Чтение онлайн

Более сложен вопрос о датировке, целях и инициаторах соглашения. По Аппиану, соглашение было заключено перед консульством (Арр. В.С. II, 9), то же самое сообщает Плутарх (Plut. Caes., 13; Pomp., 41). Дион Кассий, Ливии и Светоний пишут о союзе после консульских выборов (Dio, 38, 55–56; Liv. Epit., 103; Suet. Iul., 19, 2), Веллей просто указывает на 59 год.

Различны и мнения исследователей. Триумвират датируют летом 60 г. (Э. Корнеманн, Р. Сайм, Г. Бенгтсон, С.И. Ковалев), т.е. до выборов{168}; концом 60 г., после выборов, но перед консульством (К.В. Нич, Эд. Мейер){169}; 60 годом (неопределенно) (В.И. Кузищин, А.В. Игнатенко){170}; началом 59 г. (начало консульства) (Эд. Шварц, Р. Ханслик){171}. Существует мнение, что точную дату союза установить невозможно, а в 59 г. случилось лишь его первое проявление (С.Л. Утченко, X. Сандерс, Н.В. Чеканова){172}.

Последнее мнение, наверное, ближе к истине. Союз сложился уже давно, однако конкретная договоренность и особенно — «примирение» Помпея и Красса, видимо, происходят в период между законом Флавия (июнь 60 г. — Cic. Att, II, 1) и, вероятно, выборами. Скорее всего, уже на выборах Цезарь мог рассчитывать на ресурсы Помпея и особенно на деньги Красса. Все источники (Plut., Caes., 13; Pomp., 47; Crass, 14; App. В. С, II, 9; Dio, 37, 55) и, наверное, большинство исследователей указывают на инициативу Цезаря{173}. Впрочем, и двое других членов триумвирата никоим образом не были пассивными фигурами в его игре.

Сложен вопрос о цели и характере триумвирата. Плутарх считает причиной монархические устремления Цезаря (Plut. Caes., 13) и его союзников (Plut. Crass, 14). Согласно Светонию, они договорились «не допускать государственных мероприятий, неугодных троим» (ne quid ageretur in re publica quod displicuisset tribus) (Suet. Iul., 19). Достаточно интересно объяснение Флора: «Итак, Цезарь стремился к завоеванию политического влияния, Красс — к его умножению, Помпеи — к удержанию. В равной мере одержимые жаждой власти в государстве, они охотно объединились для ее захвата» (Flor, II, 13, 1). Флор добавляет, что Помпеи был вынужден защищаться от бесчестия со стороны оптиматов, а Красс мечтал о дальнейшем обогащении (Flor, II, 13, 8–10) Веллей называет его «союзом ради могущества». Целью Помпея было проведение при помощи консула Цезаря своих установлений на востоке. «Цезарь хотел приумножить свою славу, а Красс держался за авторитет Помпея и силу Цезаря, поскольку в одиночку он не мог добиться первенства» (Veil., II, 44). Согласно Диону Кассию, к союзу привели монархические устремления каждого и страх перед объединением двух других лидеров. Союз был скреплен клятвами, когда все трое договорились во всем содействовать друг другу (Dio, 37, 55–57).

Древние авторы делают акцент на стремлении всех троих и особенно — Цезаря, к захвату власти. Было бы точнее говорить — о взятии власти вполне легальным путем через выборы. С другой стороны, даже совокупная мощь всех троих не могла превратить их в «монархов». Оптиматы были достаточно сильны, и реально речь шла только об известном равновесии. С.Л. Утченко справедливо полагает, что речь шла об объединении всех антисенатских сил{174}. Как отмечают многие исследователи, соглашение было неофициальным, а его прообразом были весьма частые в римской политической жизни предвыборные соглашения{175}. Союз явно был долгосрочным и имел далеко идущие цели. Кроме взятия власти, у триумвиров была основательная, разносторонняя программа, которая, в целом, была программой Цезаря, хотя и с существенными дополнениями, особенно — со стороны Помпея. Триумвират готовился к новому слому сулланской системы и, видимо, здесь всегдашний лидер оппозиции Цезарь действовал более последовательно, чем бывшие сулланцы Помпеи и Красс. Впрочем, на данном этапе совпадение интересов явно преобладало.

