Чтение онлайн

Луиза сразу заметила Марию Антуанетту, она выглядела потрясающе и вся светилась в новом платье цвета слоновой кости с золотой отделкой (любопытно, сколько раз в день она меняет туалеты? Луиза насчитала три!). Дофина флиртовала и хихикала, как ученица средней школы на вечеринке. Но держалась она как истинная хозяйка дома, когда плавно, будто на коньках, передвигалась по комнате, а ее идеальная осанка и горделиво посаженная голова не оставляли сомнений в том, что это ее праздник Благодаря ее приятным, естественным манерам все чувствовали себя желанными гостями, когда она обходила их, изредка останавливаясь, чтобы попробовать пару десертов. Она, несомненно, была сейчас в своей стихии — неотразимая дочь своего времени.

Супруг же ее, судя по всему, был гораздо менее значимой фигурой. Вместо того чтобы танцевать и играть в азартные игры, Людовик XVI сидел за столом в окружении хмурых людей и похвалялся какой-то стальной штуковиной, похожей на замок с ключом, которую он взволнованно крутил в руках.

— Он одержим этими замками. — Луиза вздрогнула, так как не заметила подошедшую к ней Аделаиду. — Дофина находит все это довольно скучным, и я ее в том не виню. А вы?

Луиза отрицательно покачала головой — вся эта сцена показалась ей полнейшим бредом.

— Не присесть ли нам? Туфли ужасно жмут, — вздохнула Аделаида, останавливаясь рядом со стулом, обитым красным бархатом, и они сели за стол.

— Кто та дама? — спросила Луиза, незаметно указав на женщину с черными, как вороново крыло, волосами и особенно глубоким вырезом алого платья, почти сплошь усыпанного бриллиантами и рубинами.

Дама сидела в вызывающей позе на ручке кресла с высокой спинкой, а на плече ее притулился настоящий сине-зеленый попугай. Царственно разодетый пожилой мужчина, сидящий в этом кресле, взял две кости, и, прежде чем он бросил их на зеленую фетровую поверхность стола, она послала им воздушный поцелуй. Все зааплодировали, когда кости упали в выигрышной позиции.

— Ха, — фыркнула Аделаида. — Разумеется, мадам Дюбарри.

— Дю… что? — спросила, сконфузившись, Луиза.

Потом она вспомнила, что ей следовало держаться с достоинством.

— Дюбарри. Любовница короля Людовика Пятнадцатого, — подняв брови, закончила Аделаида. — Вы не знали? Лично я считаю эту связь крайне непристойной.

— Неужели? — снова спросила Луиза, пытаясь понять, что это значит Как бы его возлюбленная, но не всерьез? — Я хочу сказать, да, конечно знаю. Просто с этой птицей на плече она выглядит как-то иначе, или еще почему-то…

Мадам Дюбарри что-то шептала на ухо королю и щекотала его щеку длинным черным страусовым пером. Сидящие за столом либо делали вид, что ничего не происходит, либо, как и Луиза с Аделаидой, откровенно сплетничали. Все это было более чем странно. Луиза была уверена, что мадам Дюбарри бросила на них недобрый взгляд, по-видимому поняв, как они на нее глазеют. Упс!

До того как попасть в Версаль, Луиза воображала, что придворная знать вела себя чинно и вежливо. И была потрясена, обнаружив, что ее ежевечерние обеды в родительском доме проходят строже, чем парадный прием в этом дворце. Скатерть была залита красным вином. Везде валялись покерные фишки и игральные карты, а пушистые кошки доедали с тарелок остатки яств. Луиза подняла руку и увидела прилипшие к рукаву жирные крошки. Может, именно отсюда пошло правило не класть локти на стол, подумала она, стряхивая маслянистый комочек, оставивший влажное пятно на изумрудном атласном рукаве. Фу! Аделаида заметила брезгливое выражение лица Луизы и рассмеялась.

