Чтение онлайн

– Ну, мам! Почему сразу же что-то натворила?

– А с чего вдруг ты покупаешь мое любимое печенье?

– А просто так я не могу этого сделать?

– Можешь, конечно. Спасибо. Но все равно подозрительно.

И ушла на кухню с пакетом. Пока я раздевалась, завозился ключ в замке и на пороге появился любимый братец.

– Привет, мелочь!

– Привет, большая какашка!

– Щас как дам по башке!

Попытался, естественно, осуществить пакостные порывы своей души. Но, закаленная в боях с неравным противником, я ловко увернулась от подзатыльника и даже успела достать его ногой. Пришлось, правда, быстро мобилизоваться и поскакать в сторону кухни. При маме он не будет проводить активные боевые действия.

– Вот труселя! За мамину юбку прячешься. Я тебя все равно достану.

– Жду с нетерпением.

Здесь всегда было тепло и уютно. Уже свистел чайник на плите. Что-то булькало в глубокой кастрюльке и вкусно пахло. Наверное, гуляш. Присев на стул, довольно улыбнулась. У нас в кафе хорошо готовят, но с маминой стряпней ничто не сравниться. Рот сразу же наполнился слюной.

– Рассказывай, как день прошел?

– Все как обычно. Ничего нового. С утра беготня. В обед беготня. Вечером чуть поспокойнее. Завтра будет вечер активный. Пятница.

– Понятно, – мама спрашивала и одновременно наполняла тарелки. Вот у кого стоит поучиться организованности, работоспособности и многому чему другому.

Братишка вальяжно вплыл на кухню и устроился рядом со мной. Точно что-то замышляет. Цапнул печенье из плетенки на столе.

– Куда?! – возмутилась я. – Это я для мамы купила.

– А я откуда знаю? Жадина.

Под нос нам поставили полные тарелки и ненадолго мы прервались.

– Лена, не жадничай. А ты, обормот, не перебивай аппетит перед ужином.

Как всегда всем на орехи досталось. Родители у нас за равноправие. Каждый за свой поступок ответит и никаких поблажек.

– А где папа?

– Задерживается сегодня.

– Понятно.

В этот момент кто-то наступил своей лапищей сорок первого размера мне на ногу под столом. Я чуть не поперхнулась и не задохнулась, когда взвыла от боли. Вот гад!

– Совсем что ли!? – и стукнула его по голове.

– Мам, чего она дерется!

– Он мне на ногу наступил под столом. У меня теперь одна нога на размер больше стала. Больно.

Мама спокойно сидела, прихлебывая чай. За столько лет она уже привыкла к нашим постоянным разборкам. Мы меняли тактику и переходили от рукоприкладства к более изощренным методам – словесным уколам.

– Если закрыть глаза, то такое ощущение, что вы еще маленькие и учитесь в школе.

Братишка усмехнулся над своей тарелкой.

– Кто-то точно недалеко от школьной скамьи ушел.

– В смысле? На что ты намекаешь? Неужели на себя?

– Не-а. Просто ты в зеркало на себя давно смотрела?

– Вообще я каждое утро смотрюсь, когда умываюсь. В отличие от некоторых грязнуль.

– Как старший и более умудренный опытом человек, я сейчас пропущу мимо ушей оскорбление. Но я не это имел в виду.

– Скажите, пожалуйста! – облизала ложку и с самым серьезным видом уставилась на него. – Так что же ты имел в виду, старший умудренный опытом товарищ?

Он вздохнул тяжко, будто объяснял неразумному дитятку таблицу умножения.

– Ты же, как подросток выглядишь.

– Я?

– Ты. Не я же.

Я осмотрела себя. Вроде все в порядке. Все чистое, аккуратное.

– Джинсы, спортивные кофты, майки, кроссовки. Хвост или косичка. Еще наушники воткнешь в уши. Сгорбишься и от десятиклассницы тебя не отличишь. Или от десятиклассника.

– Большая часть страны так ходит. Между прочим, – буркнула обиженно.

Мама благоразумно молчала и смотрела в сторону, уминая печенье. Разговор между нами на эту тему велся со школы. Она пыталась повлиять на меня. Но чем больше было уговоров купить платье или юбку, тем больше я сопротивлялась. Единственным исключением был выпускной в школе. Мы долго бродили по магазинам в сопровождении Машки – великой модницы. Точнее они выбирали. Моей функцией в этом процессе быть манекеном, на которого делалась примерка.

В конце концов, выбрали что-то устраивающее и меня и их. Платье свободно покроя. Единственное, что смущало, оно было до середины бедра. А когда сядешь и того выше. Но сверху все было закрыто и короткие рукава летучие мыши. Выбрав меньшее из зол, согласилась. Но каблуки не одела, пошла в балетках.

Подружка закатывала глаза и цокала языком.

– Не подчеркнуть такие офигенные ноги каблучками и закрывать их джинсами, просто преступление. Ленка, ты сумасшедшая.

– Не люблю я юбки.

– Полюби. Парни, кстати, любят очень юбки и платьица.

– На это мне плевать.

– Неужели? – и хитро прищурилась.

– С Костиком уже все покончено?

– Я в курсе. Но ведь кроме него в нашей стране другие особи мужского пола имеются.

– Ну и что?

– Собираешься одна до скончания веков?

– Думаю, найдется и такой парень, которому я и в джинсах понравлюсь.

– Ага, конечно.

И безнадежно махнула рукой, как и мама.

Сейчас вот брат подключился. Этому то, что надо?

– Чего тебе надо?

– Ничего. Просто ты собралась век в девках куковать?

– Мне доучиться надо.

– Учись. Никто не предлагает тебе учебу бросать. А на счет остальной части населения. Да, девушки ходят в джинсах. Но в обтягивающих, на каблуках, симпатичных блузках или маечках с вырезами. Красятся и вообще содержат в себя в порядке.

– На каблуках ноги устают. Я и так целый день на ногах.

– Не обязательно шпильки высокие носить, – это родительница вклинилась.

Что ж такое-то?

– Это совместный наезд?

– Нет. Причем тут наезд, – казалось, что и в самом деле серьезен и полон беспокойства. – Только желание помочь. Не более. Ты давно на свидания ходила?

– У меня вот тоже легкое беспокойство. Как часто ты на свидания ходишь братец?

– Информация засекречена, – безапелляционно произнес он.

Но мы, то знаем, что к чему. Тот еще ходок.

– Короче вы стоите друг друга. Один гуляет, как мартовский кот. Другая сидит дома.

– Я не сижу дома.