Каковы же были цели союза? Триумвиров, видимо, объединяли общие установки (декларация о совместных действиях — Plut. Crass, 14; Dio, 37, 55–56 и взаимопомощи — Dio, Ibid., а также — решение не допускать, чтобы что-либо в государстве происходило без их желания — Suet. Iul., 19) и конкретные цели, особое место среди которых занимали выборы Цезаря в консулы и проведение в жизнь распоряжений Помпея.

Оптиматы оказали серьезное сопротивление. Кандидатом в консулы стал М. Кальпурний Бибул, оптимат, личный враг Цезаря и его коллега по квестуре, эдилитету и претуре. Вокруг Бибула сплотились все лидеры оптиматов, Катон, Цицерон, Лукулл и др. Обе стороны, особенно, оптиматы, использовали огромные денежные средства (Suet. Iul., 19). Борьба была крайне острой (Plut. Cato, 31; Caes., 13; Арр. В. С, II, 9). Третьим кандидатом был друг Цицерона Л. Лукцей, претор 66 г., обвинявший Катилину и оказавший помощь Цицерону в 64–63 гг. (Cic. Fam., V, 13,4; Asc. p. 81). Обе стороны пытались заключить с ним предвыборное соглашение, но Лукцей предпочел Цезаря. Причиной, вероятно, была его близость к Помпею, членом consilium которого он был (Cic. Art., IX, 1,3; 11, 3). Впрочем, оптиматы мобилизовали все свои ресурсы. Консулами 59 г. стали Цезарь и Бибул. Голосуя за Цезаря, народ совершенно определенно голосовал за слом сулланской и постсулланской системы, политические реформы и изменение внешней политики. Это был второй этап «мирной революции», начавшийся в 70 г., итогом которого стало начало преобразований нового плана и изменения в составе сената в пользу оппозиции.

1 января 59 г. Цезарь и Бибул вступили в должность. Лидер оппозиции стал главой исполнительной власти и спикером сената. Теперь он впервые мог предпринять попытку изменить соотношение сил. Несмотря на перемены в период 78–59 гг., руководство сенатом по-прежнему принадлежало бывшим сулланцам и оптиматам. Лучше всего известно положение в верхнем этаже правящей элиты. Из 23 консуляров 59 г. минимум 11 представляли собой эту «партию власти» и, как правило, были противниками Цезаря: Г. Скрибоний Курион (76 г.), Л. Лициний Лукулл (74 г.), М. Лициний Лукулл (73 г.), Л. Геллий Публикола (72г.), Кв. Гортензий Гортал (69 г.), Кв. Цецилий Метелл Критский (69 г.), Г. Кальпурний Пизон (67 г.), Ман. Эмилий Лепид (66 г.), Л. Манлий Торкват (65 г.), Кв. Цецилий Метелл Целер (60 г.). К этой группе примыкали Цицерон (63 г.) и коллега Цезаря Бибул. В более низших эшелонах (претории, эдилиции, трибуниции) набирала силу группа Катона.

Цезарь мог рассчитывать на гораздо более скромную поддержку. Его сторонниками были его старый покровитель П. Сервилий Ватия (79 г.), известный популяр и, видимо, родственник Аврелии, консул 65 и цензор 64 г. Л. Аврелий Котта и консул 64 г. Луций Цезарь. Все трое были политиками достаточно умеренной ориентации и об их роли в событиях 59 г. практически ничего не известно. Это могла быть группа «пассивной поддержки».