Мария Антуанетта была всего на несколько лет старше Луизы, но теперь ей показалось, что их разделяют десятки лет. Ей вдруг захотелось вернуться в Малый Трианон и поиграть в прятки. Или оказаться снова в Коннектикуте и составлять список игр для дня рождения Брук.

С верхнего яруса вазы она взяла миндальное печенье и откусила кусок, надломив хрупкую корочку и ощутив во рту вкус пикантного лимонного крема. Завтра она встретится с Марией Антуанеттой и попытается помочь Пьеру и остальным французам, решила она, снова откусывая божественное печенье. Не прихватить ли ей с собой в Коннектикут фунтов десять этой вкуснятины или лучше оставить в прошлом? Надо бы спросить об этом у Марты с Глендой и надеяться на лучшее. Эти французские кондитерские штучки слишком хороши, чтобы от них отказываться, — где еще представится такая возможность? Всю остальную часть стола занимали громадные башни из конфет и блюда земляники в густых топленых сливках. Версаль был неподходящим местом для тех, кто хотел похудеть.

— О, вы должны это попробовать, — посоветовала Луиза Аделаиде, беря липкое пирожное с малиновой прослойкой, невзирая на то что ее корсет из китового уса решительно этому противился.

— Спасибо. — Рука в перчатке цвета слоновой кости протянулась к раскрытой ладони Луизы. Мария Антуанетта надкусила пирожное. — Чудесный вечер, не так ли? — подмигнув, спросила она. — Уверена, что шведы прекрасно проводят время. Пойдемте смотреть фейерверк, веселье только начинается!

Мария Антуанетта повела Луизу с Аделаидой и еще нескольких своих подруг на просторную ухоженную лужайку, со смехом волоча по грязи и росистой траве жемчужно-белый шелковый шлейф. Луиза поняла, что дофина не станет переживать, если платье будет загублено, потому что утром ее будет ждать новый, еще более потрясающий туалет.

— Давайте поиграем, — решила Мария Антуанетта и весело захлопала в ладоши. — Вы прячьтесь, а мы с графом Ферзеном будет вас искать, — распорядилась она, указывая на высокого блондина в военной форме. — Считаю до десяти. Один, два, три…

Луиза улыбнулась. Они с Брук, когда были помладше, всегда играли в прятки. Дом Ламбертов со множеством укромных уголков и глубоких шкафов как нельзя лучше подходил для этой цели. Женщины сбросили туфли на высоких каблуках и побежали прятаться. Луиза, снова почувствовав себя свободным и счастливым ребенком, помчалась к засаженному розами саду. Она неслась в чулках по сырой траве и понимала, что ей совсем не хочется возвращаться к прежней жизни, где она снова станет двенадцатилетней девочкой. Где нельзя будет носиться по траве, не задумываясь о том, что выглядишь при этом как малое дитя.

И тут она увидела его и остановилась. Пьер продирался сквозь кусты роз и, глядя в небо, насвистывал какую-то незнакомую мелодию. В первый момент он, похоже, испугался, а потом едва заметно улыбнулся.

— Bonsoir [51] , — сказал он, рыцарским жестом снимая шляпу.

— Добрый вечер, — смущенно ответила Луиза. — Рада снова вас видеть. Сад такой прелестный.

— Спасибо, — кивнул он, отбрасывая со лба волнистую каштановую прядь, казалось искренне польщенный комплиментом. — Извините, что в прошлый раз убежал.

— Все нормально. Я думала, это я что-то не так сказала.

Она постаралась незаметно поправить перекосившийся кринолин.

— Нет, конечно, нет, — быстро ответил он.

— Мне хотелось бы больше узнать о вашей семье. Кто они такие? — Луиза почувствовала себя немного виноватой из-за того, что позволила себе увлечься изысканными пирожными.

— Мой отец сапожник. А мать, как может, заботится о моих братьях и сестрах — нас у нее шестеро, — но в последнее время жизнь стала очень тяжелой. Кажется, куда ни глянь, все страдают от голода. Хотя вам здесь этого не понять.