За 27 дней. Он будет жить, если узнает, что кому-то не все равно
Шрифт:
Но теперь все, что у меня было, – это двадцать два дня. Я и так не могла доставать Арчера на выходных, вытягивая из него больше подробностей о его жизни. Целых два дня – впустую. Я подумывала о том, чтобы дойти до «Кофейни мамы Розы» в субботу в надежде, что он окажется там, но быстро отмела эту мысль, решив, что это будет совсем уж сталкерством. Должна же быть какая-то грань. К тому же я подозревала, что если начну давить на Арчера слишком сильно, то он забьется обратно в свой уголок в библиотеке и никогда больше со мной не заговорит.
Несмотря на мою небольшую словесную перепалку с Тейлор, тем утром произошло нечто хорошее. Как только я выстояла очередь на выдачу и завладела картошкой фри и сэндвичем с индейкой, то рванула через всю столовую на поиски Арчера.
У меня была для него новость. Важная новость.
Как только я подбежала к нужному столику в дальней части столовой, за которым обычно сидел Арчер, то попыталась сдержаться и не завизжать, но безуспешно.
– Арчер!
Я швырнула свою еду на стол и упала на стул напротив.
Арчер протянул руку, чтобы набрать горсть моей картошки, и забросил одну в рот, весело глядя на меня.
– Ты настолько рада меня видеть?
– Нет, не надейся, – ответила я, надеясь, что он не заметил, как я почти перестала дышать. – Но посмотри.
Я вытащила из сумки самостоятельную по геометрии и хлопнула ею по столу, чтобы он узрел чудо собственными глазами.
Он глянул вниз на листок и ухмыльнулся.
– Четыре с плюсом? И ты поэтому в таком экстазе?
– Ну как бы да. Прошлую работу я завалила, – после того занятия в «Кофейне мамы Розы» и еще одного в библиотеке на этой неделе мне показалось, что я начинаю довольно неплохо понимать математику. Себя не похвалишь – никто не похвалит.
Я занялась распаковкой сэндвича с индейкой и откусила от него кусочек, все это время Арчер выглядел так, будто вот-вот снова рассмеется.
– Ну, – сказал он, отодвигая мою самостоятельную. – Похоже, ты не совсем уж безнадежная. Видимо, я хороший учитель.
– Не льсти себе, – поддразнила его я. – Тебе просто повезло.
– Да, ладно, – фыркнул он. – Мне? Повезло? Ага.
– Ты невыносимый пессимист, – сказала я. – Ты знал?
Арчер сунул в рот сразу несколько картофельных палочек, пожал плечами.
– Чаще всего существуют причины, почему люди делают то, что они делают.
Он не шутил. У меня были свои причины подписать тот контракт, и мне отчаянно хотелось верить, что они были вескими. У Арчера были свои причины убить себя в прошлом. И хотелось бы надеяться, что скоро я смогу убедить его поделиться этими причинами со мной, и в этот раз помешаю ему довести дело до конца.
– Ладно, – медленно согласилась я. – Но… смотри. Всего два занятия, а я уже успешно справилась с целой самостоятельной по геометрии. Согласись, не так уж и плохо, что я сижу с тобой на обеде?
– Да, для тебя, может, и неплохо.
Я не сводила глаз со столешницы, вертя в руках упаковку от сэндвича.
– Я правда так сильно тебя раздражаю?
Абсолютно ничего бы не изменилось, ответь он мне, что я величайший раздражитель в его жизни. Осознает он или нет, но наши судьбы теперь сплетены на неопределенный срок. Мне просто хотелось узнать ответ на этот вопрос – для себя.
Арчер небрежно провел рукой по волосам.
– Хэдли, просто потому что я…
– Так-так, что тут у нас? Арчер Моралес наконец завел себе подружку.
Мы оба обернулись на звук сквозящего надменностью голоса, встрявшего в наш разговор. Рядом с нашим столиком стоял высокий крепкий парень с аккуратно уложенными гелем волосами и максимально нахальной ухмылкой, на какую только способен человек. Это был Тай Риттер, «золотой мальчик» старшей школы Джона Ф. Кеннеди, ведь его папа был большой шишкой в прокуратуре и владел доброй половиной Верхнего Ист-Сайда. Я уже пересекалась с ним раньше – Тейлор любила флиртовать с парнями из компании Тая, – но понятия не имела, зачем он приперся сюда. По правилам старшей школы, Арчер принадлежал к иной социальной группе, нежели Тай. Судя по отвращению на лице Арчера, он прекрасно знал, кто такой Тай, и я сильно сомневаюсь, что между ними хоть раз состоялся приятный разговор.
Я подумала, что, возможно, все дело в деньгах. Ученики попадали в нашу школу либо за счет мозгов, либо потому что за них заплатили родители. Я входила во вторую категорию, хотя мои достаточно высокие оценки по английскому и истории помогали компенсировать не самые высокие баллы по всему, что связано с математикой. Моя учительница по английскому мисс Грэм, которая, пожалуй, была моей любимой из всех учителей, делала учебу в этой школе приятной благодаря веселым, насыщенным урокам и традиции бросать конфеты ученикам, которые дают правильные ответы. Меня всегда мотивировали конфеты.
Даже если бы я не знала, где работают его родные, по тому, как Арчер одевается, было очевидно, что он не из богатой семьи. То, что он носил не брендовые джинсы, в то время как большинство мальчиков в параллели одевались у модных дизайнеров с Пятой авеню [4] или в до смешного дорогих магазинах винтажной одежды, было, очевидным показателем того, что он оказался здесь исключительно благодаря своим достижениям в учебе. Неудивительно, что он ранее отпустил едкий комментарий по поводу того, что я богата. Ему приходилось впахивать, как проклятому, чтобы быть здесь, тогда как люди вроде меня и Тая могли вообще не стараться и просто плыть по течению. Мне стало немного стыдно.
4
Пятая авеню – улица в центре Манхэттена в Нью-Йорке, на которой располагается множество дорогих модных бутиков. (Прим. пер.)
– Тебе чем-то помочь? – спросил Арчер Тая, и, судя по его тону, это было последнее, чего ему сейчас хотелось.
Тай проигнорировал Арчера и сел рядом со мной, притягивая к себе через весь стол мою картошку.
– Нам не хватало тебя на вечеринке у Беннетта в эти выходные, Хэдли.
– Вечеринки – не мое, – сказала я, все мое внимание по-прежнему было обращено на Арчера. Он то ли собирался вмазать Таю по лицу, то ли готовился вскочить и в бешенстве вылететь из-за стола. По тому, как он сидел на самом краешке стула, было видно, что ему явно некомфортно.
– Жаль, – ответил Тай с набитым картошкой ртом. – Нам всем немного грустно, что ты последнее время совсем не появляешься. Тейлор сказала, это потому, что ты проводишь все свое время с Моралесом.
«Да вы, блин, шутите, – я была в полном недоумении. – Тай Риттер хочет поговорить с Арчером обо мне?» Ему-то какое дело? До меня начало доходить, что Тай просто ищет повод задеть Арчера.
Арчер откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди.
– Я здесь ни при чем. Все вопросы к ней, Риттер.