Чтение онлайн

Наконец, в 1828 году после шумного успеха комедии "Благородный театр" он решается приняться за роман.

Еще в детстве и отрочестве любимое чтение Загоскина составляли книги-на исторические темы. История продолжала его интересовать и позже. Поэтому он решил писать исторический роман из эпохи борьбы русского народа против польской и шведской интервенции начала XVII века.

Выбор темы для романа был не случаен.

Отечественная война 1812 года, которая завершилась изгнанием французских интервентов, лишь благодаря тому, что стала войной народной, выдвинула на первый план проблемы национального и народного. Эти проблемы вторглись во все сферы общественной жизни и прежде всего в социальные отношения, в область культуры.

Логическим развитием возникшего в период Отечественной войны 1812 года общественно-политического движения был декабризм.

Декабрист М. И. Муравьев-Апостол сказал о себе и своих товарищах по тайному обществу: "Мы были дети 12-го года". С таким же правом то же самое могло сказать о себе все передовое русское общество 1820 - 1830-х годов. Поэтому интерес к проблемам и темам, возникшим в связи с Отечественной войной 1812 года, прочно держался в обществе.

В 1812 году эпоха польско-шведской интервенции начала XVII века представлялась как бы исторической параллелью к современным событиям. "Да найдет он (неприятель, вторгшийся в пределы России.
– Вл. М.) на каждом шаге верных сынов России, - говорилось в первом официальном манифесте народу, в котором сообщалось о начале войны.
– Да встретит он в каждом дворянине Пожарского, в каждом духовном Палицына, в каждом гражданине Минина!" Эта историческая параллель получила всенародное признание, вызвала всеобщий интерес к времени, жизни и деятельности Минина и Пожарского и стала вообще символом борьбы русского народа против иноземных захватчиков. В ознаменование победы над Наполеоном в Москве на Красной площади был воздвигнут памятник "гражданину Минину и князю Пожарскому".

Загоскин был в полной мере сыном своего времени: в ранней юности стал свидетелем либеральных надежд начала века - "дней Александровых прекрасного начала", говоря словами Пушкина, испытал в полной мере силу и радость действенного патриотизма Отечественной войны 1812 года, не будучи членом тайного общества, знал некоторых его деятелей и испытывал влияние декабристских идей - все это нашло отражение в его произведениях, в выборе темы дли исторического романа и в самом романе, к работе над которым он приступил.

Событиям русской истории конца XVI - начала XVII века было посвящено немало произведений русской литературы первой четверти XIX века разных жанров, но большинство из них не отличались ни глубиной содержания, ни исторической достоверностью, ни художественными достоинствами. Исключение составляли лишь думы К. Ф. Рылеева "Димитрий Самозванец" и "Иван Сусанин" и трагедия А. С. Пушкина "Борис Годунов", в то время, когда Загоскин писал "Юрия Милославского", еще не опубликованная. Поэтому, несмотря на столь широкое обращение русских поэтов и прозаиков к Смутному времени (такое название получил в истории этот период), оно не получило в тогдашней русской художественной литературе настоящего воплощения, и перед Загоскиным в первую очередь вставала задача художественного освоения темы.

В то же время перед Загоскиным стояла необычайно сложная и принципиально важная для русской литературы проблема создания русского исторического романа как жанра, которого она еще не имела.

В 1800 - 1820-е годы в русской литературе главенствовала поэзия. Развивался поэтический язык, поэтические жанры и стили, и за четверть века русская поэзия, пройдя в своем развитии сентиментализм, все стили романтизма, решительно и успешно освоив основы реализма, достигла блистательного совершенства. В эти десятилетия развернулись таланты В. А. Жуковского, К. Н. Батюшкова, Д. В. Давыдова, поэтов-декабристов, А. С. Пушкина и группы первоклассных поэтов, называемых "поэтами пушкинской поры":

А. А. Дельвига, Е. А. Баратынского, П. А. Вяземского и других.

Проза же все это время оставалась как бы на втором плане, остановившись в своем развитии на уровне последнего десятилетия XVIII века. Знаменательны в этом отношении слова Пушкина (1822 г.): "Вопрос, чья проза лучшая в нашей литературе?
– Ответ:

Карамзина".

