Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Юность Есенина
Шрифт:

Наделенная от природы недюжинным умом, редкой красотой, чудесным песенным даром, Татьяна Федоровна обладала редким мастерством исполнения русских народных песен. Далеко за околицей родного села шла молва о ней, как о замечательной песеннице. Каких только песен она не знала: и шуточных, и величальных, и игровых, и обрядовых, и полюбовных! „Мне кажется, - говорит Александра Александровна, - что нет такой русской народной песни, которую бы не знала наша мать. …Топила ли она печку, шила, пряла ли, за любой работой можно было услышать ее пение“ [67] . Даже рассказывая детям сказки, Татьяна Федоровна, как вспоминает Е. А. Есенина, обязательно пела. „Например, сказка об Аленушке. Аленушка так жалобно звала своего братца, что мне становилось не в мочь, и я со слезами просила мать не петь этого места, а просто рассказывать. Мать много рассказывала о святых, и святые тоже у нее пели“ [68] .

Задушевно пела Татьяна Федоровна о тяжелой, беспросветной женской доле. Щемящей болью отзывались в песнях грустные думы „терпеливой матери“, которой судьба послала не одно суровое испытание в ее нелегкой жизни.

Сергей Есенин и его сестры, постоянным спутником которых с колыбели была материнская песня, незаметно сами приобщались к „песенному слову“. „И каждый из нас, ее детей, - замечает А. А. Есенина, - с пеленок слушал ее напевы, подрастая, невольно запоминал их и подпевал ей“ [69] .

Ты запой мне ту песню, что прежде Напевала нам старая мать. Ты мне пой, ну, а я с такою, Вот с такою же песней, как ты, Лишь немного глаза прикрою - Вижу вновь дорогие черты. Ты мне пой, ну, а я припомню И не буду забывчиво хмур: Так приятно и так легко мне Видеть мать и тоскующих кур (3, 96,97), -

взволнованно писал поэт позднее, обращаясь к сестре Шуре. Александра Александровна рассказывает, что, „приезжая в деревню, Сергей очень любил слушать, как пела мать, а мы с сестрой ей подпевали. А то и он запоет с нами. Голос у него был небольшой, но пел он с каким-то своим, особенным чувством. Песни, которые ему нравились, мы с сестрой часто напевали и в Москве. Отсюда и возникло название стихотворения „Ты запой мне ту песню, что прежде…“ [70] .

Ласковые материнские песни детства особенно дороги и памятны. Воспоминания о них сохраняются на всю жизнь.

„Когда я был трех лет, - писал рано потерявший мать Лермонтов, - то была песня, от которой я плакал: ее не могу теперь вспомнить, но уверен, что, если б услыхал ее, она бы произвела прежнее действие. Ее певала мне покойная мать“.

А „Зимний вечер“ Пушкина! Едва ли не самыми светлыми и дорогими были для него в детстве вечера, когда он слушал, „не дыша“, песни и сказки Арины Родионовны.

Любовь к матери, ее проникновенным песням Есенин сохранил и пронес через всю жизнь. В трудные минуты он обращался к матери, как к самому верному другу:

Ты одна мне помощь и отрада, Ты одна мне несказанный свет. (2,156)

Строки эти невольно заставляют вспомнить известные стихи Некрасова:

И если я наполнил жизнь борьбою За идеал добра и красоты И носит песнь, слагаемая мною, Живой любви глубокие черты, - О, мать моя, подвигнут я тобою!
Сергей Есенин с сестрами Катей (слева) и Шурой (справа). 1912 г.

Так же подвигнут матерью был и Есенин. От нее унаследовал поэт живой, самобытный, впечатлительный ум, афористичность речи, песенный склад души.

* * *

Первые стихи были написаны Есениным в 8-9-летнем возрасте. В черновом наброске к автобиографии 1915-1916 годов он помечает: „Стихи начал писать с 8 лет“ [71] . В краткой автобиографической заметке 1916 года читаем: „Пробуждение творческих дум началось по сознательной памяти до 8 лет“ [72] . В стихотворении „Мой путь“ поэт говорит, что когда „империя вела войну с японцем“,

Тогда впервые С рифмой я схлестнулся. От сонма чувств Вскружилась голова. И я сказал: Коль этот зуд проснулся, Всю душу выплещу в слова. (3, 43, 44)

«О том, что Есенин сочиняет стихи, - вспоминает один из его школьных товарищей, - мы впервые узнали в третьем или четвертом классе. Как-то раз зимой он пришел в класс и, подав учителю клочок бумаги, на котором что-то было написано, сказал:

„Посмотрите, я вот что сам сочинил“» [73] .

Эти первые стихи, «сложенные» Есениным в школьные годы в Константинове, до нас не дошли. Н. Сардановский, К. Воронцов утверждают, что к 1909-1910 годам у Есенина было довольно много стихотворений. «Развитие его литературного таланта я имел возможность наблюдать еще с 1910 года, - замечает Н. Сардановский, - когда он впервые показал мне свои стихи, остановив меня тайком на улице… Стихи были, главным образом, описательного и частью лирического содержания. Описание природы составляло главную тему его стихотворений. Совершенно неожиданно для меня, стихов у него оказалось довольно много. Собирался он посылать их чуть ли не в „Сельскохозяйственный вестник“» [74] . «Стихов и в то время у него было много, которые до настоящего времени не печатались» [75] , - пишет и К. Воронцов.

Некоторые из юношеских стихов Есенина были напечатаны в первом издании «Радуницы» (конец 1915 года) в разделе «Маковые побаски». «Эти „Маковые побаски“, - говорил Есенин в 1921 году в беседе с литератором И. Н. Розановым, - написаны были мною, когда мне было около четырнадцати лет». И тут же добавлял, что он «выкинул большинство из них во втором издании „Радуницы“» [76] . Позднее, в 1924-1925 годах, готовя к изданию свое собрание стихотворений, Есенин по настоянию близких включил в первый том несколько ранних стихотворений, датировав их 1910 годом. Первое из них - «Вот уж вечер. Роса», за ним шло «Там, где капустные грядки…»

Жена поэта С. А. Толстая-Есенина, принимавшая участие в подготовке этого собрания сочинений, вспоминает: «По словам Есенина, это его первые стихи. Считая их слабыми, он не хотел включать их в „Собрание“. Согласился напечатать стихи только благодаря просьбе своих близких. Текст был продиктован им. Дата поставлена по его указанию» [77] .

Старица (старое русло Оки в окрестностях Константинова).

По выразительности поэтических образов как-то трудно представить, что эти стихи принадлежат 15-летнему деревенскому пареньку. Вспомним четырехстрочное стихотворение:

Там, где капустные грядки Красной водой поливает восход, Клененочек маленький матке Зеленое вымя сосет. (I, 56)

Или «самое первое»:

Вот уж вечер. Роса Блестит на крапиве. Я стою у дороги, Прислонившись к иве. От луны свет большой Прямо на нашу крышу. Где-то песнь соловья Вдалеке я слышу. Хорошо и тепло, Как зимой у печки. И березы стоят, Как большие свечки. И вдали за рекой, Видно, за опушкой, Сонный сторож стучит Мертвой колотушкой. (1,55)
Поделиться с друзьями: