Чтение онлайн

– Нет! Полеты в полку только в будние дни.

– А чего тебе надо от них? – в свою очередь спрашивает оперативный Чемоданов.

– Да, представляешь, мне тут Танька с АТС сказала, что цветы клюквы очень полезны при ревматизме.

– А что, у тебя ревматизм? – смеется Чемоданов.

– Между прочим, ничего смешного! Я с тех пор, как дежурил оперативным никак не могу вылечить спину. То ли продуло, то натягался тяжестей, не знаю, но нет-нет, а, как встрянет что-то в спину, ни согнуться, ни выгнуться!

– И что, цветы клюквы, думаешь помогут?

– Бабы все говорят, что помогут.

– А зачем тебе ребята?

– Так и для подстраховки, и для помощи в сборе клюквы. Петрович с ЦБУ на прошлой неделе ходил. Говорит полно прошлогодней и хорошо сохранившейся. Может и сушеную соберем.

– То есть хочешь использовать ребят в личных целях!

– Да я не настаиваю! Хотят пойдут, не хотят не пойдут!

– Нет! Мы пойдем! По крайней мере я хочу, - восклицает Строгин.

– Мы тоже пойдем, - соглашаемся и мы, его подчиненные.

Мы с аппетитом уминаем свою порции и запиваем эскалопы домашним квасом, привезенным из столовой в большом бидоне и поставленном на табуретку в углу столовой, чтоб каждый желающий мог утолить жажду в любое время.

– Через неделю корпус будут проверять. Назначены учения с использованием дальней авиации, слышал? – говорит начальник КП Чемоданову.

– Слышал, но мне по барабану! Я со следующей пятницы в отпуске буду!

– Повезло! – начальник КП немного с завистью смотрит на оперативного. – Я и забыл...

* * *

Начальник КП капитан Атрепов Алексей Анатольевич, - невысокий, худенький человек. На вид ему можно дать с трудом двадцать пять лет, хотя ему все тридцать. Причем причина не только в том, что он молодо выглядит внешне, а причина в его поведении. Он суетится, быстро говорит, на лице живейшая мимика в купе с его юношеской внешностью, манерой держать себя со всеми по-дружески, на равных, создается впечатление, что он только недавно выпустился из училища, а китель с капитанскими пагонами одел по ошибке.

Мы встретились с ним, как и договаривались в субботу сразу после завтрака. В пятницу мы успешно сдали зачеты на допуск к наведению с инструктором, правда начальник штаба появился на КП только после трех часов и час ушел на беседу с ним, поэтому в тот же день нам не пришлось наводить, впрочем, мы не очень расстроились от этого.

Днем раньше Строгин сводил нас в клуб офицеров, как я и говорил, делать там было нечего, дискотеки устраивались только по выходным, и мы просто побродили по пустующему вестибюлю. Правда, я подозреваю, что цель посещения культурного места была не совсем в том, о чем говорил наш старший группы. На самом деле он высматривал работников клуба женского пола. И вправду, оказалось, что молодые девчонки сновали по коридорам. Так оказалось, что библиотекарша – это молодая восемнадцатилетняя девушка, недавно закончившая школу и не поступившая в прошлом году в институт, а в этом решившая совсем не поступать. У нее в библиотеке сидели две подружки приблизительно такого же возраста. Они с огромным интересом посмотрели на Строгина и на нас.

– Приходите в субботу! У нас танцы по субботам и воскресеньям!

– А много народу?

– Да если честно, то не очень…

– Ну а вы девушки будете? – спросил Бобер.

– Мы обязательно придем! И вы тогда приходите! – попросили девчонки.

– Придем! Все равно делать нечего! – пообещали мы.

Потом, гуляя по городу, мы зашли к тете Лене в ее заготпункт. Она встретила нас с радостью, засуетилась, стала предлагать попить чайку, несмотря на то, что у нее присутствовали люди. Мы отказались, тогда она взяла с нас обещание, что мы зайдем к ней домой в субботу. Мы пообещали.

И вот сегодня на проходной нас встретил Атрепов. Он критически осмотрел каждого и присвистнул, потом с сожалением покачал головой.

– Вы что в таком виде собрались идти на болота?! Вы когда-нибудь ходили в настоящий лес?

– Но не в форме же идти! – сказал в нашу защиту Женька.

– Да, но и не в джинсах и кроссовках! Там настоящие болота!
– Сам он был тоже в джинсах, но на плече у него висела сумка с противохимическим костюмом. – Ладно! Пойдемте!

Он решительно зашагал в направлении, противоположном от проходной, а мы поспешили за ним. Возле казармы ОБАТО Атрепов остановился.

– Подождите меня здесь в курилке. Я скоро, - сказал он и исчез в казарме.

Мы прошли по навес курилки и закурили. Погода была теплая, солнце, правда, изредка скрывалось за облаками, но от этого холоднее не становилось. Через десять минут на пороге казармы появился начальник КП и махнул нам свободной рукой. В другой он держал четыре точно таких же сумок, что и сумка на его плече.

– Вот, оденем в лесу, - сказал он и раздал нам по одной.

Из казармы вышел прапорщик и протянул каждому из нас руку для пожатия. Мы с трудом привыкали к тому, что нас здесь принимают за равных и наравне с офицерами. Хотя я догадываюсь отчего так происходило. Как я уже говорил кругом на руководящих должностях были сплошь наши выпускники и неравен час, через год-два и кто-нибудь из нас придет в этот полк, а тогда держись те, кто обидел курсанта!

– Алексей! Только, пожалуйста, не порвите комплекты! Мне же потом по ним отчитываться! – попросил прапорщик.

– Не ссы! Все будет нормально! Не порвем! – Атрепов пожал руку прапорщику и скомандовал. – Форвардс!

Мы вернулись на проходную. Выйдя за пределы городка, возле ворот он остановился и посмотрел на часы.

– А чего мы ждем? – спросил его Строгин.

– Машину… - уклончиво ответил живчик и закурил. – Можете пока минут пять покурить…

Мы встали рядом с ним и тоже закурили. Вскоре вдали показалась «оперативная» машина, возвращающаяся с КП. Алексей вышел на дорогу и перегородил ей путь. Из кабины выпрыгнули оперативный дежурный и дежурный штурман.

– Леха чего ты? – спросил Атрепова оперативный пожимая ему руку.

– Хочу реквизировать «оперативную»…

– Зачем? – удивился человек в синем комбинезоне.

– Да что подбросил меня в лес.

– Ты куда собрался? И их берешь? – кивнул оперативный в нашу сторону.

– Да. Ладно! Идите отдыхайте, - он еще раз пожал руки сменившимся офицерам и, обойдя кабину, подошел к водителю. – Так, Серега! Разворачивайся! Отвезешь нас на тринадцатый километр.

– Товарищ капитан, мне сдаваться на кухне, - попытался возразить водитель, явно не хотевший больше никуда ехать.

– Не понял?! Это ты мне?! Потом сдашься! – отрезал начальник КП. – Да! И в три часа, после того, как привезешь обед на КП, заберешь нас оттуда же! Понял?! Если надоело служить на «оперативной» можем сменить!

– Никак нет! Так точно…

– То-то! Перечишь командиру! Мужики в кузов! – крикнул он нам, а сам сел в кабину, на освободившееся от дежурной смены место.

Через двадцать минут, Газ-66 остановился у лесной обочины. Мы спрыгнули на землю, Атрепов вышел и захлопнул дверцу, «оперативная» развернулась и скрылась за поворотом.