Чтение онлайн

— Союз, заключенный против воли моего отца, не принесет нам благословения, — ответила Элси печально, но твердо.

— Вы очень строги в своём послушании. Неужели всегда следует придерживаться правил? — проговорил он с горечью.

— Я не решаю за других. Я знаю только то, что велит мне делать мой собственный долг. И я знаю, что, нарушив свой долг, я поступлю дурно и буду всю жизнь мучиться от мысли, что папа мной недоволен. Ах, вот и сейчас я проявляю непослушание! Я должна немедленно уйти! Отпустите мою руку, мистер Эджертон, — и она попыталась высвободиться.

— Нет, нет, останьтесь еще, — проговорил он с мольбой. — Я еще не представил вам и половины доказательств своей невиновности. Будьте милосердны ко мне. Останьтесь и выслушайте меня.

Она не ответила, но заколебалась, прекратив на минуту попытки высвободить руку. У нее не хватало сил, чтобы вырваться, но она и не могла допустить, чтобы кто-то стал свидетелем этой сцены. Дрожа от волнения, она ожидала обещанных доказательств. Но вместо них слышала лишь поток возражений, упреков и уговоров.

— Мистер Эджертон, я должна уйти, — повторила Элси. — Все это бессмысленно. Я не могу остаться и слушать вас дальше.

Послышался звук приближающихся шагов. Эджертон быстро привлек Элси к себе, еще раз коснулся губами ее щеки и отпустил. Она выскочила из комнаты через одну дверь как раз в тот момент, когда Люси входила через другую.

— Где она? Ушла? Что случилось? Она была не рада видеть вас? Она не захотела остаться?

Люси смотрела на разочарованное и рассерженное лицо Эджертона. Она была удивлена и раздосадована, задавала вопрос за вопросом, даже не давая времени ответить.

— Нет. Эта девчонка просто дура! — сердито пробормотал он и, отвернувшись от Люси, нервно прошелся взад-вперед по комнате. Затем, вдруг, словно опомнившись, он сказал:

— Прошу прощения, мисс Каррингтон. — Он подошел к софе, на которой сидела Люси. Вид у нее был очень недовольный. — Я... Я забылся. Но вы, вероятно, понимаете, что мои слова— слова безумного влюбленного?

— Неужели, сэр? — ответила Люси холодно. — То, что вы говорили, не очень-то похоже на слова любви. Напрашивается предположение, что мистер Динсмор, наверное, прав.

Он сильно покраснел.

— Что вы имеете в виду, мисс Каррингтон?

— Что вы любите не Элси, а ее деньги.

— Вы ошибаетесь во мне. Я обожаю мисс Динсмор. Я счел бы себя счастливейшим из смертных, если бы смог добиться ее руки — пусть она досталась бы мне нищей! Но ее терзают нелепые и смехотворные представления о дочернем долге. Она отказывается дать мне хоть малейшую надежду, пока я не добьюсь согласия ее отца. Но в виду его крайней антипатии ко мне, это дело совершенно безнадежное. Разве вы не понимаете, что чем больше я люблю ее, тем больше меня раздражает такое отношение ко мне?

— Возможно, и так. Мужчины сильно отличаются от женщин. Но я бы никогда не стала так говорить о человеке, которого люблю.

— Я обезумел от крушения надежды. Произнося те слова, я не отдавал себе отчета в собственных действиях, мисс Каррингтон, — сказал он самым убедительным тоном, на какой был способен.

— Надо понимать, что желанный разговор не принес желаемого результата? — спросила она.

— Да. Тем не менее, я чрезвычайно благодарен за то, что смог еще раз увидеться и поговорить с ней. Искренне признателен за вашу помощь. Но, мисс Каррингтон, если бы вы согласились помочь мне еще раз, я был бы перед вами в неоплатном долгу.

— Объяснитесь, пожалуйста, сэр, — холодно проговорила она, отдергивая руку, которую он попытался взять.

— Прошу прощения, — сказал он. — Я не отношусь к тем, кто допускает вольности с дамами. Но сегодня я сам не свой. Чувства переполняют меня, я словно обезумел... — Он внезапно замолчал и сжал руками голову. — Я сойду с ума, если вынужден буду отказаться от всякой надежды завоевать милую, нежную Элси! — воскликнул он взволнованно. — Я вижу только один способ сделать это. Если бы я смог увезти ее туда, где она будет вдалеке от отца, где никакой страх не помешает ей последовать зову сердца, то, я уверен, я сразу же убедил бы ее выйти за меня замуж. Мисс Каррингтон, вы поможете мне?

— Ни за что! Если Элси захочет убежать с вами и попросит у меня помощи, я помогу. Но я не собираюсь стать соучастницей похищения.

Он убеждал, умолял, использовал все мыслимые доводы, но вызывал только гнев и негодование Люси.

— Тайный сговор — это не в моем стиле, — сказала она Эджертону.

В ответ на это он намекнул: мол то, что она уже сделала, вполне можно расценивать как сговор. В конце концов Люси почти выставила его за дверь.

Когда он ушел, Люси поспешила в комнату своей подруги. Та в огромном волнении ходила взад-вперед и горько плакала.

— Люси, как ты могла? Как ты могла? — воскликнула она, заламывая руки и горестно рыдая. — Когда я спускалась вниз, мне и в голову не могло прийти, что это он. Я не знала, что вы знакомы, не знала, что он вообще находится в наших краях. Он застиг мня врасплох, я нарушила самые строгие папины приказания. Он никогда не простит меня, никогда! И не только это. Он будет очень, очень разгневан. Что мне делать?!

— Элси, дорогая, не надо так переживать! Я сожалею о случившемся, — сказала Люси со слезами на глазах. — Я хотела сделать тебе приятный сюрприз, думала, ты обрадуешься. Я познакомилась с ним прошлым летом в Саратоге. Он приехал туда прямо из Лэндсдэйла. Со временем выяснилось, что мы оба знаем тебя, что я — твоя ближайшая соседка и давняя подруга. Он рассказал мне историю вашей любви и заручился моей поддержкой. Он выглядел таким подавленным и печальным, так грустил, что потерял тебя, так горевал о поспешности, с которой твой отец разлучил вас, не позволив сказать ни слова на прощание! Он сказал, что по-прежнему надеется, что ты веришь ему. Но он не может встречаться, разговаривать или переписываться с тобой. Вот я и придумала этот способ свести вас.

— Твои мотивы, Люси, без сомнения, были самыми добрыми. Но ты просто не представляешь, что наделала! Я дрожу от одной мысли о том, как разгневается папа. Я допустила то, что он назвал недопустимым.

— Дорогая, я не думаю, что ничего уже нельзя исправить. Я так сожалею о своем участии в этом деле, — сказала Люси, обнимая Элси и целуя ее в мокрую щеку. — Возможно, твой отец не слишком рассердится. Кроме того, ты уже слишком взрослая, чтобы тебя выпороли, так что наихудшим наказанием будет выговор.

— Отец никогда не порол меня, ни разу в жизни не ударил! Но я предпочла бы боль от дюжины порок тому, что меня ожидает, — сказала Элси и опять разразилась рыданиями.

— Но что же будет, дорогая? — спросила Люси. — Я представить себе не могу, что может быть хуже колотушек.

— Он может отослать меня от себя на недели или на месяцы. Быть холодным, суровым и далеким. Я больше не получу от него ни ласки, ни доброго слова, ни взгляда. Ох, если он так поступит, как я перенесу это?!

— Тогда не говори ему о случившемся. Я бы не рассказала. Не вижу причины, почему бы так не поступить.