Конечно, в русской прозе шел подспудный процесс, направленный, как и в поэзии, к развитию в ней элементов реализма и национальных черт, однако все эти черты и элеуюлты существовали в пределах и границах уже пройденного поэзией литературного направления - сентиментализма или в лучшем случае - раннего романтизма. "Юрий Милославский" оказался первым после исторических повестей Карамзина произведением русской художественной прозы, принципиально отличным от них и обладающим теми качествами, которые отвечали и внутренней логике развития литературы, и требованиям самых широких слоев русских читателей.

В практике русской художественной литературы первой четверти XIX века на исторические темы, даже в лучших произведениях, например, в думах К. Ф. Рылеева, герои носили имена исторических лиц, но их характеры, мысли и по большей части поступки были авторским вымыслом. Загоскин поставил перед собой задачу изобразить эпоху и своих героев исторически достоверно, в этом заключался совершенно новый подход к созданию художественного произведения на историческом материале. Но одновременно Загоскин четко сформулировал различие между историческим исследованием и историческим романом: "Исторический роман - не история, а выдумка, основанная на истинном происшествии". Поэтому главным героем романа он сделал персонаж, созданный авторским воображением, - молодого боярина Юрия Милославского. Писатель рассказывает о его участии в подлинных исторических событиях, о его приключениях, драматической любви, о его друзьях и врагах, среди которых есть персонажи, как и он, вымышленные автором, а также и исторические лица - Минин, Пожарский и другие.

Критикуя исторические романы, авторы которых не особенно утруждали себя изучением описываемого ими времени, Пушкин пишет: "В наше время под словом роман разумеем историческую эпоху, развитую в вымышленном повествовании. Вальтер Скотт увлек за собою целую толпу подражателей. Но как они все далеки от шотландского чародея! подобно ученику Агриппы, они, вызвав демона старины, не умели им управлять и сделались жертвами своей дерзости. В век, в который хотят они перенести читателя, перебираются они сами с тяжелым запасом домашних привычек, предрассудков и дневных впечатлений. Под беретом, осененным перьями, узнаете вы голову, причесанную вашим парикмахером; сквозь кружевную фрезу a la Henri IV проглядывает накрахмаленный галстух нынешнего dandy. Готические героини воспитаны у Madam Compan, а государственные люди XVI-ro столетия читают "Times" и "Journal dBS debats". Сколько несообразностей, ненужных мелочей, важных упущений! сколько изысканности! а сверх всего, как мало жизни! Однако ж сии бледные произведения читаются в Европе".

Загоскин же поставил своей задачей изобразить историческую эпоху, а не представить в своем романе современников, переодетых в очень приблизительные исторические костюмы.

Его работа над романом началась с основательного изучения исторических материалов. Загоскиным были изучены "История государства Российского" Н. М. Карамзина, уже послужившая источником Пушкину для "Бориса Годунова" и Рылееву для многих его дум, летописи, сочинения русских авторов XVII века, и среди них знаменитое "Сказание" келаря Троице-Сергиевой лавры Авраамия Палицына об обороне лавры во время осады ее поляками, а также описания России и русского быта, сделанные иностранцами.

С. Т. Аксаков вспоминает, что Загоскин был совершенно захвачен своим романом, "его всегдашняя рассеянность, к которой давно привыкли и которую уже не замечали, до того усилилась, что все ее заметили, и все спрашивали друг друга, что сделалось с Загоскиным? Он не видит, с кем говорит, и не знает, что говорит. Встречаясь на улицах с короткими приятелями, он не узнавал никого, не отвечал на поклоны и не слыхал приветствий: он читал в это время исторические документы и жил в 1612 году".

Хорошее знание исторических фактов и быта эпохи позволило Загоскину как бы переселиться в описываемое время и свободно в нем ориентироваться.

Для изображения в романе он взял не весь период Смутного времени, а только заключительный его этап с конца 1611 по конец 1612 года, когда было собрано народное ополчение под руководством Минина и Пожарского и польские интервенты были изгнаны из Москвы.

Но при этом события одного года не вырваны механически из того исторического периода, часть которого они составляют: Загоскин дает почувствовать всю панораму времени. Он ссылается на предшествующие факты, называет имена исторических деятелей, не участвующих в развитии романной интриги, его рассказ рассчитан на то, что читатель уже знаком с эпохой Смутного времени в фактическом и собственно историческом плане из исторических трудов.