Юго-Запад
Шрифт:
– А что за план-то? – спросил Левша. – Может, можно обойтись и без троса?
– Нет, нельзя! – покачал головой Змей. – Нужна крепкая длинная… – и тут его взгляд упал на ротанговые доспехи, – веревка.
Четыре пары глаз устремились туда же.
– Расплетайте костюмы! – крикнул Змей.
Ничего не спрашивая, все кинулись распутывать хитрое плетение.
Глава 2
– Ты готов, – уверенно сказал Мастер, желая подбодрить ученика.
Змееныш и сам это чувствовал, но все равно переживал – первое серьезное испытание, как-никак.
– А вдруг не получится? – озвучил он свои страхи.
– Просто не думай об этом! – наставлял Учитель.
– Но как не думать, если мысли сами лезут? – заволновался еще больше Змееныш.
– А ты займи их чем-то другим.
– Например?
– Читай по памяти. Например, «Заклинание брата».
Змееныш не очень поверил в то, что поможет, но он привык слушаться Учителя. Поэтому, когда вышел на учебный поединок, с губ само сорвалось заклинание древнего героя, отправившегося за тридевять земель спасать брата:
Я узнал,
что у меня
есть
огромная семья…
Впереди шел Третий. Левша готовился подать кио снятый с башни пулемет. Чуть позади Марьян с Тохой, вооруженные АК-12, должны были идти вторым эшелоном. Змей с бухтой смотанного ротанга, один край которого своими манипуляторами держал Спай, шел следом. Но его роль в плане являлась самой ответственной и опасной. Дробовик снова возвратился к своему хозяину и в качестве вторичного оружия висел за спиной у торговца. Самому Змею, кроме ротанговой веревки и собственного меча, вручили ПМ и пару гранат. Остальное бы ему только мешало.
– Может, все-таки я пойду? – обернулся к нему Третий.
– А ты можешь такие же фортели с веревкой вырисовывать? – задал встречный вопрос Марьян. – Нет? Тогда ничего не меняем.
Рукокрылы уже сломали крепления прутьев на одной из решеток, когда Третий тяжело выдохнул и повернул запорное колесо. Дверь откинулась наружу. В образовавшийся проем тут же сунулись первые мутанты, но Марьян с Тохой в два ствола смели их. Следом Змей метнул гранату. Ухнул взрыв, по броне застучали осколки, а внутрь брызнула кровь мутантов. Третий, приняв пулемет у Левши, в один прыжок оказался на броне и принялся палить во все стороны. Змей мысленно зааплодировал – такой прыжок, да еще и с тяжелым станковым пулеметом, он даже не мог себе представить.
Затем подбросили в проем торговца и Тоху, и те сразу же вступили в бой. Канонада, боевые выкрики маркитантов и визг мутов смешались в чудовищную какофонию. Левша подставил скрещенные ладони и помог запрыгнуть Змею.
Оказавшись наверху, парень оценил обстановку и понял, что эффект неожиданности помог людям отбросить мутантов назад. Несколько десятков хитиновых тел и две крылатых туши уже валялись у самоходки, не подавая признаков жизни. Но численное преимущество мутантов может очень скоро все изменить. Стравив край веревки в дверной проем, Змей помог выбраться наружу Левше. Теперь все пятеро оказались снаружи. До гнойника от машины было метров семьдесят. И почти все это пространство заполняли враги. Но Змей надеялся, что силенок у него и его новых друзей хватит.
План был настолько прост, насколько и опасен. Используя ротанг с его особыми свойствами как молот-метеор, Змей под прикрытием своих товарищей должен дойти до «гнойника» и бросить в него одного из врагов в качестве наживки. А вместе с ней – свободный край веревки. Гнойник наверняка заглотит наживку и потянет ее. Спай будет держать другой край ротанга, пока самоходка не встанет гусеницами на землю. Тогда люди вновь спрячутся под прикрытие брони и продолжат свой путь.
– Начали! – скомандовал Марьян, когда увидел, что все в сборе.
Третий прочертил пулеметом дорожку по направлению к гнойнику. Стволы Марьяна, Тохи и Левши присоединились – и в плотных рядах врагов появился коридор. Стрелки занялись своими направлениями – баги кишели повсюду, а с воздуха людям угрожали еще и рукокрылы. Змей спрыгнул на землю и стал раскручивать свободный край ротанга, конец которого был завязан в плотный клубок.
Случай опробовать новый молот-метеор в действии представился тут же. На Змея кинулись сразу несколько руконогов. Круг, петля, бросок – и клубок врезался в сегментированное тело. От удара ротанг тут же затвердел, превратившись в стальное копье с круглым наконечником. Он пробил хитиновый панцирь бага, брызнула желто-зеленая кровь. Змей оценил это качество нового оружия. Когда к шнуру вновь вернулась его гибкость, воин выдернул снаряд, раскрутил над головой и крутнулся вокруг оси, опуская оружие на уровень пояса. От первого же соприкосновения с очередным багом ротанг затвердел, превратившись в стальной прут, и отсек по пути лапы сразу нескольким членистоногим. Сверху спикировал рукокрыл. Но Третий не зевал – пулеметная очередь сбила монстра, и тот упал на землю, не долетев до Змея всего пары метров и подмяв при этом под себя нескольких багов.
Муты быстро смекнули, что четверо людей со штурмовыми винтовками и пулеметом более тяжелая мишень, чем невооруженный одиночка, и сосредоточились на Змее. Бой обещал быть тяжелым, и парень, как всегда в таких ситуациях, стал читать вслух рифмованные строчки, помогавшие справиться с волнением и страхом. К этой ситуации он выбрал следующие:
Через час отсюда в чистый переулок вытечет по человеку ваш обрюзгший жир [1] …1
Стихотворение В. Маяковского «Нате».
Несмотря на прикрывающий огонь товарищей, вертеться ему пришлось, как стальной сколопендре на горячей сковородке. В парня полетели самодельные копья, баги лезли друг через друга, пытаясь добраться до человека, – и ему пришлось практически остановиться, сосредоточившись на обороне. С пехотой он разбирался при помощи своего нового оружия, от самодельных копий пока еще уворачивался, а вот с рукокрылами пришлось тяжелее – твари каждый раз предугадывали броски и легко уклонялись от выстрелов прикрывающей группы.
Глядя на ложные морщинистые морды-маски на членистоногих телах, Змей с удовольствием метал в них снаряд и удачно подходящие строчки:
…вот вы, женщина, на вас белила густо, вы смотрите устрицей из раковин вещей…Все вокруг кишело мерзкими многоногими телами, но парень пер напролом.
И все бы ничего, если бы при этом на Змее не висела бухта, затвердевающая каждый раз, как только на нее падал кто-то из поверженных врагов или попадало чье-либо копье. В такие моменты двинуться, не выронив из рук моток лианы, становилось невозможно.
…толпа озвереет, будет тереться, ощетинит ножки стоглавая вошь, —сквозь зубы цедил Змей.
На Змея спикировало сразу два рукокрыла. Первый свернул, уходя от очереди, пущенной кем-то из маркитантов. А вот второй продолжил свое пике, успешно уходя от атак с самоходки. Змей как раз почувствовал толчок отвердевшего ротанга, на который наткнулся брюхом особо настырный баг, когда крылатая тень накрыла его. Парень дернулся, пытаясь увернуться, но почувствовал, что моток превратился в стальную арматуру. Рукокрыл впился в него когтями.