Чтение онлайн

– Допустим, «Пекин».

– Тогда завтра, вернее, уже сегодня, ровно в 18:00, жду тебя в «Пекине». Отметим очень важную для меня дату.

– Это какую?

– Два дня нашего знакомства.

– Ах, Юрочка! Что ты со мной делаешь, негодный мальчишка? На тебя ведь ну совершенно невозможно сердиться.

– Тогда в 18:00 в «Пекине». И попрошу не опаздывать, готовится сюрприз.

– Что за сюрприз?

– Секрет. Все, спокойной ночи. Целую тебя. Во все скромные и не очень места.

– И я тебя тоже, Юрочка. Во все… И все-таки ты большой негодник! Мог бы, по крайней мере, раньше позвонить. Я ведь за эти часы бог знает что успела передумать!..

…Барон повесил трубку и весьма довольный состоявшимся разговором вышел из телефонной будки.

– Ну как? Удачно? – поинтересовался отряженный в провожатые Казанец.

– Вполне. Пока все идет по плану. Главное теперь, чтоб с машиной не сорвалось.

– За машину не переживай, Гога у двоюродного брательника возьмет. Мы ее уже несколько раз пользовали – нормально прошло.

– А что за машина?

– «Победа».

– Ого! Красиво живет брательник!

– Да она старенькая, еще первой серии. Ему, как инвалиду войны, в 1950 году выписали. Ну чего, двинем обратно? До дому, до хаты?

Барон втянул ноздрями бодрящий ночной воздух, сведя лопатки, с наслаждением, до хруста потянулся и неожиданно предложил:

– А хорошо бы, отец, вина выпить. Имеется тут у вас пьяный угол?

– Отчего не быть? В квартале отсюда Самвела шалман. А если просто, на вынос, так вон, в том доме, Верка-Стрекоза торгует.

– Может, добредем до Верки, купим да и раскатаем бутылочку? А то у меня сейчас такое состояние, словно бы уже где-то близко, но еще не. Недопил.

– Да у меня, положа руку за пазуху, с деньгами не очень, – смутившись, признался Казанец.

– Не бери в голову. Поделим полномочия: с тебя – наводка, с меня – бутылка.

– Не вопрос! – расплылся в довольной улыбке Казанец.

И они отправились к Стрекозе. И купили за две цены бутылку портвейна.

Которую и распили там же, во дворе, на лавочке.

За успех предстоящего совместного воровского предприятия…

Странное дело: как правило, Барон достаточно настороженно относился к новым знакомствам, однако этот персонаж из команды Шаланды глянулся ему с ходу.

По натуре был Казанец той вольной запорожской породы, что любит и умеет веселиться и за словом в карман не лезет. Такие вот парни некогда сидели на веслах у Стеньки Разина, прорывали фронт под командованием Брусилова, совершали эксы с анархистской братвой и держали Одессу, закусывая перед последней атакой ленточку в зубах. Это именно о таких говорили враги: «Помяни черта – тот и появится». Единственное, на что они были категорически не способны, так это на подлость. И в данном случае неважно, где и кому они служили. Именно такие вот персонажи, как правило, и становятся – Тёркиными на войне и честняками на зоне…

Вторник 17 июля 1962 года навсегда вошел в историю Советской страны. Именно в этот день, совершив поход подо льдами Арктики, первая советская атомная подводная лодка К-3 под командованием капитана 2-го ранга Льва Жильцова достигла Северного полюса. Дважды пройдя географическую точку полюса, лодка всплыла среди паковых льдов, и на вершине торосового льда ее экипаж водрузил государственный флаг СССР [48] .

Из числа иных, рангом пожиже, местечковых событий-радостей того дня, напрягшись, можно припомнить принятие решения исполкома Московского городского совета трудящихся «Об общественных внештатных участковых уполномоченных милиции», а также состоявшийся в рамках чемпионата СССР по футболу матч между столичным ЦСКА и ереванским «Спартаком», завершившийся победой москвичей со счетом 1:0.

Но вот имевшее тем же вечером быть ограбление квартиры ответственного партийного работника, расположенной практически в шаговой доступности от Кремля, в скрижали отечественной истории не попало. А жаль! Ибо сие дерзкое в своей изящности равно как и изящное в своей дерзости преступление поразило даже видавших виды, умудренных опытом и убеленных сединами профессионалов из МУРа. И это притом, что на полную его (ограбления) разработку у автора сего налета ушло всего-то чуть более суток.

Такая вот, по иронии судьбы, случилась сверхоперативная реакция на законодательное введение института внештатных милицейских участковых. К слову, по недавним временам такого рода «случайное совпадение» запросто могло развернуться в плоскость не уголовного, а полноценного политического дела.

Вплоть до «пятнашки наличными и пяти по рогам».

В 17:45 из парадного элитного дома в Столешниковом переулке вышла расфуфыренная, густо наштукатуренная Мадам и, загрузившись в поджидавший ее во внутреннем дворике казенный ГАЗ-21, небрежно скомандовала персональному шоферу:

– В «Пекин», Саша!

По тем временам улицы в пределах Садового кольца еще предназначались именно что для езды, а не для стояния в пробках. Потому уже в 17:54 Саша остановился на Большой Садовой у подножия роскошного, авторства основоположника сталинского ампира, здания, с крыши которого, если верить легендам, видны сразу пять из семи высоток Москвы [49] .

Водитель выбрался из «Волги», проворно обежал ее и почтительно распахнул дверцу, выпуская Мадам на воздух.

– Спасибо, Саша. На сегодня всё, можешь быть свободен.

– Э-ээ… А как же обратно?

– Нет-нет. Не нужно. Я доберусь на такси.

– Ну тогда я… э-ээ… до свидания, Алла Анатольевна, – поспешил раскланяться не ожидавший столь щедрого подарка шофер. – Хорошего вам вечера.

– Да-да. Спасибо, голубчик.

Цокая подковками каблучков, Мадам направилась к ресторану, попутно всматриваясь в свое отражение в стеклах. Оставшись довольна увиденным, она позволила себе легкую, одними уголками рта, улыбку. А вот издалека приметивший ее «пекинский» метрдотель, напротив, расплылся чеширским котом, демонстрируя свой безупречный для шестого десятка зубной фарфор.

– Добрый вечер, Алла Анатольевна. Давненько вы нас не баловали визитами!

– Здравствуйте, дружок, – изобразила приветливость Мадам, тотчас пожалев о том, что предложила Юрию пойти именно в это место. Где ее запросто мог опознать не только халдей на воротах, но и кто-то из случайно подвернувшейся солидной публики. Безусловно, следовало выбирать заведение подальше да поукромней. Ну да что уж теперь? Придется по выходе, тайком от Юры, сунуть стражу дополнительную трешку. За молчание.

– Столик для вас заказан. Еще с утра. Очень приятный молодой человек.

«Ч-черт! Похоже, тут одной трешкой не обойдется. Этому старому прощелыге – всю десятку готовь», – неприятно подумала Мадам.

Настроение с самого начала оказалось подпорчено…

В 18:02 в блистающий чистотой и благоухающий геранью подъезд дома Мадам зашагнул элегантный молодой мужчина в темных очках и с ленинской бородкой клинышком.

Бдящая в будке вахтерша отложила вязание и строго поинтересовалась:

– Молодой человек! Вы к кому? В какую квартиру?