах. В этих условиях Хо Куи Ли, личность, стоящая во главе феодального государства, пишет на номе стихи, переводит „Яо Дань“ из Шуцзин и Шицзин; разве это не попытка возвышения вьетнамской письменности? То, что Хан Тхюйен и Нгуен Ши Ко писали на номе стихи, достойно всяческого восхваления. Но разве можно сравнивать вклад Хо Куи Ли в распространение „тьынома“ с эпизодическими написаниями стихов… Смысл к значение деяний реформатора выходят далеко за рамки его времени. Потребовалось свыше 400 лет после его правления, чтобы у вьетнамского народа появился политический деятель Нгуен Хюэ, возглавлявший государство и осмелившийся издавать указы на „тьыноме“» (цит. по [34, с. 170]).