Чтение онлайн

В августе – сентябре 1941 года оказывает артиллерийскую поддержку Красной Армии. За месяц боёв крейсер израсходовал около 2000 снарядов главного калибра и выставил около 5000 мин. 18 августа корабль получил многочисленные повреждения от авиабомбы. Произошёл пожар, погибло 6 человек, 46 получили ранения. О напряжённости боевых действий экипажа говорит то, что к концу августа орудия главного калибра пришли в полный износ. 7 сентября 1941 года крейсер уходит в Севастополь, забрав с собой 544 раненных бойца. После замены стволов в сентябре 1941 года он вновь в осаждённой Одессе, 7 октября эвакуирует в Севастополь ещё 1500 человек.

7 ноября 1941 года, окончив очередной ремонт, доставляет в Севастополь военные грузы, эвакуировав около 3000 гражданских лиц, до конца года совершает ещё четыре подобные операции.

С 29 декабря участвует в Керченско-Феодосийской десантной операции: совершает 3 рейса из кавказских портов в Феодосию, доставляя пополнение и припасы войскам Крымского фронта. После потери Феодосии, в феврале – марте 1942 года выполняет ещё четыре рейса в осаждённый Севастополь. В свой 4-й рейс из Новороссийска в Севастополь крейсер вышел 9 марта, в течение дня 10 марта экипаж отразил десять атак немецких торпедоносцев, прибыв в Севастополь 11 марта. В тот же день повреждён авиабомбой (пробита палуба юта, разрушена часть правого борта и кормовых надстроек, потери в составе экипажа), при этом сбито два немецких самолёта, один из них лично сбил Ю. И. Максюта. Корабль утратил некоторую маневренность, однако хода не потерял и продолжил нести службу по обеспечение воинских перевозок между Батуми и Новороссийском.

19 апреля 1942 года в результате налёта немецкой авиации на Новороссийский порт, «Коминтерн» получил ещё ряд бомбовых повреждений, отказала левая паровая машина. Несмотря на это, с мая 1942 года после ремонта в Батуми корабль возобновил воинские перевозки между портами Кавказа. 19 июня была последняя попытка прорыва крейсера в Севастополь, но к этому моменту немецкие войска вышли к Северной бухте и «Коминтерн» получил приказ возвращаться в Новороссийск.

2 июля 1942 года в ходе очередного налёта немецкой авиации на Новороссийск, «Коминтерн» получил ещё одно прямое попадание авиабомбы, которое привело к тяжёлым повреждениям и вызвало пожар. Потери убитыми и ранеными составили 69 человек. Повреждённый корабль своим ходом ушел в Поти.

16 июля 1942 года при стоянке в Потийском порту крейсер снова получил два прямых бомбовых попадания: одна бомба повредила среднюю дымовую трубу, вторая пробила трюм, но не взорвалась – прошла через котельное отделение и, пробив обшивку, ушла на дно. Вода через пробоину начала заполнять отсек и чтобы избежать взрыва котлов, пришлось стравить пар и остановить машины. Под пробоину подвели пластырь, отсек осушили. Однако дальнейший ремонт в военной обстановке стал невозможен и командованием принято решение о разоружении и затоплении корабля. Можно только восхищаться стойкостью экипажа этого крейсера.

17 августа 1942 года вышел в свой последний поход в Туапсе, приняв на борт пополнение для Закавказского фронта, ходом не более 8 узлов, с трудом управляясь, в сопровождении буксира и 2-х сторожевых катеров. Разоружённый корабль, приняв на борт около 500 эвакуируемых жителей Туапсе, вернулся в Поти.

10 октября 1942 года «Коминтерн» затоплен в устье реки Хоби, севернее города Поти. Его останки до сих пор находятся там.

Юрий Иванович получил колоссальный боевой опыт. Чуть ранее, в начале войны он подал заявление о вступление в ВКП (б). Для молодых читателей нужно сообщить, что в те времена членство в партии большевиков (других-то и не было) являлось признанием авторитета офицера, его преданности Родине и своему народу. И в условиях войны, в начальный тяжелейший период, это не просто высокие слова, а отражение сути человека.

Экипаж в основном ушёл воевать в морскую пехоту, а Юрий Иванович с октября 1942 года был прикомандирован в распоряжение старшего морского начальника г. Сухуми. Его боевой опыт был востребован – он вошёл в состав Военного совета флота в качестве помощника флагманского штурмана флота, а в марте 1943 года был направлен на Высшие ордена Ленина специальные офицерские курсы ВОЛСОК в Самарканде, где учился до августа. Уже значительно позже, в 1959 году, Юрий Иванович закончил Академические курсы командиров при Военно-морской академии.