Расстановку сил изменил триумвират. Кроме самих Красса и Помпея, за ними пошла группа консуляров — военных: М. Пупий Пизон (61 г.), Валерий Мессала (61 г.), Афраний (60 г.). Позиция Помпея оказывала влияние и на некоторых других консуляров, в целом, находящихся в лагере оптиматов (Цицерон, Г. Кальпурний Пизон (консул 67 г.)), которые пытались выступать в качестве посредников между борющимися партиями, хотя и безуспешно. К нейтральным можно отнести и Л. Волькация Тула (66 г.) и, возможно, Д. Юния Силана (62 г.). Триумвиры имели сильную поддержку среди младших сенаторов. В 56 г. на встрече в Луке было 200 сенаторов и почти все магистраты этого года (Арр. В. С, 11, 17; Plut. Pomp. 5; Dio. 39, 24–31).

Положение оппозиции резко изменилось, она впервые стала единым целым и получила признанного лидера. В сенате начинает устанавливаться неустойчивое равновесие, которым отмечены все события 50-х гг. Вместе с тем, оппозиция пока еще была слабее, а «контрольный пакет» имели Помпеи и сулланские военные. Помпеи выиграл от триумвирата не меньше, чем Цезарь.

Уже в начале консульства Цезарь устанавливает принцип гласности и контроля за деятельностью сената, повелев обнародовать ежедневные отчеты о заседаниях сената и народных собраниях (Suet. Iul., 20).

Вскоре после этого был предложен и аграрный закон. Он продолжал традицию Рулла, присоединив к ним требования Помпея. Закон готовился уже в середине 60 г. (Cic. Att., II, 1), к декабрю он был уже подготовлен (Cic. Att. II, 3). Согласно Диону Кассию, Цезарь хотел разделить всю общественную землю, кроме Кампании (ager Campanus) (Dio, 39, 8). Предполагалась покупка земли на добычу Помпея (Ibid.). Дион Кассий сообщает, что преимущества имели лица с 3 и более детей, которые получали землю на ager Campanus. Колонией стала Капуя (Dio, 38. 7). Веллей говорит о двух редакциях: закон предполагал раздел между плебеями ager Campanus (Veil., II, 44), после чего Цезарь вывел туда 20 000 человек и восстановил муниципальный статус Капуи (Ibid.). Два закона упоминает Плутарх (Plut. Caes., 14), множественное число использует Ливии (Plut. Cato, 32–33). У остальных авторов речь идет об одном законе (Арр. В. С, П., 10; Suet. Iul., 20). Полемика о количестве аграрных законов затронула и историографию (Е. Гребе, Ф. Милтнер, С.И. Ковалев){176}.

Суть закона, видимо, ясна. Он предполагал раздел земель в Кампании (Veil., II, 44; Dio, 38, 7; Suet. Iul., 20; 25; Plut. Cato, 35). Колонии выводились в ряд городов (Капуя, Казилин и др.), среди земель, подлежащих разделу, были Стеллатинское и Фалернское поле, а также — частные земли, купленные за военную добычу.

Встает вопрос, кто получал землю. Источники называют многодетных отцов, которых набралось более 20 000 (Арр. В. С, II, 100; Dio, 38, 6; Suet. Iul., 20). Вероятно, это была льготная категория. Среди получателей земли, наверняка, были ветераны Помпея. Как полагает П. Брюнт, землю получали около 50 000 человек (вероятно, самих владельцев без членов их семей){177}. Важным фактором было создание аграрной комиссии из 20 человек, среди которых были Помпеи, Красс, муж сестры Цезаря М. Атий Бальб и др. Сам Цезарь в комиссию не вошел.

Программа предполагала наделение землей широких масс граждан, позже продолженное и самим Цезарем и его преемниками. Восстановление мелкой собственности не происходило за счет конфискации. В перспективе было важное структурное изменение собственности, когда на место сулланской системы гигантских капиталов олигархов и «крепких хозяйств» ветеранов Суллы, противостоящих массам безземельных и малоземельных людей, приходила более эффективная экономика, основанная на мощном фундаменте мелкой и средней собственности. Аграрная программа воссоздавала основу армии и стала важным фактором борьбы с бедностью. В перспективе это создавало возможность выхода из кризиса.