Чтение онлайн

– А ты откуда знаешь? – нахмурился Синго. – Ты что, был с ним знаком?

– Э, нет, просто слышал, – смутился Юу, быстро сообразив ответ, дабы никто не подумал, что он где-то раньше встречался с Микаэлем.

– Ааа, тогда ладно, – снисходительно протянул Синго. Такой ответ его вполне устроил. – А о том, что у него там че-то криминальное случилось, ты не слыхал?

– Нет, – изумленно распахнул глаза Юичиро. – А что было?

– Толком никто не знает, – почесал затылок парень. – Но, поговаривают там что-то тёмное произошло в семье. У него мать приемная была, с детства его воспитывала, так она после этого, то ли с собой покончила, как узнала, то ли они просто разошлись, не знаю точно. Знаю только, что отец его после этого за границу увез на два с лишним года.

– Ужас какой, – содрогнулся Юичиро, услыхав историю.

– Да брось, это всего лишь слухи. Кто знает, может сам Шиндо их и распустил.

Тут Юу был вынужден признать правдивость предположения. Кто знает, что поселилось в голове у Микаэля за прошедшие пять лет. Насколько он тронулся в уме.

– Так у него мать, получается, приемная была? – несмело осведомился Юу, чувствуя в этом некоторую угрозу из-за смены привычного устоявшегося мнения о семье Шиндо.

– Ага, – кивнул Синго. – Приемная. У нее еще сын был, сейчас вроде в тюрьме сидит.

– Почему? – ужаснулся Амане.

– Я откуда знаю, – пожал плечами Акутазава и, помолчав, усмехнулся. – Поразительно только, что его в школу нашу приняли с такой-то биографией. Чем думал наш директор? Ну это уже их геморрой. Уже половина преподов жалеет о том поступке, хех.

– Почему?

– Да потому, – усмехнулся Акутазава, глядя на недоумевающего новичка. – Хорошо, Юу, ты вроде свой парень. Если какие проблемы снова с этим возникнут, знай, мы на твоей стороне. Надо будет, поможем. – С этими словами он вернулся к своей группе.

Юу находился в какой-то прострации из-за свалившейся на него информации. О том мрачном случае, приключившемся в семье Микаэля, он не задумывался, восприняв это как преувеличенные со временем сплетни, однако то, что Шиндо оказался наполовину сиротой, действительно повергло его в шок. Сколько лет он ненавидел Мику, дрался с ним, завидовал, что у того есть и отец, и мать, да еще и старший брат, а теперь спустя такое длительное время каким-то нелепым образом выяснилось, что Шиндо родителей практически не имел. Родным был только отец. А женщина, приходившая время от времени в школу и парень, как Юу считал старший брат, были ему совершенно чужими. Мир будто бы вывернулся наизнанку. Юу не знал, как поступать дальше. В какой-то степени Мика был таким же как он, не имеющим полноценной семьи и, быть может, также завидующим Юичиро, что у него есть мать, родная мать. Может потому, что он рос с чужими людьми, он был такой высокомерной сволочью? Из-за внутреннего одиночества?

Юичиро взглянул на настенные часы. До начала урока было еще время и, не теряя его даром, он выбежал из класса.

Он еле отыскал Микаэля в школьном дворе. Тот стоял под деревом, издали наблюдая за игрой в мяч второгодок старшей школы.

– Мика, – позвал его Амане. В его голосе на сей раз не было привычной грубости и раздражения. Мика вздрогнул и обернулся. Он не заметил этого приближения и потому весь напрягся, когда увидел перед собой врага, заставшего его врасплох.

– Не похоже на тебя, доблестный рыцарь в сияющих доспехах, подкрадываться со спины, – иронично прокомментировал Микаэль.

– Может прекратишь? Я хочу поговорить серьезно.

– Ух ты, это что-то новенькое, – восторженно воскликнул Мика. – А разве вчера мы уже не обо всем поговорили? – продолжал издеваться он.

Юу сжал кулаки, подавляя в себе желание ответить Мике грубостью. Все-таки он пришел сюда с другой целью.

– Я хочу спросить.

– Весь во внимании, – пропел Мика.

– Это правда, – Юу вскинул на него тревожный взгляд, – что тебя воспитывала мачеха?

Моментально Шиндо переменился в лице. Насмешливое выражение сменилось испугом. Он весь побелел и задрожал.

– Мика, – осторожно позвал Юу парня, склонившего голову. – Это так?

