Чтение онлайн

– Что там?
– спросил Вик.

– Там жизнь, такая, какой ты не хочешь ее видеть, без замков и пони.

– Да, пошел ты!
– в шутку обиделся Вик.

Добравшись до Суасэнда нас ожидал, рухнувший воздушный замок и мертвый розовый пони. Хотя меня такая картина мира совсем не удивляла.

24 марта. Аванпост в Саусэнде. Подполковник МакАлистер.

Когда группа МакАлистера добралась до Саусэнда, на территории аванпоста вовсю шли сборы, ящики с патронами и боеприпасами перегружали в самолет, Второй внедорожник “Хаски”, который был на базе, уже стоял в грузовом отсеке С-130 “Геркулес”.

– Где сержант?
– спросил МакАлистер стоящего на воротах часового.

– Должен быть в башне авиадиспетчеров, сэр!
– ответил рядовой.

МакАлистер нашел сержанта Кита, там, где и сказал его искать солдат, он был раздражен и с кем-то спорил по рации. Закончив сеанс связи, он повернулся, увидел подполковника и даже улыбнулся.

– Слава богу, сэр, вы вернулись, я уже хотел отправить группу за вами, радист не мог с вами связаться. Штаб в Эдинбурге приказал срочно эвакуировать базу, через два часа мы вылетаем.

– Стоп, стоп, стоп сержант, чей это приказ?

– Полковника Граца, сэр.

– Вот, ведь, сволочь, мы по плану тут должны пробыть еще два дня, у меня люди на задании, с ними нет связи, вы мне их тут предлагаете бросить?

– Сэр, я все понимаю, но приказ.

– К черту приказ, свяжите меня с Грацем!

– Так точно, сэр!
– Сержант сам сел за рацию и начал вызывать Эдинбург.

Поговорить с Грацем не получилось, его адъютант, ссылаясь на занятость полковника, всячески отказывался соединить с ним, не помогали ни уговоры, ни угрозы.

МакАлистер, выругавшись, направился назад к машине. Двое солдат несли носилки, на которых лежал Изумрудный, в самолет, Док шел рядом, держа в руке капельницу. Музыкант закурил сигарету и смотрел в небо, облокотившись на дверь внедорожника.

– Старик, что происходит, почему сворачивают базу?
– спросил Музыкант у подошедшего подполковника.

– Приказ из Эдинбурга об эвакуации.

– Подождите, а как же Локи и Герцогиня?

– Не знаю, с ними пытаются связаться.

– Подполковник, только не говорите, что мы их бросим, к черту Эдинбург, вы тут старший по званию, прикажите прекратить эвакуацию!
– возмущенно требовал Музыкант.

– Бенджамин, ты знаешь, что это не возможно, мой приказ просто не будут выполнять. И я понимаю сержанта Кита, если он не выполнит приказ Эдинбурга, ответственность возложат на него, а не на нас с тобой. Не вижу смысла его подставлять.

– А смысл бросать наших людей, подполковник МакАлистер, вы видите, сэр?

– Сержант, что вы хотите? Вы получили приказ от командования, исполняйте!
– перешел на крик МакАлистер.

– Нет, сэр, приказ получили вы, а мне, уже вы можете приказать отправиться в порт Тилбери за нашими друзьями, сэр!

– Сержант, ты сейчас с Доком и Изумрудным отправишься со всеми, а я останусь ждать возвращения второй группы. И это не обсуждается, это приказ! А теперь ни у меня, ни у тебя нет времени на споры, надо, чтобы ребята вернулись не на пустое место.

МакАлистер потребовал выгрузить второй внедорожник “Хаски”, приказал оставить четыре винтовки L85A1, по два ящика патронов 5.56мм и 7.62мм, ящик гранат, запас сухпайков на четверых на две недели и установить на выгружаемый “Хаски” единый пулемет.

Сержант Кит начал возражать, апеллируя к тому, что это имущество подотчетное и просто так его отдать он не может, но сдался под напором МакАлистера, который “настоял” на том, что это имущество было утрачено в ходе операции.

Через два часа самолет оторвался от земли и исчез в облаках, звук его двигателей еще доносился, но с каждой секундой становился все тише и тише. Перетаскав оружие и патроны в машину, МакАлистер сел на пустой деревянный ящик, достал фляжку с водой и сделал большой глоток. Самое лучшее, что он сейчас мог сделать это ждать, до утра начинать поиски не было смысла.

23 марта. Дорнох. Рой Дервил.

“Наконец дома!” –- – Рой поставил машину на парковке около двухэтажного дома, в котором он снимал квартиру. Айлин сидела на втором этаже у окна и, увидев отца, выбежала на встречу.

– Папа, привет!
– бросилась на шею отцу Айлин.

– Айлин, привет, как ты тут справлялась?

– Все нормально, только за тебя переживала, у нас тут столько всего случилось, на улицу после девяти вечера нельзя выходить, военные везде в городе, и они еще запретили продавать топливо и сказали закрыть заправку. Я с ними спорила, честно!

– Пойдем в дом, там мне все расскажешь.

Квартира Роя представляла собой часть дома на три семьи, с тремя отдельными входами. Помимо самой квартиры в его распоряжении также был маленький сарай за домом, где хранились инструменты. Не лучшее жилье, не в лучшем месте. Сам дом был старым и постоянно требовал ремонта, зато аренда была невысокой. На первом этаже была кухня, объединенная с залом, а на втором этаже две маленькие спальни. Особых изысков в интерьере не было, простая мебель, минимум техники, а на стенах висела пара ярких картин и постеров, которые Рой купил на блошином рынке.

Рой поставил чайник на плиту и пошел в ванную, чтобы умыться. Последние события до сих пор не укладывались у него в голове, все произошедшее казалось кошмарным сном. Сначала этот автобус, потом полиция и история с Алексом. Последние два дня перевернули мир с ног на голову и никак не вписывались в жизненные шаблоны и представления Роя, и это не давало покоя.

Рой вернулся и сел за стол, Айлин заварила чай, и, поставив кружки на стол, продолжила рассказывать новости про то, что школу закрыли, магазины не работают, а продукты теперь раздают военные каждое утро у Кафедрального собора, а также про отключение электричества и стрельбу в городе, которую она слышала два раза.

Рой слушал, что рассказывала ему дочь. От новостей становилось страшно, он очень хотел найти выход и что-нибудь сделать, но решения не было.

– Айлин, давай уедем?
– неожиданно для самого себя сказал Рой.

– А куда и зачем?

– Помнишь, мы лет семь назад гостили на ферме у твоего дяди в Холкерке, поедем, поживем там, пока все не образуется.

– Вот так просто возьмем и уедем, а как же заправка?

– Ну ее же закрыли военные, верно?

– И когда мы выезжаем?