Чтение онлайн

– Люди гибнут за металл, – философски заметил Крутов, при этом совершенно не понимая, к чему клонит генерал.

– Вот и я о том же, – кивнул Каманин, выпуская струю дыма. – Одна паршивая овца все стадо портит, так, по крайней мере, считают высокие начальники. Вот когда мы возьмем Бастагина в железо, ты можешь себе только представить, какие репрессии последуют. И гнать кого будут? Да как всегда, настоящих профессионалов, а штабные крысы по обыкновению по норам отсидятся. Мало того что мы своими собственными руками ослабим Военно-морскую разведку, так еще ведь начнем гражданскую войну внутри службы. Ведь рано или поздно нам придется когда-то сотрудничать. И, сам понимаешь, что это будет за сотрудничество.

– Так точно, – почему-то по-уставному ответил Крутов.

Генерал сбил щелчком пепел с сигареты, внимательно посмотрел прямо в глаза полковника и вздохнул.

– Так что, Родион Андреевич, думай, как сделать так, чтобы и овцы остались целы, и волков отправить на мыловарню. Вот такая непосильная задача, разведчик, а выполнить ты ее должен на «пять».

– Понятно, – задумчиво ответил Родион, вспомнив, как совсем недавно генерал предлагал ему особо не мудрствовать, а сдать контрадмирала внутренней контрразведке ГРУ. Все, что мог себе позволить в данный момент разведчик, так это лишь умную мысль – «Армейская мудрость как всегда права: инициатива наказуема».

Два больших рыбачьих баркаса, заглушив двигатели, темными мутными силуэтами медленно приближались к косе.

– Твою мать, – одними губами выругался сидящий в «секрете» Боб и надавил на кнопку тревоги, затем подтянул к себе «Вал», бесшумно снял оружие с предохранителя и дослал патрон в патронник, мысленно прикидывая свой маневр на случай активных действий.

Разведчики появились через сорок секунд, первым возле «секрета» оказался Фома Неверующий:

– Ну, что там еще такого?

– Смотри, – Боб указал на море, баркасы приближались к косе.

– Твою мать, – также выругался прапорщик. – Только браконьеров нам не хватало. – Включив рацию, отдал команду бойцам группы: – Всем рассеяться, Болгарин с «мортирой» прикрывает.

Молодой камыш вяло шуршал под ночным бризом. Разведчики, держа автоматы наизготовку, выдвигались на огневые позиции. Облаченный в «шуршанчик» – мохнатый маскировочный комбинезон, – Николай Стоянов, сжимая крупнокалиберную снайперскую винтовку, ящерицей взобрался на холм. Выставив сошки, стал расчехлять оптический прицел.

Тем временем баркасы остановились, кто-то из команды сбросил за борт якоря. Потянулись долгие минуты ожидания.

Наконец из темноты острым лезвием сверкнул луч небольшого, но мощного прожектора. Сначала узкая полоса света осветила кусок косы, заставив разведчиков вжаться в холодный, сырой песок. Потом резанула по черной кромке воды и наконец уперлась в один из баркасов. Затем из темноты вынырнул остроносый катер с большой надписью на белом борту «Рыбнадзор».

– Вдруг откуда ни возьмись… – дурашливо хохотнул Федька Бешеный, наблюдая за приближающимся катером.

– И такая хренотень каждый день, – донесся из наушника портативной рации голос Шляхтича.

– А ну заткнулись, поэты-песенники, – тут же прекратил разговоры в эфире командующий группой Фома. – Будьте наготове.

Тем временем на нос катера выбрался мужчина в камуфляжной форме и морской фуражке с высокой тульей. Катер причалил к ближнему баркасу.