– Да, так, – в следующий миг прозвучал надменный голос и Шиндо гордо вскинул голову. – И что с того?

– Ничего, я просто подумал, что мы… – растерянно начал Юу, но не успел договорить, потому как смех Микаэля прервал его.

– Хочешь пожалеть меня? – насмешливо бросил он. – Будешь сравнивать? Мол я, которого воспитывала мать и он, которого воспитывал отец. Мы такие одинаковые, мы прошли через одно и то же и возможно, сможем понять друг друга. Так вот знай, – холодно произнес Мика. – Я не нуждаюсь ни в чьей жалости, особенно в твоей. И мне плевать, узнал ты об этом или нет. Я по-прежнему ненавижу тебя. Ты враг мне. Так что не лезь ко мне просто так, убирайся к своим мерзким друзьям и изливай душу им. Они с удовольствием тебя выслушают. Глен та еще сердобольная зануда и Шинья – простодушный идиот, – после этих слов, Мика, не дожидаясь ответа Амане, схватил свою сумку с земли и бросился к забору. С грацией семейства кошачьих преодолев его, он унесся прочь по улице.

«Как? Откуда? Как он узнал об этом?»

Со злостью Шиндо швырнул сумку в сторону, после чего раздраженный последовал прямиком в свою спальню. Эхом разносились глухие шаги по лестнице. Привычный его сердцу холод пустого дома встретил юношу, чей отец пропадал на работе, частенько задерживаясь. Впрочем, Мика давным-давно смирился с этим положением, то, что сейчас действительно тревожило душу, так это внезапная осведомленность врага о его домашних делах, которыми он, кстати говоря, не интересовался все шесть лет их совместной жизни в школе, а теперь, невесть каким образом узнавшего об этом и решившего милостиво проявить к нему жалость и сострадание, как к такому же, лишенному родителя собрата по несчастью. Быть может, Мика слишком рано сделал вывод об истинном намерении Амане, пришедшему к нему с таким вопросом, но его глаза не были наполнены привычным негодованием, а смотрели жалостливо, следовательно, он пришел с целью неприемлемого для Шиндо разговора.

Мика не потерпит какого-либо проявления сочувствия от кого угодно, тем более от него. Только не от него. Никогда. После всех тех лет издевательств, о каком к черту сочувствии может идти речь?

Никогда, никогда, никогда он не позволит Юу жалеть его!

Захлопнув за собой дверь, Микаэль прислонился к ней спиной, будто бы отгораживаясь от всего лживого мира, что остался там, за дверью. Его разгневанный взгляд блуждал по комнате. Испепеляло унизительное положение, в котором его враг опустился до сочувствия. Только за это хотелось уже уничтожить его раз и навсегда, раздавить как жалкое насекомое, сделать что-то такое, чтобы он даже помыслить не мог о том, чтобы еще хоть раз у него возникли эти унижающие достоинство чувства по отношению к Мике.

– Проклятье! – выдохнул Шиндо, опершись руками о стол, понурив голову. Почему же ему сейчас так мерзко и противно, будто бы его облили грязью? Почему внутри все так разрывается от негодования?

Подняв голову, он прошелся взглядом по своей комнате и остановил взгляд на той ее части, где некогда располагалась комната его сводного брата, до того, как была снесена стена и маленькая комнатка Шиндо набрала метраж.

– Черт, – Мика закрыл лицо рукой. – Нет, нет… Только не снова… – срывающимся голосом простонал он, когда сознание внезапно вытащило картинку из памяти и еще более мерзкие чувства оплели Микаэля, своими липкими паучьими сетями.

Мерзкий смех, доносящийся со всех сторон, отвратительные грубые руки, что намертво вцепились в его тело, готовые разорвать его на куски. Ни пошевельнуться, ни умереть. Словно каменная плита свалилась на тебя. Трудно дышать, ты чувствуешь, как эта мощная сила постепенно расплющивает тебя, разрушая твое тело и волю. Ты утопаешь в собственной беспомощности под веселый смех и зловонное дыхание потного липкого тела, бьющегося над тобой в остервенении.

– Нет! – Мика падает на стул, закрывая дрожащими руками лицо, пытаясь отогнать от себя страшные мысли. Собственные отчаянные крики звенят в ушах, вперемешку с чужими насмешками и непрерывная боль, точно бечевкой обжигает тело, сжавшееся в судороге. Яркие вспышки перед глазами, утопающие в темноте, застившей разум боли.