Чтение онлайн

И на фоне всех этих страстей, наличие у меня миниатюрных шкатулок — накопителей, способных заменить собой огромный тяжеленный блок классического аккумулятора, заставляло нервничать. И не меня одного.

Именно поэтому, разговор с опекуном состоявшийся у нас этим же вечером, был вовсе не о моих планах, а о тех самых шкатулках.

— Вот только я сомневаюсь, что удастся продать их по второму разу. — Задумчиво заключил дядька Мирон, добившись от меня принципиального согласия вернуть пресловутые артефакты седьмому департаменту. Я встрепенулся. Теперь стало понятно, почему он так старательно уговаривал меня…

— То есть, я что, должен отдать их бесплатно?! — Изумился я.

— Ну, думаю, на определённую награду ты мог бы рассчитывать… — Протянул дядька Мирон с ухмылкой. — Но поскольку ты не состоишь на службе, то речь может идти лишь о гражданском ордене.

— Издеваешься? — Прищурился я, раскачиваясь на табурете. Опекун состроил непонимающее лицо. Я кивнул. — Точно, издеваешься.

— Кирилл, послушай… — Начал говорить дядька Мирон, но я его перебил.

— Нет. Мы с Хельгой рисковали жизнями ради этих чёртовых накопителей. И я не я буду, если не вытряхну из Несдинича достойную награду для нас обоих. А медали… пусть отдаст тем, кто планировал доставку шкатулок. На долгую память.

Я бы ещё много чего наговорил, но тут меня чуть не задушили. Кое-как развернувшись в кольце сдавивших моё тело рук, я уткнулся носом в упругие полушария, едва прикрытые тонкой тканью домашнего платья… хм…

— Хель… гха… отпкху… сти! — Пропыхтел я.

— Дочка, выпусти его. Задохнётся. — Прогудел мой опекун. Хельга послушалась.

— Нет, только подумать… и вот такое богатство достанется какому-то Гюрятиничу. — Облегчённо вздохнул я. Взъерошившая мне волосы, девушка поймала устремлённый на её «богатство» взгляд, и ладонь только что гладившая по голове, моментально ухватила меня за вихры. — Ай! Больно же!

— Только я начинаю думать, что мой братец умница, как он тут же делает всё, чтобы доказать обратное. — Прищурившись, сообщила Хельга, под сдавленный смех отца.

— Фуф. — Я наконец вывернулся из-под её руки и, пригладив растрепавшиеся волосы, отпрыгнул в сторону. — Я не виноват, что ты не понимаешь моих тонких комплиментов!

— Это ты меня сейчас дурой назвал? — Вкрадчиво протянула Хельга.

— Лучше дурой, чем стервой. — Буркнул я, ныряя под стол. Вовремя. Стоявшая на столе чашка просвистела над головой и врезалась в стену. Выбравшись из-под стола рядом с посмеивающимся опекуном, я занял стратегически выгодную позицию за его спиной и, окинув взглядом застывшую напротив Хельгу, тихо договорил. — Бедный капитан, я ему уже сочувствую. С такой женой никакие пираты не сравнятся…

— Что ты сказал?! — Вот теперь, она точно в ярости. И как услышала только? Ех… помирать, так с музыкой!

— А что такого? Пираты, по крайней мере, встречаются далеко не в каждом рейсе, а жена — штурман всегда рядом… я бы повесился.

— А вот теперь, Кирилл… беги. — Ухмыльнулся опекун. Он дядька умный, дурного не посоветует… и я побежал.

Порядок в доме мы наводили вместе с Хельгой аж до полуночи, да ещё и под надзором тётушки Елены, не оценившей наш забег по её кухне. М — да, не стоило Хельге швыряться в меня тем пакетом с мукой…

Зато мы снова помирились. А вообще, с такой «сестрицей» общаться куда проще и приятнее, чем с её прежним вариантом. Нет, у неё и сейчас порой бывают рецидивы бюргерской «приличности», но редко и купируются эти приступы довольно легко, достаточно пары — тройки язвительных шуточек. Правда, не всегда безболезненно для «доктора»… за уши меня тягать она навострилась как-то уж очень быстро. Но уж лучше так, чем никак, так что, я не жалуюсь.