Навстречу инспектору рыбнадзора вышел крупный мужчина в прорезиненной форме и высоких сапогах, похожих на пиратские ботфорты. Разговор состоялся на повышенных тонах, слов не было слышно, но красноречивая жестикуляция обоих говорила лучше любых слов. Неожиданно борец с браконьерством отпрянул назад, взмахнув правой рукой, и тут же за его спиной возникли две тени в камуфляже с автоматами в руках и вязаных шапках-масках на лицах. Через мгновение и браконьеры обнажили свое оружие. Кроме нескольких двустволок у них была пара помповых ружей и даже автомат Калашникова.

– Ну, пошла плясать губерния, – пробурчал Укат, поплотнее прижимая приклад «Вала» к плечу.

– Разговорчики, – прорычал прапорщик. – Распределили цели с левого фланга. Действовать по команде «Огонь».

Конфликт быстро переходил в наиболее агрессивную форму. Когда казалось, что без стрельбы уже не обойтись, предводитель браконьеров что-то произнес и, широко расставив ноги, упер руки в бока. Двое милиционеров, по-прежнему стоящие за спиной инспектора, повесили автоматы на плечо, набросившись на борца с браконьерами заломили ему руки и, поставив на колени, наклонили голову к палубе.

Ситуация кардинально изменилась: милиционеров, которых придали в усиление рыбнадзору, перекупила осетровая мафия. Потому что инспектор, получавший от браконьеров взятки, отстегивал своим ангелам-хранителям сущие крохи. За то и поплатился.

С браконьерского баркаса на катер перескочил один из рыбной мафии, сжимая в правой руке длинный нож. Остановившись возле инспектора, браконьер двумя руками крепко сжал рукоятку ножа и занес его над головой, метя в шею инспектора.

– Залп, – скомандовал прапорщик в микрофон. Выстрелы бесшумных автоматов заглушил шелест камыша. Картина напоминала сцену из немого кино. Первым за борт полетел браконьер с занесенным над головой тесаком, девятимиллиметровая бронебойная пуля угодила ему в грудь, отбросив на несколько метров. Следом повалились менты, по-прежнему удерживающие инспектора. Браконьеры так и не поняли, что произошло, разлетаясь в разные стороны… Секунда, и все было кончено.

Фомин снова включил радиостанцию:

– Бешеный, Боб, Укат, Беляш, проверить объект. Если кто живой – «в ножи». Бешеный за старшего. Действуйте.

Четверо морских пехотинцев, сняв гарнитуру радиостанций, сапоги, оставив автоматы и зажав в руках ножи, без единого всплеска вошли в воду.

В этот момент рыбнадзоровский катер, взревев двумя двигателями, сорвался с места и, оставляя за собой белый шлейф буруна, стремительно уносился от косы.

Стрелять морпехи не могли из-за опасности зацепить товарищей в воде.

– Болгарин, он твой, – скомандовал Фомин.

– Понял, работаю, – ответил Стоянов, зажмурив левый глаз, правым приложился к резиновому наглазнику оптического прицела, ловя в перекрестие уносящийся глиссер. В правом углу прицела мелькали цифры квантового дальномера – 277-292-303.

– «Триста метров – не расстояние для такого скотобоя» – подумал Николай, плавно нажимая спусковой крючок. АКСВ громко ухнула, выплюнув сноп огня. Тяжелая крупнокалиберная пуля ударила сбежавшего инспектора между лопаток. Удар был такой силы, что разорвал «борца с браконьерами», разбросав руки и голову в разные стороны.

Потерявший управление катер стал рыскать, потом завалился на борт.

«Так, первый пошел, второму приготовиться», – подумал морской пехотинец, передергивая затвор винтовки и снова припадая к наглазнику.

Вторая бронебойно-зажигательная пуля попала в правый двигатель катера. Огненный шар, с грохотом вырвавшийся в черное небо, мгновенно поглотил корпус судна. Когда пламя потухло, на слегка волнующейся воде ничего не осталось…

Федька Бешеный вынырнул возле баркаса, нож в зубах, ухватился за борт и рывком перебросил свое тело. Следом за ним в баркас забрался Боб.