Чтение онлайн

Любимая! Ты, властью своей пользуясь сурово,

Соперниц не потерпишь в царствии своем.

/Драйден/

Было около десяти утра. Элси сидела над книгами в собственной уютной, маленькой гостиной. Она настолько увлеклась уроками, что совершенно не обратила внимания на стройную девичью фигурку, тихо вошедшую в дом через застекленные двери. В тот день двери, выходящие на лужайку, были широко открыты, чтобы в дом мог проникнуть свежий прохладный воздух, смешанный с легким запахом далекого моря и ароматом садовых цветов.

— Заживо похоронила себя в книгах! Подумать только, какой совершенный образец прилежания! — оживленно воскликнула незваная гостья. — Где бы мне взять хоть малую толику твоей любви к учебе?

— Люси Каррингтон! Откуда ты взялась? — Элси отодвинула от себя книги и вскочила, чтобы обнять подругу.

— Откуда? Из Ашлэнда! Я подъехала на своем пони к парадному входу особняка, а сюда вошла через вон ту дверь, мисс, — ответила Люси и присела в шутливом реверансе. — Надеюсь, ваша светлость простит мне такую вольность? Ведь я осмелилась войти без приглашения!

— Я вижу, что раскаяние ваше глубокое и искреннее, — ответила Элси таким же шутливым тоном.

— Несомненно! Я торжественно обещаю никогда больше так не поступать вплоть до следующего раза.

— Садись скорее, — рассмеялась Элси и пододвинула подруге низкое кресло-качалку. — Я так рада тебя видеть. Вот уж не думала, что ты приедешь! Я-то думала, что ты сейчас дома сидишь за уроками.

— Нет. Моя уважаемая гувернантка мисс Уоррен занемогла и взяла недельный отпуск. Вот и у меня тоже теперь каникулы. Ты даже не представляешь, как я была подавлена, когда пришлось на целые семь или восемь дней отложить мои любимые книги!

— Бедняжка! Как я тебе сочувствую, — со смехом ответила Элси. — Полагаю, ты останешься здесь и будешь посещать уроки моего учителя. Я не сомневаюсь, что смогу убедить его взять тебя в качестве второй ученицы.

— Я тебе очень признательна. Но, помнится, я чуть не умерла от страха, когда мне предстояло впервые ответить урок. Сейчас у меня другое занятие: во мне растёт поэтесса, поэтому я все время говорю в рифму.

— Отдай няне свою шляпу и шарф, — подсказала Элси. — Ты ведь останешься у меня на весь день, правда?

— Нет уж, спасибо. Я приехала для того, чтобы забрать тебя на неделю в Ашлэнд. Поедешь?

— С удовольствием, если папа разрешит.

— Ну, тогда беги скорее и спроси его.

— Боюсь, сейчас не получится. Он, к сожалению, уехал и вернется только к вечернему чаю.

— Ну, надо же! Какая досада! А нельзя ли спросить разрешения у твоей мамы?

— Если бы речь шла об одном дне, то достаточно было бы и маминого разрешения. Но я заранее знаю, что отпустить меня в гости на неделю сможет только папа.

— Подумать только! Не хотела бы я быть тобой. Я, например, никогда не спрашиваю ни у кого разрешения, если собираюсь проведать кого-либо из соседей. Я просто сообщаю маме, что уезжаю. И этого достаточно. Просто не представляю, как ты выдерживаешь такой контроль.

— Поверь мне, — ответила Элси с радостным смехом, — мне очень приятно, что папа руководит мной. Это избавляет меня от множества неприятностей и мне не приходится самой принимать решения. Кроме того, я очень люблю папу, мне в радость делать то, что доставляет радость ему.

— И он всегда так строг с тобой?

— Да, он строг, но он и добр!

— Он с тобой добр потому, что ты такая добрая. Если бы он был моим папой, все было бы просто ужасно. Он бы только и делал, что наказывал меня. Он бы постоянно укорял меня, сурово хмурился. У него и повода бы не было, чтобы одобрительно улыбнуться или бросить мне хоть одно слово похвалы.

– Ну что ты! Ты совсем не такая плохая, как думаешь о себе, — сказала Элси и снова рассмеялась. — Да и я не такая хорошая, как ты, похоже, думаешь обо мне.

— Я и не сомневаюсь, что ты — отъявленная лицемерка и только притворяешься примерной девочкой. И в один из ближайших дней мы сможем убедиться, что ты действительно хуже всех нас. Но сейчас мне нужно закончить свое дело и уехать, потому что ты жаждешь вернуться к своим книгам. Тебя наказывают за каждое непрочитанное слово? И радуешься ли ты наказанию потому, что твоему папе нравится тебя наказывать?

– Люси! Какая же ты насмешница! — сказала Элси, сильно покраснев.

— Извини, Элси, дорогая. Я не имела права так говорить, — воскликнула Люси, вскакивая, чтобы обнять, и поцеловать подругу. — Я сморозила глупость. Я прекрасно знаю, что твой папа совсем не плохой.

— Конечно. Если я плохо приготовлю урок, то мне приходится учить его заново. Только и всего. И когда я вижу, что папа мной недоволен, то, уверяю тебя, что для меня это уже наказание.

— Как ты думаешь, он отпустит тебя погостить у нас?

— Я не знаю, Люси. Думаю, он вряд ли согласится освободить меня от уроков на столь долгое время. Да и я сама вряд ли соглашусь на это.

— Но ты должна поехать! Можешь играть на моем пианино по часу или по два каждый день. Мы разучим несколько дуэтов. И можешь взять с собой альбом и рисовать в нем во время наших ежедневных прогулок. И мы будем читать вместе какие-нибудь назидательные книги — ты, я и Герберт. Ему опять стало хуже, бедняжке. Бывают дни, когда он не встает с кушетки. Мы приглашаем тебя еще и потому, чтобы хоть немного его ободрить. Ничто не улучшает ему настроение так, как вид твоего лица.

— А еще кто-нибудь приедет?

— До нашего дня рождения — нет. Но потом мы хотим организовать праздник и собрать тех, кто входит в нашу компанию — тех, с кем выросли. Ах, да! Я хочу, чтобы Кэрри Ховард, Мэри Лэсли и Анна остались на день или на два после праздника. Надо упросить твоего папу, чтобы он отпустил тебя. Ты должна быть с нами! — добавила Люси, вставая, чтобы уйти.

— Если упрашивать, он наверняка скажет «нет», — ответила Элси с улыбкой. — Он никогда не позволяет мне упрашивать или ныть. По крайней мере, если он уже сказал мне свое решение.

— Тогда забудь о моем предложении. До свидания. Не теряй попусту времени и не провожай меня. Возвращайся к своим книгам как примерная девочка. А я, перед тем как уеду, хочу еще немного поболтать с твоей мамой.

Элси вернулась к урокам. Ей, конечно, очень хотелось узнать, что же дальше случится в увлекательной книжке про Элен Монтгомери, но она твердо сказала себе, что не коснется страниц книги, пока не будут как следует сделаны все уроки.

Занятия занимали у Элси все утро. Она прерывала их лишь для ежедневной прогулки. Один час перед обедом и один час после обеда она могла назвать своими. Зато следующие два часа были отведены на рукоделие, музыку и рисование. После этого она могла сами решить, чем заниматься до времени отхода ко сну.