В одном дядька Мирон оказался прав, выручить деньги за шкатулки мне не удалось. Несдинич упёрся рогом и напрочь отказался от денежных расчётов…

— Да мне проще их уничтожить, чем отдавать «за так». — Проворчал я, когда следующим вечером мы, всей дружной компанией Завидичей сидели в знакомом мне кабинете инженер — контр — адмирала. Настроение после визита в училище и без того было не ахти, а тут ещё и его превосходительство упрямится.

— Кирилл… — Тихо проговорил дядька Мирон, предупреждающе качая головой.

— Что? — Я прищурился. — Меня никто не принимал на службу в седьмой департамент, как и Хельгу! Разве нет? Но мы выполнили их работу, а значит, имеем право на её оплату. В конце концов, можно было просто бросить эти чёртовы шкатулки на дирижабле, и не факт, что от них что-то осталось бы после катастрофы. Разве не так?

— Так. — Неожиданно для меня кивнул Несдинич. — Но заплатить за накопители я не могу. Увы, юноша.

— Но почему?! — Мой голос чуть не сорвался на фальцет и я смутился.

— Потому что в отличие от прошлого раза, я не смогу отчитаться за эти суммы. Тогда, вариант выкупа находки был предусмотрен одним из планов, сейчас, никакие траты не предполагались вообще. — Ровным тоном, словно объясняя прописные истины, ответил Несдинич. Я шумно втянул носом воздух.

— Понятно. Значит, по блестяшке на грудь и идите лесом, да? — Нахмурившись, подвожу итог. Контр — адмирал поморщился.

— Кирилл, я нисколько не умаляю ваших с Хельгой Мироновной заслуг, и благодарен за вам за сделанное, но прошу не высказываться в подобном тоне о наградах.

— Простите. — Я притормозил, понимая, что несколько перегнул палку. — Но поймите и нас. Медаль, орден — это почётно и уважаемо… на груди солдата или офицера. Да и на кителе штатского штурмана, награда будет смотреться внушительно… но на робе юнца она не вызовет ничего кроме недоумения, тем более, что объяснить за какие заслуги эта награда получена, я не смогу, не так ли? И получится точно как с моим знаком пилота. Вроде он есть, а носить его без риска получить по морде, не выйдет.

— Вот как… — Несдинич бросил короткий взгляд на старательно отводящую глаза Хельгу. — Положим, с этой точки зрения я ситуацию не рассматривал, и… не могу не признать, что доля истины в твоих словах имеется. Хельга Мироновна, а вы согласны со словами Кирилла?

— Я? — Хельга замялась… Её можно понять, орден мог бы стать зримым подтверждением её успешности в глазах окружающих. Я тяжело вздохнул, понимая, что решать за неё не могу, и… смирился. Но дочь Завидича меня удивила. Она тряхнула головой и неожиданно резко кивнула. — Да. Братец прав.

— Что ж. Может быть, у вас есть идеи, как мы можем решить эту задачу? — Несдинич откинулся на высокую спинку кресла и, сплетя пальцы рук перед собой, застыл, ожидая нашей реакции.

Хм… если господин инженер — контр — адмирал думает, что мы сейчас будем судорожно что-то придумывать, то он сильно ошибается. Не зря же вчера целый вечер потратили на обсуждение? И пусть Хельга не казалась особо довольной возможностью такого поворота, это не помешало ей прикинуть возможные альтернативы.

— Право проживания в Китежграде для моей семьи. — Выдала сестрица… и Несдинич крякнул от неожиданности. Но после недолгого размышления согласно кивнул.