Завершить эту часть описания боевого пути Ю. И. Максюты хотелось бы отрывком из воспоминаний В. Ю. Максюты о рассказах своего отца. Этот отрывок очень ярко показывает отношение моряков и лично Юрия Ивановича к войне, к кораблям – это и дерзость, и отвага, и лихость, полное презрение к смерти.

«В восточный конец Большой Севастопольской бухты впадает живописная Чёрная речка, прорезавшая там глубокий каньон. Северный борт каньона образует Монастырская скала, вся изрытая ходами и кельями древнего пещерного монастыря. Там закрепились немцы. А в скалах южного борта каньона находился Севастопольский завод шампанских вин. В его штольнях закрепилась наша артиллерия. Расстояние между этими двумя скалами – метров двести, а внизу протекает спокойная и довольно глубокая в этом месте Чёрная речка.

Наши моряки снаряжали большой катер с боеприпасами, гостинцами для солдат и раненых, которые лечились в штольнях завода, и по рации просили обеспечить им подход. Как только катер входил в устье, наши открывали шквальный огонь по позициям немцев на Монастырской скале, не давая им возможности носа высунуть, и катер шёл под этой огненной крышей. Для полного удовольствия моряки на катере включали на полную мощность громкоговоритель и крутили пластинки – особенно залихватские песенки Утёсова – «Гоп-со-смыком», «С одесского кичмана…» и т. п. Разгрузившись и хорошо надегустировавшись шампанского, они грузили на катер ящики с шампанским для своих отважных экипажей и снова под огненной крышей в сопровождении Утёсова возвращались назад».

По воспоминаниям сослуживцев Юрия Ивановича в нём всегда поражало невозможное сочетание таких качеств, как строгость и «учёная демократичность», высочайший профессионализм штурмана и мальчишеская лихость, беззаботность в компании и педантичность военного моряка. Сергей Фёдорович Гамулин, офицер, сослуживец с «Сахалина» выразил командирскую суть Максюты одной фразой: «Ругать он умел!». Значит, был строг, был неумолим в достижении своей цели, но не обижал, не унижал – умел. Как его тёзка Ю. А. Гагарин для всех поколений космонавтов передал свои личные замечательные качества, так и Ю. И. Максюта получил закалку и ковку на крейсере «Коминтерн» для того, чтобы передать свои морские традиции дальше.

Нельзя не отметить и такой удивительный круговорот людей. Начальником штаба Приморской армии был будущий маршал Н. И. Крылов. В этой должности прошёл от начала до конца оборону Одессы и Севастополя. В декабре 1941 года был тяжело ранен под Севастополем, но отказался от эвакуации из города. Последний корабль, на который вступила нога контр-адмирала Ю. И. Максюты – «Маршал Крылов».

В ноябре 1943 года Ю. И. Максюта назначен командиром штурманской боевой части линкора «Севастополь» Черноморской эскадры – героический Краснознамённый корабль водоизмещением более 23 тысяч тонн, флагман соединения. С 1921 по 1943 год носил имя «Парижская Коммуна». Заложен на Балтийском заводе 3 июня 1909 года одновременно с однотипным линкором «Петропавловск», вступил в строй в конце декабря 1914 года. Провёл большое число боевых операций и даже участвовал на стороне восставших моряков Кронштадта. В 1929 году передан с Балтийского на Черноморский флот и стал единственным и крупнейшим линкором на Чёрном море. В 1943 году линкором командовал Ю. К. Зиновьев – когда-то он был командиром «Коминтерна», затем «Молотова». С 1944 года командиром «Севастополя» стал капитан 1-го ранга М. Ф. Романов.

Линейный корабль «Севастополь».

Назначение на такой корабль было большим доверием и даже честью. Корабль любили и моряки, и жители Севастополя. С первых дней Юрий Иванович вступает в боевую жизнь – началась Керченско-Эльтигенская десантная операция, одна из крупнейших десантных операций войны. Её задача – освобождение Керченского полуострова. Кстати, командовал Азовской флотилией Черноморского флота в этой операции будущий Главком ВМФ контр-адмирал С. Г. Горшков. Часть наград Ю. И. Максюты вручена приказами С. Г. Горшкова, который с 1944 года стал командующим Черноморской эскадрой.